ПРОДОЛЖЕНИЕ. ПРЕДЫДУЩЕЕ ЗДЕСЬ. НАЧАЛО ЗДЕСЬ

mark11

РАЗГОВОР РОССИИ С ЗАПАДОМ

            Удручённый ношей крестной,
            Всю тебя, земля родная,
            В рабском виде Царь Небесный
            Исходил, благословляя.

            Ф.И. Тютчев

1.

Жаркий летний послеполуденный час в сельской глубинке. На открытой, затянутой бетоном площадке перед сельским магазином одиноко стоит сухощавая дама в светлых шортах и цветастой рубахе. Вертит в руках бумажку в двадцать евро и озирается по сторонам. Поодаль на ступеньках в магазин молча сидят два не очень трезвых мужичка, разглядывают даму. Я почти поравнялся с ней и готов идти дальше, но что–то заставляет меня замедлить шаг и вопросительно заглянуть ей в глаза с близкого расстояния.

Она встрепенулась.

А…а… Excuse me, – говорит она.

Yes, madam. Can I help you?

Брови у неё удивлённо взлетают.

Yes, yes. Are you russian [рашен]?

No, madam. I am русский.

Дама озадачена. Она среднего роста и возраста, живые серо–зелёные глаза, миловидное лицо в веснушках, быстрая речь.

– Рус…рус… – дальше она выговорить не может, британское “ar” режет мой слух, но это ладно.

Bolder, madam. Рус–ский, – говорю я, растягивая слог.

– Рус…рус…Руски, – коряво, но похоже.

Yes, madam. You see, that’s simply. What’s your name?

Helen.

I’m Victor, Vic if you desire. Are you english?

Yes.

– Отлично, – говорю я. – Now, what is your problem?

Она выстреливает в меня длинную тираду, которую я не до конца понимаю.

No, madam. Please, not so quickly. More slowly.

Она старается говорить медленно, но часто сбивается на скороговорку. Я движением руки то и дело её останавливаю. Беда в том, что у меня нет и никогда не было никакой практики в разговорном английском, поэтому наш диалог доставляет мне немалые трудности. Но в общем всё просто. Она здесь с мужем и приятелем в турпоездке на собственном автомобиле. Те решили проехать по окрестностям, чтобы уточнить место рыбалки, которое им взахлёб расписали, а её оставили в станице подкупить продуктов и, главное, сладкой кукурузы для карпа. Но в кошельке у неё наших денег не оказалось, только евро. В сельмаге евро достойным денежным знаком не сочли и принять отказались, хотя что–то пытались объяснить. Теперь как быть она не знает.

– Этому легко помочь, – говорю я.

Мы идём на почту, там же и станичный сбербанк. Я узнаю валютный курс и отсчитываю Helen её двадцать евро, но в рублях. Потом возвращаемся в магазин, где она забивает всякой всячиной, не забыв и кукурузу, две объёмистых пластиковых сумки. Выходим из магазина и устраиваемся невдалеке в тени большого вяза прямо на траве.

– Руски…руски, – протягивает Helen в задумчивости. Звучит уже лучше, даже “р” почти без английского раската.

But why? – говорит она.

– Так мы себя называем. Так всегда называли. Россия – наша мать. Нас током бьёт, когда искажают, коверкают, выворачивают наизнанку имя нашей матери. И всё только потому, что в правилах чужой грамматики двойное “s” между гласными должно читаться как “ш”. Мы слышим в этом издёвку, ментально слышим. Никакая мы не “Раша” и не “Рашиа”. Мы – Россия!

Я раскуриваю сигарету, предложив и Helen. Она отрицательно качает головой. Потом продолжаю.

– Возьмём, к примеру, Англию. В русском это ещё одно (равноправное) название Британии, от англов, германского племени, в 5-6 веках завоевавших островных бритов. Англия созвучна, скажем, с Аглая. Аглая – это женское имя, уменьшительная форма в русском Глаша, полупрезрительная Глаха. Понравится вам, если мы страну вашу вместо Англия перед всем миром станем обзывать Глашей, или Глахой? Или что ещё похуже в том же роде, русский мужик на язык остёр, впрочем как и британский. Вот так, Леночка, – говорю я.

– Ле… Лено(у)…Ленотшка, – запинаясь, старательно выговаривает Helen. – Am I ?

– Да. Это ты, Леночка. На всеблагом русском это уменьшительное и ласкательное от Елены. Так мы называем своих подруг и друзей. Так звали и мою маму.

Последние длинные пассажи я больше чем наполовину излагаю по–русски, перемежая в трудных местах свою речь английскими вставками. Но она понимает, смысл, во всяком случае, улавливает – в словах, интонациях, мимике, лёгких жестах, в той доверительной близости, которая незримо протянулась между нами и нас объединила. Мы оба улыбаемся…

Жарко. Улица пустынна. Прохожих нет. Из звуков только песни горлинок.

Улица, где мы находимся, в 150 метрах выводит к перекрёстку. Подъезды к нему слева и справа закрыты деревьями. Тёмного окраса джип вырастает там неожиданно и в летнем мареве кажется фантомом. Из джипа выходят двое мужчин и начинают вертеть головами, оглядываясь по сторонам. Helen этого не видит, она сидит спиной к перекрёстку.

– Они приехали, Лена, – говорю я, добавляю: – They’ve arrived, – хотя мог бы и не добавлять, она и так поняла.

Helen оглядывается, медленно поднимается, делает несколько шагов с обочины к центру дороги, кричит “Jo-ohn!” и машет рукой. Те, завидев её, тоже вскидывают руки, пропадают из виду садясь в машину, выворачивают влево и на малой скорости подъезжают.

