Альтернативно-философская страничка

Становление криминальных дефолт-элит, или Вещизм в себе

Рабом называется тот, кто, не любя своего дела,
работает ради средств существования.
Свободным – кто действует за свой страх и совесть.
(Пришвин)
Свободный человек не делает ошибок. (Платон)

Не надо быть мудрым пехлеваном, чтобы произвести бесхитростное умозаключение: лотмановский протеизм двоедушия государственных собратьев, – вершащих наши с вами судьбы, – облечённый ехидством и иезуитской фальшью (не при новоизбранном Папе Римском будет сказано), суть продукт построссийской неорабовладельческой эпохи, основанной на анекдотичной противоположности поэтизации гайдаровского гиперрывка и платонизации путинского «прилёта», если не сказать «прихода» в сегодняшнее гиперпространство РФ.

Пена, сдуваемая свежесобранным полицейским концептом, категорически несопоставима с необозримым основанием, пакеляжем азимовского Геликона, айсберга, таящегося в бескрайних недрах политической конъюнктуры неорабовладельцев. Большинство из них, наиболее шустрых, рациональных, давно не интересует мелочь типа протухшей американской недвижимости, килограммовых бриллиантов, раскиданных по необозримым изумрудным берегам в Молочных переулках, устаревшей и «уставшей» от СМИ-шных циклических напряжений оффшорной темы (молчу про несчастный Кипр) и т. д. и т. п… Всё это пропуль на лоха, т. е. на меня, слюнтяя-обывателя, радующегося подставной полупосадке фигуранта в юбке из того самого изумрудного переулка в (случайно?) выползшем наружу коррупционном полуделе. Небольшой сбой в системе… похожий на обыкновенный идиотизм: «Доводить до идиотизма – особенность местной почвы. …А сочетание людей, чуть было не сказал «битых молью», – т. е. с некими повреждениями физиологических каких-то особенностей, – с безусловной узнаваемостью происходящего, оно почти до удушения действует на зрительный зал»… – сравнивает О. Табаков свивтовскую беллетристику с построением современной пьесы.

Я же табаковскую асфиксию от сценического происходящего предлагаю перенести с театральных подмосток в обыденную жизнь, где обыденность невольных актёров и назначенных режиссёров – совокупность «безличия» и «безразличия», доводящая злорадствующих аналитиков до той самой асфиксии нейролингвистических идиом, раз уж перешли на медицину. Причём совокупность несочетаемая. «Потеряна способность культуры осваивать Новое, приручать его, сохраняя равновесие. Равновесие нарушено, разваливается иерархия ценностей» (Г. Померанц). И это не переменить, ведь режиссёр – к тому же ещё и законодатель: античный вещизм в себе, доведённый до абсурда. Законы «вершителей» сопоставимы разве что с законами природы, фюзисом, оформленными как «непреодолимые» – нельзя же назначить будущим детям запрет на их рождение! Зато можно оформить запрет на рабское волеизъявление «на жизнь». Космополитизм «вещей», – то есть придворных актёров театра всевластия, – не их праздник, а лишь имитация доступности внеличностного анализа характеристик надкультуры правителей.

Модернизация общественных механизмов благостно отлакировалась до приспособленческой христианизации, в виде терминологической смазки впаривая «вещам в себе» их абсолютизацию (отсюда эпистема Рюриковичей – феномен «Уралвагонзавода»1), доводя эпистемологию абсурда до логического завершения – мистического восторга – несопоставимого с реальностью. Таким образом чуть подправив природу событий: философию протеста в маршеобразном экстазе расплескав до бессмысленности воодушевлённого абсолюта.

Отвлекусь…

Иностранцы удивляются – як же ми тут живемо? Особенно «наши» иностранцы, родившиеся в СССР и РФ, у которых здесь прошло детство, юность… Ответить на данный вопрос так же легко, насколько и сложно. Легко потому, что всё вроде бы понятно – дороги, взятки, дураки – так, мол, и живём, переминаясь с левой ноги на правую; и при достаточном наличии средств – ни той, ни другой ноги здесь давно бы не было. Сложно – потому что сие, конечно, неверно; – и не из-за дорог и взяток, в конце концов, столь плохо устроена Россия.