Я тем временем, укрываясь за стволом вяза, иду к следующему, тот метрах в пятнадцати и такой же большой. Из–за него я наблюдаю. Helen всё это время стояла спиной ко мне, теперь она поворачивается и видит перед собой только две свои сумки. Меня нет. Она от неожиданности роняет свой кошелёк, то есть дамскую сумочку. Нагибается, поднимает её, озирается. Тут подъезжает джип, двое выходят; один небольшой и щуплый, семитской внешности, другой высокий и поджарый, типичный британец (“Муж, наверное”, – думаю я). Helen им что–то говорит. Они, как мне показалось, обсуждают своё. (Наверно, рыбалку планируют. Рыбачки, думается мне.)

Helen всё ещё стоит рядом с автомобилем у открытой дверцы. Изнутри её окликают и видимо торопят. Она делает шаг к двери, оглядывается, потом ещё раз и исчезает. Захлопывается дверь. Машина трогается. Уходит всё дальше и дальше, пока Англия, наконец, не скрывается за поворотом…

До сих пор не знаю точно, зачем я так сделал. Наверно затем, чтобы оставить в памяти Англию такой, какой она привиделась мне при этой первой в моей жизни прямой встрече лицом к лицу. Helen всё же не привыкать: ведь уйти не прощаясь это как раз и называется “уйти по–английски”. Другое дело – ожидала ли она этого от России. Думаю, нет, она уже понимала, что Россия это не Англия, не Италия, тем более не Америка или кто там ещё. В общем, это меня мучит, и я знаю, что должен извиниться, что я и делаю.

2.

Когда–то у меня был телевизор, но пять лет назад я его выбросил. И ничего. Скучаю только по Кате и М. Леонтьеву. Заново – медленно и тщательно – перечитал многие книги из своей библиотеки. Сам написал три книжки, правда “в стол”, но книжки неплохие. С чем–то разобрался с чем–то нет, остаётся на повестке. Закончил очередной домашний университет…

Полнокровная жизнь. Скучать некогда, времени не хватает, при том что я ушёл в скит, и режим жёсткий. Но суета пропала. Живу без нервов и надрывов, хотя поводов достаточно…

2.1 Сейчас из СМИ общаюсь только с радио, пару часов по вечерам. До августа 2008 года довольно регулярно слушал новости БиБиСи.

Репутация “самого объективного радио в мире” начала меркнуть давно, но тут рухнула, думаю, навсегда; за это грузинским убийцам и Саакашвили отдельная как бы благодарность. И БиБиСи оказалось такой же лживой, как остальные западные рупоры. “Голос Америки”, “Свобода”, “Свободная Европа” – это уже откровенные таблоиды. Не тратьте на них время, люди, они лгут, правды от них вы не услышите никогда.

Среди русских станций моему приёмнику доступен только “Голос России”; неплохое по замыслу радио, но “честь мундира” не берегут: компанию собрали разношерстную и часто приходится выключаться, особенно когда в эфир вползают реликтовые экземпляры из совдеповских времён, не очень грамотные, а то и косноязычные. Для России это стыдно, от её имени должны говорить только голоса, её достойные.

В навязанной нам информационной войне, как и в любой войне, нужно выигрывать. Гоните image makers, если по–русски – то дармоедов, измышляющих роли для своих клиентов. Возможно, хотя и сомнительно, они годятся для политиков, но не для радио и телевидения. Здесь они натворили столько чёрных дел, что невольно на ум приходят мысли о чужих секретных спецслужбах и диверсиях. Вот один из типажей, весьма распространённый – имидж “аналитика”: вид “умный”, отрешённый и торжественный, придвинув стул, решительно садится, начинает…

Чего, казалось бы, проще – прочесть написанный другими готовый текст, выверенный до последней запятой, нет, он выдаёт спектакль: делает вид, что текст его собственный, и он вроде как размышляет. Из текста прыгать ему нельзя, и эти “аналитические” потуги он демонстрирует голосом – солирует, то убыстряясь, то замедляясь, то замирая в паузах; шепчет, восклицает, выстреливает благородные прононсы, то бишь гнусавит, глотает слова и окончания, м–мычит, а–а говорит, бе–бе… Ах, какие мы умные, значительные и самостоятельные. Всё фальшивка! Кто–нибудь приглядывает за этим цирком, за этим парадом-алле доморощенных “аналитиков”?

Люди таким не верят. При игре в открытую фальшь русское ухо слышит за версту и даже в шёпоте, не то что громогласную и с экрана. Здесь ставка делается на молодых, на гипнабельность расслабленного отдыхающего обывателя, да на неискоренимую российскую наивную доверчивость и открытость. Со временем народ с ложью разберётся, смута из душ уйдёт, но люди не заслужили ни этой смуты, ни лишней боли, а мы не сумели их защитить. Ничего от служителей СМИ в общении с людьми не требуется, кроме естественности, доброжелательности и искренности. Такие сразу станут у нас любимыми. И никто другой нам уже не будет нужен, ни Савик, ни Шустер, мы насовсем останемся с ними, любимыми и близкими.

С FM-диапазоном на радио совсем беда. Одни мутанты, строчат, как из “калашникова” расстреливают, фальшивые бодрячки, крикливые как торговки на привозе, ди–джеи, диск–жокеи, то есть погонялы, погонщики–ясно чего. Дорогие мои мальчики и девочки! Мне кажется, вы увлеклись. Приглядитесь–ка попристальнее к Западу, у которого вы всему этому научились. Они же просто примитивны. Западу это можно, у него дорожка торная, история короткая: родился, жил и умер, это всё. России умирать нельзя. Если она умрёт, тут же вымрут остальные, по крайней мере на Западе. Поэтому Россия вечна. Почитайте–ка об этом здесь же, чуть подальше, и учителям своим покажите.

“…I like to move it, move it…” – вот вся его любовь и весь западный рэп как жанр. Сравните теперь с этим свои любимые рэп–хиты, но с маркой “сделано в России”. Сделайте это не торопясь и осознанно; вам многое сразу станет ясно. Так что Западу дозволено быть примитивным, вам–нет! И ещё вопрос, сумеете ли вы такими стать. Во всяком случае, добиться этого вам будет трудно, если вообще возможно. Ваши предки вам этого не позволят. Они придут к вам поздней ночью во сне и скажут:

“Ты что это, Митяй, или кнута отведать захотел? Твой пра…пра…прадед Андрей за удаль и отвагу в 1242 году кольчугу получил из рук самого Святого князя Александра Невского, прямо там, на Чудском берегу. Твой дед Иван, ещё живой, слава Богу, совсем недавно, в 45–м, в Берлине подпись свою оставил на рейхстаге. А ты? Ты мужик. Русич. Или забыл? Вон и девка у тебя складная. А ты орёшь, как блаженный, тараторишь, как сорока, слов не разобрать”.

И растает в ночи дед. Вздохнёт Митяй: “Не понимают предки, что на дискотеке сегодня танцы такие. Но где–то правы.”

Почему–то вспомнит, как все его зовут “Дима, Димка”. Поморщится: “Как кличка собачья, обоеполая. А дед сказал – Митяй”.

И закажет новый сон, и попросит: “Приходи опять, дед. Я буду ждать. – И подумает: – Я тебя люблю, нет, не “I love you”, а по–русски – я тебя люблю, дед”…

2.2 Мы дожили до времени, когда наши Президенты и Премьеры заговорили на русском языке по–русски. Лаконичная, деловая, образная речь. Краткие и точные формулировки. Хороший, стильный, правильный и грамотный язык. На ментальном уровне такой язык сразу уходит в глубины, там принимается и остаётся, это свой язык, родной. Сколько же было в нас радости, поначалу смешанной с удивлением, когда мы впервые такое услышали. Тот, кто не нюхал совдепии, этого не поймёт. Унылый псевдоторжественный монолог по бумажке, лежащей перед “оратором” на трибуне, монотонная жвачка на 1,5 – 2 часа по случаю партийных съездов и праздников – это всё, что мы слышали тогда от наших “вождей”; и другого не ждали.

Нам вернули было наш язык. Но тут взломала шлюзы глобализация. Мутным потоком неудержимо хлынула западная субкультура. Русский язык раздулся пузырём от новояза. Теперь он не всегда узнаётся и требует работы с английским словарём, но беда в том, что это не английский, а “пиджин–инглиш” (pidgin), то есть сленг. В. Н. Лукин, правозащитник, человек очень достойный и уважаемый – знает ли он, что теперь он у нас “анбутсмен” (unbutsman)? Говорю со слуха, ориентируясь на английские морфемы, в написании самого слова я не видел.

В оксфордском 50–тысячнике оно тоже отсутствует. Ясно, что в Англии только вчера его придумали, а в России им сегодня уже щеголяют. Топ, бонус, месидж, трек, саунд, позитив, креатив, преференция, модератор, лизинг… мусор сыплется как из дырявого мешка. “Митнэймер”– это кто? Если от “meet”, то брачный агент что ли?

Я рыбак–любитель. Когда был телевизор, смотрел рыбацкую передачу. Хорошие русские ребята, симпатичные физиономии, складная русская речь – пока дело не касается предмета, то есть собственно рыбалки. Дальше я их не понимал. Треск как в радиопомехах при включенных “глушилках”: джиг, фидинг, фидер, турболайм, флэшэр, твистер, байтраннер, блейдбейт, даже аматёр… Приходилось выключать.

Но народ российский устоит и не поддастся; как всегда в лихолетье, затаится и переживёт очередную напасть; в тишине и смирении молча замкнётся и прикроется как щитом своей исконной ведомой ему правдой о сути отпущенного нам Бытия.

            “Не поймёт и не заметит
            Гордый взор иноплеменный,
            Что сквозит и тайно светит
            В наготе твоей смиренной”.

            Ф.И. Тютчев

Среди тех, кто на виду, тоже есть устоявшие и, к счастью, их немало – тех, в ком русский культурный пласт незыблем. Они нутром чувствуют – нельзя. Стыдно! Это как полотно Рембрандта или Рокотова отдать лубочнику, чтобы он его “украсил”.

Почему–то В.Познер без западных погремушек не может обойтись, а вот М. Леонтьев обходится. Да ещё как обходится! В каждом своём сольном сеансе нарочито только чистым русским хлещет как хлыстом, выжигая нечисть.

Как же так случилась, что язык “офисного планктона” и жёлтых СМИ захлестнул стихию нашего родного языка? Как разгребать теперь весь этот дурно пахнущий англо–американский мусор? Как его вымести? Франция, и та, свою витиеватую галло–романскую версию индоевропейского языка защитила законом. А русский, почти нетронутая временем праиндоевропейская основа едва ли не половины всех языков мира, отдан на растерзание маргиналам. Можно ли надеяться, что власти, думцы и сенаторы узрят, наконец, опасность и примут меры?