«Обустроить» её пытались и без меня, и не мне чета мыслители, – кончались советы так же внезапно, как кончается вода в кране, тупо и не вовремя, потому как рассейку нашу вообще обустроить невозможно, и потому как вполне она себе обустроена без заокеанских планов и заветов.

Опустив негативное, остановимся на главной причине, почему не стоит жить в РФ – и причина эта: невозможность заняться нормальным бизнесом. А что такое «нормальный» бизнес – мы, работающие, иногда не к месту философствующие, здоровые, жаждущие подвигов мужики, поняли: то, что позволяет обеспечить семью, приобрести жильё, иметь свободное время на отдых, увлечения, спорт, жену и детей. И плевать на иррациональность трибунной «недофилософии» неофилов! – точнее, «недофилов» – Гомеров без них полно. Нас же, отцов- кормильцев, должно хватить на создание элементарных, приемлемых условий существования.

Деньги богатых – не мои деньги – поэтому говорить буду от лица мужчины небогатого, но не совсем пропащего, не до конца, может статься, разумеющего, почему надо голосовать «против»; к тому же вполне согласного с тем, что вокруг ужасно много плохого, гнусного и несправедливого, но недалёким своим мозгом понимающего непреложный факт: один, стоящий у руля, никак не в состоянии провернуть механизм расшатанного сознания тех, кто находится в глубокой пропасти меж рулём капитанской рубки на верхней палубе и килем под кормой – там, где сосредоточены невероятной мощности и напряжения противоборствующие и взаимоиспепеляющие силы человеческого рода – наш русский мотор – двигающий корабль в путь. Мотор, не соизмеримый с мозговым усилием пары десятков, даже сотен крайне серьёзных и мудрых провидцев; мотор, подвластный исключительно вселенской силе течения мирового времени.

…Открыл пекарню.

Философия философией, а хлеб едят всегда. Обнаружилась одна загвоздка… или изъян? – отодвинувший заветную мечту потребительского счастья, несостоявшегося торгового рая.

Наивный! Ларчик созерцательного озарения отворился очень просто – в смысле субъективизма буржуазных концепций: всегда едят не токмо хлеб, но и лаваш. Недалеко от моего предприятия, оформленного по строгим предписаниям-инструкциям российского бытия, распахнуло вдруг двери, ласково назовём «это» – таким же «предприятием», – зарегистрированным по лукавым директивам бытия неороссийского, точнее, не зарегистрированным совершенно.

Несложно догадаться: для обхода отнюдь не лёгких правил существования общепитовских точек, – наречём по-индоевропейски: некий условный Хачик или Новруз, – вошёл в далеко не тривиальные, но взаимовыгодные отношения с неким условным представителем власти в погонах. Что из сего недоразумения вышло?

Цены на лаваш, чебуреки и самсу прибыльно отличались от моих цен на хлеб, булочки и кексы. Отличались настолько, что условному представителю власти даже не пришлось ко мне подъезжать на кривой кобыле и что-либо проверять, либо криво на что-то намекать – от безысходности я, не мудрствуя лукаво, закрылся сам. Но не в зряшной пекарне суть. Взглянем теперь туда, наверх. Как там поживают наши вершители?

Опа, opera-operans – производящий да воспроизведёт! А некий условный Хачик или Новруз вовсю жмёт кнопки некоего условного органа власти под условным названием Дума РФ, и что б вы думали? – у него неплохо получается. А с кем же он там, «в верхах» договорился, и как вообще удосужился туда попасть – ведь ещё недавно торговал самсой?..