В русском есть особое понятие – Воля. Смысл его с трудом обозрим, ещё труднее говорить об этом. Прагматик–Запад такого понятия не знает. Часть нашей Воли у него Свободы, С ними он и носится. Негодует, что мы к ним равнодушны и не поймет, почему. Свобода – от человека: несовершенного, непредсказуемого, близорукого, а то и слепого. Воля – от Бога.

Свобода – это делай, что хочешь, иди, куда хочешь; но только так и туда, куда тебе укажут. Как в поезде: только по рельсам и только внутри, раз уж ты туда попал. Или в клетке: пляши, пой, стой на голове…, но за решёткой. Нам ничего не нужно, кроме одной только Воли. У Запада уже с десяток свобод, но ему этого мало, и он не устаёт воевать за новые. Всё, что разрешено “свободой”, перечислено в гражданском, уголовном и прочих кодексах и названо “законом”. Однако жизнь на месте не стоит, и вот опять позарез чего–то захотелось, но сегодня этого нельзя, противозаконно. Ну какие тут проблемы, раз хочется! Переставили юристы несколько слов в статье, на худой конец добавили новую и получили ещё одну “свободу”, и значит снова ты “в законе”: прелюбодей, банкир, разбойник, вор… Можешь блудить, строить “пирамиды”, отмываться в оффшорах… Все это теперь можно, новая “свобода” тебе их разрешила.

Воля – это совсем другое. Жить в Воле, значит блюсти Жизнь, наше огромное Общежитие, присматривать за ним, лелеять, нести ответственность. Такова воля Всевышнего. Все естественные правила давно Им прописаны, а нами давно усвоены; все необходимые запреты и табу стали знанием и внутренней потребностью; ты не волен их нарушать, ты волен только ими руководствоваться, потому что только ими руководствуется и сам Всевышний. Перед тобой весь мир, ты чист перед ним. Он знает, что на подлость ты не способен, он тебе доверяет, а потому вокруг тебя одни друзья. И оттого так легко и вольготно дышится. Думаете, почему ваши дети, кошка или пёс постоянно путаются у вас под ногами? Только поэтому. Они хотят быть поближе к тем, кого любят и кому верят, они точно знают, что пинка они не получат и их не обидят. Такое доверие высшая драгоценность. Стоит в этом круге появиться малейшей трещинке, как всё сразу разлаживается и разъезжается, потому так страшны малейшая неискренность, тем более обман…

Довольно с нас “демократических свобод”. Наелись! Нам нужна наша Воля. Наша воля такова: мы остаёмся российскими и русскими. Со своим – русским – языком, со своим выстраданным осознанием собственной значимости; мы это заслужили тысячелетиями своей русскости. И мы готовы послать всех западных поборников “свобод” и всю их пятую колонну гибридизированных псевдорусских вырожденцев туда и так, как в русском языке ещё не разучились посылать.

2.3 Вот уже несколько десятилетий люди азартно путешествуют в Интернете и вдвое дольше без устали эксплуатируют компьютеры. Какой ни есть, а тонкий мир, виртуальность. На деле компьютерная виртуальность – это лишь первое приближение к тонким мирам. Но уже и этого оказалось достаточно, чтобы увидеть какое будущее нас ожидает, если мы, презрев предупреждения, не обуздаем собственные страсти, эгоизм и аппетиты и продолжим жить как прежде. Слов нет, компьютер расширил наши возможности и сделал жизнь такой удобной.

Думать теперь почти излишество: в пределах обывательского спроса всё можно получить, нажимая кнопки; 24 часа в сутки можно чесать языками, обмениваясь посланиями; или глазеть–вникать–разглядывать чужую жизнь, перебирая со скуки одну картинку за другой, благо это уже не замочная скважина, а плазменный экран. Машина будто нарочно поощряет и культивирует в нас леность и неподвижность, словно поставила перед собой задачу атрофировать часть функций человеческого организма и свести их в конце концов лишь к чтению табло и манипуляциям с пультом.

У компьютера, как и у человека, есть глаза, их два: слева “0” (ноль) справа “1”(единица), может, наоборот. Третьего глаза, обозревающего остальную цифирь от 0 до 1 (10) во всех сочетаниях, у него нет. У человека он есть, но закрыт, поскольку предназначен только для работы с тонкими энергиями, в том числе и куда более тонкими, чем те, с которыми сегодня работает машина. Размечтавшийся Homo sap. хочет, чтобы компьютер стал его Третьим глазом. Он забывает, что при таком раскладе машине уже не понадобится её ленивый и беспечный хозяин, она выйдет из–под его контроля. Если когда–нибудь её “0”и “1”самостоятельно скакнут в миры по–настоящему тонкие, случится большая беда – мы поменяемся ролями, с этого момента человек станет служкой, а машина его хозяином. Почти тривиальный у фантастов сюжет обернётся реальностью

Третий глаз открыт у пророков. Хотя любителей пророчить, прорицать и просто каркать масса, настоящих Пророков, посланцев Всевышнего, единицы. И они не молчат, напротив,их и речи жгут и достают до сердца. Но люди забывчивы, слишком заняты своими интимно–личными делами и им не до будущего, ни своего, ни собственных детей:“авось обойдётся”. Не обойдётся. Чтобы убедиться в этом достаточно заглянуть в сводки новостей и хотя бы бегло проштудировать специальные отчёты аналитиков.

3.

Тяжёлые настали времена. Крестовый поход глобализации, эдакая пока дискретная непрерывность. Глобально всё – финансовый кризис, исподтишка неуклонно теплеющий климат, стихийные бедствия, цветные снега и дожди, озоновые дыры, смог взамен воздуха, отравленная вода озёр и рек, одержимость геополитикой государственных режимов, локальные войны, неутихающие вопли об энергодефиците, синдром ядерного шантажа от третьих стран, лубочно– примитивные “новые элиты”, непотопляемый нацизм и расизм, неукротимые террористы… Пираты и те воскресли.

Терроризм всё время остаётся на слуху. Как–то незаметно к нему прилепилось добавление “мировой”, и с этим довеском мы его теперь чаще всего и слышим. О довеске с самого начала позаботились американцы, обязав СМИ вдолбить в сознание формулу терроризма именно в “глобальном виде”. На деле такого –“мирового” – терроризма нет. Есть мафия, освоившая эту нишу, она удобно в ней устроилась, пустила корни, поделила внутри себя зоны влияния и диктует, где может. Терроризм как феномен произвела на свет всё та же Америка, на начальном этапе она же руками своих инструкторов вырастила и выкормила кадры, то есть самих террористов. Те недолго ходили в учениках, быстро избавились от американского контроля, всерьёз занялись наркотиками и торговлей оружием и зажили собственной жизнью. Об этом я писал в “Господах россиянах” ещё в 2001 году, а на днях по радио услышал то же и от весьма авторитетного человека, профессора, А. К. Пушкова.

Теперь Америка выжимает из этой ситуации максимум, ей очень нужно, чтобы терроризм считался тотальным, мировым. Это развязывает ей руки, вручает ещё один предлог совать свой нос всюду, куда её заносит в её геополитике. Другой похожий предлог запатентован ею под ярлыком “угроза от третьих стран”: ядерная, гипотетическое обладание оружием массового поражения (как в Ираке, которого, как известно, там не оказалось) и т.п. Но первым в списке главных американских “патентов” на волюнтаризм и произвол идёт насаждение демократии собственного образца. Под такими вот знамёнами они бомбили в Югославии, проторили дорогу виселицам в Ираке и теперь увязли в Афганистане. Нужно быть круглым дураком, чтобы надеяться, что остальной мир ослепнет от лживого трезвона в СМИ и не разглядит истинных причин и побудительных мотивов американской экспансии. И поверит, что бойня, дети–сироты и кровь могут быть оправданы какой бы то ни было демократией, не то что американской.

Впрочем, Америка вряд ли питает такие иллюзии, это традиционные её шаманские заклинания и пассы, больше для собственного обывателя; на деле же такова крайняя степень цинизма, непременная принадлежность силы, не знающей куда себя пристроить. Всюду, где ни засветится Америка, появляются проблемы. Везде, где есть проблемы в геополитике, виден американский след. Потому так не любят её по миру. Америка насквозь маргинальна. По главному счёту маргинальность – это то, что не имеет моральных корней, того фундамента, на котором выстраиваются связи и отношения со всем, что нас в этом мире окружает.

3.1 Россия пробудилась от спячки, возвысилась, подняла голову и огляделась. Она одинока как и прежде. Китай забыл своих даосов, Конфуция и Лао Цзы, Индия не вспоминает больше ни Ригведу, ни Веданту. Ветром глобализации их подхватило и несёт неудержимо в общую нашу “последнюю обитель”. О Европе и говорить не приходится, глобализация её рук дело. Показывают пальцем на Америку, но Штаты – это детище Европы, её кровь, её гены, правда, худшее что в ней тогда, 400 лет назад, нашлось и подалось за океан. Может поэтому Новый Свет выглядит такой откровенной карикатурой Старого… Недавний опрос общественного мнения в Америке в рейтинге на первое место вывел президента Обаму, вторым назван Иисус Христос… Что это? Что же это за общество такое? Это дети Вини-Пуха? Что у них в головах?..

Россия на всех перекрёстках напоминает о многополярном мире, зная очевидное, – другим мир быть не может. Но Америке такой мир не нужен. Европа лавирует, оставаясь – в стратегии – безусловно в американском лагере. Странное дело. Испарилось главное пугало времён холодной войны: нет больше ни Советского Союза, ни коммунистической химеры. Идеология у всех вроде как одинаковая – свободное общество, демократические ценности…, весь набор ярлыков и штампов теперь общий. Но противостояние осталось. Почему? Одна причина на поверхности: позарез нужна территория России, её ресурсы, её богатства, мозги, в конце концов, этот неисчерпаемый интеллектуальный потенциал, только бы до него добраться. Одолеть Россию можно только скопом, с Америкой в первой шеренге, так что этот единый фронт, монолит, оплот им нужен.

Другая причина куда глубже и важнее. Она таится в седой древности, в пластах истории земной цивилизации, сейчас свёрнутых и задвинутых поглубже, сокрытых и запечатанных, чтобы, упаси Бог, кто не увидел и не узнал правду. Но нет на свете ничего, что можно было бы утаить.

3.2 XVII век. “Существование у русских предков в античности – положение, которое в XVII веке разделялось большинством славянских историков, однако затем было изъято под давлением западноевропейской и, прежде всего, германской историографии” (В.А. Чудинов “Вернём этрусков Руси.” М. “Поколение”. 2006, с.181).

Акция была вполне осознанной. В результате нас лишили большей части нашей истории: “По документам, согласно русской летописи, отменённой около 300 лет назад, русской государственности уже 7510 лет” (Н.Н. Вашкевич “Симия”. М. “Белые альвы”, 2006, с. 249).