Сросшиеся интересы

Атака на РФ с Востока произошла не вчера. А позапозавчера, и это не новость. Не секрет экзотические фамилии директоров и замов юридических, военных и МВД-шных вузов, замминистров и руководителей профильных комитетов. Ничего плохого тут нет, если выполняешь свою работу без привязки к родовым мулькам типа тейпов, общин, кланов, семейственности и т. д. Но как правило менталитет побеждает, и профильный комитет превращается в «решилово» клановых проблем: рабовладение этимологически в крови данных этнических страт. Нельзя не принимать во внимание и специфику «госбизнеса» (торговля должностями, думскими креслами, диссертациями и т. д.), зародившегося в 90-х, – в основании коего стоит реальный криминал, окрепший и выживший с 90-х, – а кликухи и фамилии влиятельных уголовных столпов в основном кавказские; и это историческая объективность. И госбизнес для них – лишь часть работы, наряду с наркотой, оружием, заказухами и т. д. Вы думаете, куда подались давеча амнистированные новым грузинским парламентом преступники и коронованные воры, которым по закону нельзя находиться на территории Грузии ни дня? Проблема риторическая. Вот и у «славян» работы прибавилось… кто ж захочет делиться праведно нажитым?

К примеру, депутатские крыши игрового бизнеса, – того, что послушно и вовремя ретировался со сцены, – никуда не запропастились, чуть затаились на время, готовясь к перепрофилированию, переводя капиталы из одного кошелька в другой. Единственно, на крючок попались дурашливые не утихомирившиеся прокуроры, которые, после официального закрытия азартной темы по жадности не успокоились, а продолжали крутить барабан – что, впрочем, также менталитет. Связано это с тем, что другой работы у прокуроров, видимо, не намечалось, – мол, «непрофильные», – они и зациклились на «одноруких», деньги-то нужны, на сём попались. Но то мелочь, пыль, хотя и до «генерального РФ» рукой подать, только протяни. У игровой депутатско-прокурорской крыши был и есть хронически к ней прикреплённый существенный базис – «большой криминал» – без него никакое солидное казино не выживет, скажете нет?.. Это историческая необходимость, в духе сицилийцев начала 19 в.

…Вот не стало Березовского (упокой Господь его душу в селениях праведных). Кончился один из мощных, требующий тщательного дальнейшего разбора, бандитский век оскоминных 90-х. Разбои, рэкет, подставы, убийства, делёж, приватизация. Когда неправедные деньги буквально душили власть за шею, подбираясь к сердцу русского мотора. Борис Абрамович крышевал, сиречь контролировал полстраны, выкорчёвывая из неё дивиденды, взамен не отдавая ничего. Борис Абрамович «решал вопросы», требующие одного «русского навсегда» вывода: кабы да всё награбленное взять – и разом отдать народу… Обвинённый в сонме преступлений, в тюрьме не отсидел ни дня.

Да, чрезвычайно умную, плутоватую и по-ковбойски авантюрно заточенную на проникновение в «суть Корнелевских страстей» протобестию, Березовского ещё поднимут на врата Цареграда – звонкий щит похвальбы и тщеславья, – возможно, тогда и сработает трагедийный, шекспировский замысел автора: вновь, пусть посмертно, вознестись на пик популярности «в надежде славы и добра». Но вряд ли…

«Грубоватые, и, видимо, безжалостные, эти ребята, как исторические персонажи были куда ближе к героям Шекспира, чем к героям Интернета»; «Все (старые ельцинские гранды, – авт.) согласились на дальнейшее существование уже не в ландшафте Шекспира, а на скромные частные хобби: жизнь на яхтах, путешествия на джипах в Андах, горные лыжи. А свои яркие таланты эпохи великих страстей они добросердечно перевели в регистр различных «подношений» молодому принцепсу», – подтверждают мысль Э. Лимонов и А. Морозов.

Под «крышей» Березовского гибли люди, повинные иль нет, судить не ему, – а он судил, и не раз; и этим спёкся, растаял, растворившись в вечности хитроумных замыслов. Но нынешняя беда в том, что эпоха «крыш» и «решалова» не прекратилась, а зачлась заново, впитав в себя ошибки прошлого, преобразившись и поменяв мировоззрение, являя нам превратность несоответствия элементарной объективности – простейшую ложь – без предрассудков и мелкой утилитарности, ввергая нас в век Стендаля «любовью государей к расплывчатому стилю». Ввергая нас в забавное благоденствие политических ассоциаций, но не более того, – мол «…всем политическим мошенникам всегда был присущ декламаторский и красноречивый тон, но через 20 лет они будут внушать отвращение»2.