Штатные историографы и составители учебников сочтут фигуру Н. Н. Вашкевича одиозной, он им не указ. Других, а среди них есть и такие, кто в исторических оценках идут ещё дальше, зачислят в маргиналы. “Это популярная литература, – скажут, – беллетристика”. И тут, к несчастью, будут во многом правы. Масса книг и журнально-газетных статей на эту тему выпущена непрофессионалами, иным не хватает не только профессионального знания предмета, но и обычной грамотности, между тем как в подписях под публикациями иногда можно видеть и профессоров, и академиков. Хотя названия их “академий” звучат громко и претенциозно, они мало кому известны; академическая элита там, как правило, сотрудничает с потусторонними силами, которые она называет “тонким миром”.

Тонкие миры несомненно существуют, но чтобы черпать оттуда знание нужно им соответствовать, туда не всякого пускают. Те откровения, что обрушивает на голову растерявшегося читателя означенная профессура, специалисту покажутся сначала шуткой, розыгрышем, потом бредом. И это, разумеется, никак не подтверждает такого соответствия. Но главное – они забалтывают саму проблему, топят её в словоблудии и наукообразии, спекулируя на востребованности темы. Именно эта востребованность навербовала массу искренних энтузиастов среди российских любителей истории; они прорвались в СМИ со своими идеями, поделились открытиями, до которых сами додумались, но по большому счёту науке на любительском уровне помочь невозможно. Кроме хороших мозгов, нужно хорошее образование, системный подход и суровые, но компетентные оппоненты.

3.3 Тема нашей истории действительно больная тема. На нашей памяти, в наиболее доступном нашему обозрению последнем трёхсотлетии, не прекращаются попытки лишить нас наших предков, не только их подвигов и героических деяний, но и их обычной жизни – уклада, обычаев, языка, традиции, всего того, из чего рождается культура. Первым взбунтовался Ломоносов. Вот один эпизод: приведя несколько примеров словопроизводств из “Грамматики” Шлёцера, он подводит черту:

“Из сего заключить можно, каких гнусных пакостей не наколобродит в российских древностях такая допущенная скотина” (С. М. Соловьёв, т.26, гл.3.,с. 553).

В выражениях Михаил Васильевич не стеснялся, он хорошо знал того, о ком говорил, и представителя фауны, которого он в нём увидел, идентифицировал точно. С тех пор не умерли ни Шлёцеры, ни Миллеры, ни Байеры, скорее приросли в числе, только фамилии у них теперь другие. Ещё и амазонки добавились: Кондолиза, Маргарет, Мадлен…

“Тени Лаврета! Святополка! Можете вы восстать
из гробов своих? Вы бы познали горесть народа
и стыд ваших внуков. Чужая жажда испивает
нашу кровь, и сыны, не зная славы отчей,
величаются тем, что называют себя потомками холопов”.

Ян Коллар «Славы дщерь». (Перевод Н. Берга)

XVIII век. Кончина императора Петра Великого. Век правления императрицы Екатерины II. Начало возрождения русской науки и культуры в целом. Стартовали гиганты: в науке – М. В. Ломоносов; в литературе – А. Д. Кантемир, “родоначальник русской изящной словесности” (Брокгауз и Эфрон. Биографии). А. П. Сумароков, В. К. Тредиаковский, Г. Р. Державин; в живописи – Д. Г. Левицкий “лучший из портретистов времён имп. Екатерины II” (там же), В. А. Боровиковский, Ф. С. Рокотов; в музыке – Д. С. Бортнянский, М. С. Березовский… В XIX веке из этого посева вырастет Менделеев, Мечников, Попов, Лобачевский, Циолковский, Лермонтов и Пушкин, Толстой и Бунин, вдохновенные поэты “серебряного века”, Глинка, Мусоргский, Рахманинов и Римский–Корсаков…

Тогда же случилось и ещё одно событие. В 1854 году как гром грянул среди ясного неба: Егор Классен, обрусевший немец, публикует свой труд “Новые материалы для древнейшей истории славян вообще и славяно-руссов дорюриковского времени в особенности с лёгким очерком истории руссов до Рождества Христова”; книга сопровождалась приложением “Памятники письменности славян до Рождества Христова, собранные и объяснённые Фадеем Воланским…”

В 2005 году издательство “Белые альвы” выпустило репринт книги Е. Классена. вот несколько цитат оттуда.

“Славянское племя в Европе, считая в числе его и чистых и онемеченных Славян, заключает в себе больше душ, нежели сколько их всех прочих чужеродных племён, вместе взятых”(Е.Классен, c.149).
“Скифские письмена, сохранившиеся в некоторых скандинавских и всех поморских рунах, а также по левому берегу Енисея, повыше Саянского отрога, свидетельствуют, что служили образцом для древних греческих письмен, равно для Кельтских и Готфских алфавитов (там же, с.188)”.
“Славянский язык был народным, родным, от Каспийского моря до устья Лабы (Эльбы), от Урала до Адриатического моря, да и теперь, за исключением немногих Остзейских провинций, остался на тех местах языком народным. Как далеко простиралось в древние времена жительство Славян в Африке, пусть докажут славянские надписи на камнях Нумидии, Карфагена и Египта, которые я предложу говорящими археологической публике (Ф.Воланский, там же с.220)”.

Итак, ещё в середине XIX века всплыла на поверхность истина. Славянам показали кадры из их прошлого. И стало понятно, почему вся Европа, Ближний Восток и Северная Африка в славянских топонимах, гидронимах и этнонимах. Они изуродованы, порой до неузнаваемости, иные ещё до начала новой эры, греками и латинами, потом адаптированы в собственный язык иноплеменным автохтоном, как правило, германо – или романоязычным. Но и того, что узнаваемо, предостаточно.

3.4 “Что славяне имели уже письмена задолго до Кирилла и Мефодия свидетельствуется весьма старыми славянскими письменами, находящимися в Мюнхенской библиотеке” (Е. Классен, с. 38).

“В житии св. Кирилла, в списке, хранящемся в Рыльском монастыре, сказано, что он прежде отправления в Моравию был в Херсоне и: ”Обретъ тоу Евангелия и псалтырь Роушкими письмены писано и человека обретъ глаголюща тою беседою, и беседовавъ с ним и силою рече прием… и дивляхуся ему Бога хваляще”, – из этого явствует, что Руссы имели не только письмена до Кирилла и Мефодия, но были уже и христиане до пришествия его в Моравию; ибо имели уже на своём языке Евангелие. Это обстоятельство согласно и с церковной историей, говорящей, что Руссы Черноморские имели уже свою церковь в 4-м веке”(там же, с.38).

Думается, Святейший Патриарх Русской Православной Церкви Кирилл о том ведает. Забота о пастве главная его забота. Как её только собирать теперь, эту паству? Да помогут Тебе в том наши молитвы, Святейший! И сама Святая Русь да будет предстательствовать Тебе, Святейший, перед Всевышним!

Можно не сомневаться, что если бы не три Интернационала, не этот манифест от Дьявола и навьих “Призрак бродит по Европе! Призрак коммунизма!”, бродивший по Европе, но забредший в Россию, и не последовавшие за его визитом кровавые и приснопамятные 70 лет, если бы не всё это, Россия давно уже разобралась со своим прошлым. Мало того, сумела бы растолковать и накрепко запечатлеть в памяти даже самых заскорузлых мозгов Европы и за океаном историческую правду о себе. А так пришлось ждать XXI века.

3.5 Тадеуш Воланский в издании (Е. Классен, с. 219-313) приводит иллюстрации 56 древних памятников и, отнеся их к праславянским, даёт чтение надписей на них. Почти все памятники принадлежат этрускам. Так что читает он этрусские надписи. Те самые, ставшие к этому времени в учёном мире притчей во языцех, приобретшие известность тем, что почти столетние (до Воланского) попытки расшифровать письменность закончились ничем. Воланский об этом будто и не знает; записанные италийским алфавитом этрусские надписи он читает на “прототипе славянского” языка.

Учёная элита той Европы и мысли об этом не могла допустить, аксиомой для неё было то, что этрусский язык близок к латинскому; в своём высокомерии Воланского она не заметила. Ещё сто лет она промучилась, чтобы прийти в конце концов к единственному не вызывающему сомнений, хотя и обескураживающему выводу: “Этрусское не читается”. На это двум десяткам учёных знаменитостей понадобилось более двух столетий. О Воланском вскоре забыли, и хотя впоследствии выяснилось, что предложенное им чтение неверно, начало славянскому направлению в исследованиях было положено.

На Балканах через полстолетия его продолжили Матей Бор, Радивое Пешич и Мартин Жункович, а в конце XX и в XXI веке этрусками занялись и россияне. Начал П. П. Орешкин, но пробудил этрусков к новой жизни и вернул их нам В. А. Чудинов, главное действующее лицо в истории со вторым рождением этрусков. Этруски заговорили – нормальным русским, несколько, правда, архаичным языком. В полном соответствии со своим самоназванием: эт–руски. Слава Богу, оказались фантазиями жутковатые конструкции типа “циегосы ннопо чеи въмясу”, “менеока–акоенем”, “свчжень”, “нечьирне” и даже “нгепдкпо”, мгновенно вызывающие ощущение, что вас мистифицируют, неприятие, отторжение и устойчивое недоверие к авторам.

В. А. Чудинов на многочисленных примерах демонстрирует вред и неуместность верхоглядства и любительства в серьёзных вещах и тем самым реабилитирует науку как таковую.

Валерий Алексеевич Чудинов – доктор филосовских наук, профессор, академик РАН и РАЕН; у него много ещё и других учёных званий и научных обязанностей, но главное – Бог дал ему талант исследователя, а кроме того литературный дар и дар изложения даже сугубо специальных тем понятным языком, отчего его книги доступны широкому читателю. Любая из них – захватывающее чтение, трудно оторваться.

Обладая таким багажом, сумев привлечь к решению задач самые современные технические новации, он идёт своей нелёгкой научной стезёй, радуя нас всё новыми, порой ошеломляющими открытиями. Он отдал нам наше древнее слоговое письмо – руницу, существовавшую прежде глаголицы и кириллицы. Наши предки смешивали в записях все три вида письменности, вводили лигатуры и реверсы, потом стали использовать неявные записи, вписывая их в изображения. В результате письмо стало шифрованным. Наживку проглотили многие, включая и западную этрускологию, иначе неизвестно до каких глубин фальсификации она бы ещё додумалась, лишь бы подальше упрятать правду. Вот эта правда в цитатах от В. А. Чудинова из его книги “Вернём этрусков Руси”. М.Поколение. 2006; все выделения по тексту(курсив, заглавный шрифт) сделаны В. А. Чудиновым.