Как бы не так.

В принципе, авантюристы всех мастей – ученики БАБа – из затихарившихся, «негромких», давненько уже там, «вверху»… в обнимку, почти сросшись (не для прессы) с симпатичными, добрыми и внимательными вершителями живут особой, внутренне насыщенной нравственной жизнью бескорыстной заботы о гражданах необъятной державы. На небесах политической и финансовой конъюнктуры.

Равно и татуированные воровские звёзды, стремясь к самоутверждению, накрепко срослись со звёздами на погонах. Друг без друга им никак: они часть мира вещей, – для достижения могущества неизбежно склонные к слиянию, несмотря на категорические разногласия идеологий. От чего происходит преломление основополагающих принципов… И воровских, и милицейских, ментовских. (Слово «полиция» почему-то ассоциируется у меня со словом «закон», а оно здесь неуместно.) Но это цветочки.

Лютики – то, что их совместные интеллектуальные проекты – дети вершителей, закончившие Гарварды и благополучно посаженные в руководящие кресла, – десятилетие, не менее, усиленно корпят на благо кланов и семей, и, к слову, без разницы, семей исконно русских или этнических. Их не вычислить антикоррупционным дядям, поздно. Они чисты с любой стороны – у них «чистые» фамилии, благообразные матери, братья, сёстры, им ни разу не пришлось стрелять за городом из «пушек» или стрельнуть «примки» у соседа по шконарю.

Новая формация белых воротничков, «отступников», трудится на благо символического общака, который вряд ли засветится парой не задекларированных домиков в Майами. Метафорический «общак сросшихся интересов» вовсю возводит наше с вами общее будущее, нехотя ворочая золотым ковшом – отнюдь не символическим – обрыдлое население-биомассу со своими всамделишными материальными проблемами, к сожалению, никому не нужными. Плоды «госбизнеса» активно и в полной мере задействованы в госстроительстве, реальных секторах экономики, они легальны, неподсудны и неподступны, став недвусмысленной инсинуацией, диффамацией здравого смысла в степени могущества.

А методы управления РФ, будто пекарней, остались на уровне того самого условного Хачика или Новруза.

Иерархия вещей

Преступная связь думцев с крёстными отцами особенно видна на региональном уровне.

Государственная Дума РФ – квинтэссенция как лидерских качеств человека, так и завуалированных до поры уродства и односторонности. И коли ты, думский заседатель, – супруг (или супруга) авторитетной «на воле» личности, пусть и «завязавшей», зависшей, скажем, в прострации безвременья, то попробуй доказать, что не в курсе её прошлых лихоимств, и совместимо ли это с законотворчеством, человеколюбием и удовлетворением общественных интересов? (Супруг (или супруга), севший, осуждённый в своё время за противоправные деяния, впоследствии к тому же занявший лидирующие позиции в криминальной иерархии, в любом случае находился когда-то по ту сторону вершимого тобой закона и, с возрастом остепенившись, вряд ли изменил свои убеждения, ажно если вторая половинка стала вдруг мерилом честности и ярым творцом «превратностей судеб», наверняка не без покровительства второй, авторитетной половины.) Скорее наоборот.

История «иерархии вещей» такова: действуя интуитивно, разумная инициатива бессознательно доверялась «вещами» интуициям общественным, способным преломить односторонний ход событий хотя бы на словах, по-кантиански предотвращая мнимую гибель, – в свою очередь являясь наиболее разрушительным средством в войне с движением общества к прогрессу, оттачивая и совершенствуя в боевых антинародных действиях именно обратное – презрение к рабским тварям, «вещам». Это относится и к фракциям законодательным, и к «общественно-уголовным», когда – не забыли? – справедливость вершилась мафией сразу и на месте. И где одни (думцы) уповают на салонную кулуарность, недоступность информации, другие (бандюги) – на элементарную «обывательскую узость», глупость и неприспособленность к правовым инструментам.