с.113 “…круг замкнулся: объяснить этрусский через какие–то языки помимо славянских не удаётся”.
c.112 “…очень многие этрусские надписи…сопровождались параллельным или дополнительным текстом НА РУССКОМ…, и в этом заключается не таинственный зигзаг истории, а непрерывность существования Руси и русского языка на протяжении всей предыстории и истории человечества, начиная с верхнего палеолита. Это позже появляются различные диалекты русского языка, и тем самым появляются славяне, которые, однако, с русским языком не порывают, они его сохраняют как общерусский (ОБСКЕ), но позже переходят на более близкие им диалекты, которые уже допускаются в Волевой Руси (VOLSCE). По мере развития диалекты постепенно оформляются в самостоятельные славянские языки, которые всё более отдаляются от общерусского, использующего кириллицу”.
с.25 В. А. Чудинов цитирует здесь Мартина Жунковича: “Насколько древними являются старейшие памятники этого рода никто не может определить точно в пределах тысячелетия, поскольку, например, в Египте были найдены мумии с обёрткой из бинтов, на которых были начертаны этрусские руны”.
с.11 “…неожиданной оказалась содержательная сторона пиктокриптографии–выяснилось, что таким способом письма пользовалось большинство европейских народов, причём НА РУССКОМ ЯЗЫКЕ. Конечно, иногда были вкраплены слова родного языка–немецкие, английские, французские, но это всё–таки скорее исключения, чем правило. Получается, что русский язык, как в античности, так и в Средние века, играл роль языка международного. Самым большим потрясением для меня было открытие того, что русским языком пользовались даже ДРЕВНИЕ ГРЕКИ ”.
с. 33 “…о существовании глаголицы у славян (помимо кириллицы) знают только профессионалы, об умении славян писать германскими (вендскими) рунами знают только немногие профессионалы, о том, что у славян существовала открытая мною слоговая письменность руница, не хотят знать даже славянские эпиграфисты, а о том, что славяне создали все виды италийского письма, включая и этрусское, западноевропейцы не хотели бы слышать даже в страшном сне”.
с. 210 “Получается, что за три века до расцвета собственной культуры, примерно в 1000 году до н.э. этруски использовали на письме кириллицу и руницу, как все славянские народы. Вместе с тем, они не использовали италийское письмо. Почему? Вероятно, потому, что его ЕЩЁ НЕ БЫЛО. Полагаю, что его придумали как раз сами этруски”.
с. 215 “Таким образом, материалом для создания италийского алфавита послужила кириллица с её пополнением из руницы”.
с. 198 “получается, что то ли кривичи жили в античности, во времена этрусков, то ли, как полагает ряд исследователей, из истории Европы вырезали одно тысячелетие, так что реальный III век н.э. истории Западной Европы вполне мог приходиться на VII век до н.э. условной античной, и кривичи вполне могли знать этрусков, а этруски – кривичей”.
с. 264 “…тайна происхождения, как мы видели, была раскрыта из самих этрусских источников: основным образующим ядром этрусского народа стали смоленские кривичи и соседние полочане из Полоцка”.

3.6 Стоит задержаться на этом “вырезанном тысячелетии” и процитировать В. А. Чудинова из его Предисловия.

с. 4 “Словом, им отлично известны события второй половины первого тысячелетия н.э. Откуда, если они прекратили своё существование в первом тысячелетии до н.э.? Получается, что они описывали события, которые происходили СПУСТЯ 1000–1300 ЛЕТ ПОСЛЕ ИХ УХОДА С ИСТОРИЧЕСКОЙ АРЕНЫ. Такого, разумеется, быть не может и, следовательно, в реальности они были именно на этот временной интервал ближе к нам. Но поскольку они основали Рим, то его дата тоже должна быть изменена с VII века до н.э. на V век н.э., а это потребует “переезда” датировки классического периода Греции в VII–VIII века н.э. А затем это потянет за собой передатировки и других исторических событий”.
с.5 “Я не настолько наивен, чтобы полагать, что за более чем двухсотлетнюю историю этрускологии не было исследователей, пытавшихся читать эти тексты по–русски. Однако почему–то эти имена(кроме самых последних) нам неизвестны… в истории этрускологии вообще нет славянских имён. Почему? Напрашивается вывод о том, что по этому единственно верному пути этрускологи не хотели идти сознательно. Иными словами, зондирование со стороны славянских языков они произвели и, возможно, пришли к тому же выводу, что и я, а именно: история была вовсе не такой, какой её сейчас преподают в университетах Европы. Это и привело их к желанию поступиться изучением этрусского языка, но сохранить привычную картину древней истории”.

Как же так, господа историки? Во лжи плаваете?
Скоро утонете? Пора бы!
Какая низость,Бог мой! Люди в мантиях, академики,
“бессмертные”…Кому вы продались, ради чего вы предавали истину?
В вере, казалось бы, богобоязненные, вы
же знали “нет ничего тайного, что не сделалось бы явным, ни
сокровенного, что не сделалось бы известным и не
обнаружилось бы”
( Ев. от Луки, 8.17 ).

И ведь всё это и по сию пору торчит по академиям и университетам и множит ложь.

Все славословят, не устают от дифирамбов римской империи и Риму. Но когда–то, пусть на время, надо и трезветь. Вот взгляд на Рим и на этрусков западного европейца из XIX века, человека авторитетного и просвещённого, Эдуарда Шюрэ.

“Что такое Римъ? Изъ какого сочетанiя силъ произошла римская имперiя? Заговоръ жадной олигархiи во имя грубой силы, притесненiе человеческого разума, религiи, науки и искусства во имя обоготворённой политической мощи… Вся римская исторiя – последствiе того беззаконного договора, посредствомъ которого Отцы–Конскрипты (сенаторы из плебеев – В.3.) объявили войну сперва Италiи