Приходится удивляться высшим эшелонам власти, в коих один за другим проскакивают люди, с «высшими эшелонами» не то что не совместимые, но и потенциально опасные. Эта опасность исходит от одного только упоминания прошлых заслуг. Но другая – и главная! – опасность состоит в том, что даже ежели сегодня, сейчас, под воздействием кланового давления или «вновь открывшихся обстоятельств», эти персонажи, – взращённые и выкормленные, как тамагочи, гайдаровской неореволюцией, ельцинскими катехизисами «неизбежной» стабильности, «нулевыми» годами неисполненных обещаний, – уйдут со своих высоких постов, в любом случае уже непредотвратимо посеяно гарвардо-оксфордовское семя, которое взрастёт и выстрелит не завтра и не послезавтра, – а послепослезавтра.

Посему предрекаемый социологами и опальными финансистами предстоящий крах элит ни капельки никого не пугает, из тех, кто по-настоящему «заинтересован» в будущем страны – эта дефолтная буц-бригада своё отчебучила, явив нам замечательные примеры целесообразной несостоятельности в виде гудковщины, милоновщины, исаевщины, выборов на Узловой и т. д.

В самой же России, внутри её, на местах, по большому счёту творится и вовсе нечто невообразимое…

В местные органы самоуправления кандидаты проходят, точнее, приходят «по наследству», весело сменяя друг друга, самовыдвигаясь, покидая тёплое место то в связи с пенсией (ой немалой!), то с приятным повышением (ой не дешёвым!), одновременно держа города и посёлки в ежовых рукавицах добротно настоянного на должностных дрожжах всеохватного бизнеса, поддерживаемого и «сверху», и «снизу» своими чувачками.

Залётным «вертикальным» губернаторам и высшим должностным лицам либо приходится врастать в почву с корнями и надолго, либо, нарубив дров, идти на повышение в другой регион… и так по кругу. Причём огрехи, проколы и нелицеприятные связи прошлого руководства хвостом волочатся за хозяином, и, не успев занять новый пост, чиновничьи косточки оказываются полностью перебранными и информационно перемытыми региональной элитой, готовящейся к очередному «слиянию» в управленческом экстазе с пришлым. Не стоит забывать и то, что региональным думцам официально позволено параллельно заниматься бизнесом, т. к. заксобрания местных уровней, областных, городских и поселковых – чистой воды альтруизм и «совместилово».

…И где криминальные связи наиболее крепки. (Крепки до такой степени, насколько крепки узы вольтеровских химер недостижимого равенства.)

Поэтому химероидную воровскую систему ЖКХ сложно, почти невозможно победить, поэтому в России нищенские бюджетные зарплаты, дырявые пенсии, поэтому никто никогда и никуда не переедет из своих убогих промёрзлых сталинско-хрущёвских развалюх, и поэтому никакого страха перед неминуемым крахом то ли рыночного капитализма, то ли капиталистического анархизма, включая разные другие «измы» (путинизм, медведизм, кудринизм), региональные дефолт-элиты не испытывают ничуть. У них давнёхонько всё готово к апокалипсису, как говорится: у пахаря рука черна, да хлеб бел, – и эта готовность питает, и не только духовно, – элиты вершителей, клоунские капустники которых нам иногда подбрасывает телевизор. Оттого в РФ не хочется жить, учитывая предречение Бомарше: всего добьётся лишь раболепная посредственность.

1 Имеется в виду полномочный представитель Президента РФ в Уральском федеральном округе Игорь Рюрикович Холманских.

2 Оригинал фразы Стендаля (письмо к Бальзаку, 16.10.1840): «Всем политическим мошенникам всегда был присущ декламаторский и красноречивый тон, и в 1880 году они будут внушать отвращение».


комментария 2 на “Паноптикум тамагочи”

  1. on 01 Апр 2013 at 1:17 пп Alexx

    «Оттого в РФ не хочется жить…»
    Исповедь колбасника. Вроде одной бабы, которая сказала, что ей католичество больше нравится потому, что там сидеть можно.

  2. on 01 Апр 2013 at 4:14 пп Игорь Фунт

    Согласен насчёт «колбасника». Вполне резонно.

НА ГЛАВНУЮ БЛОГА ПЕРЕМЕН>>

ОСТАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ: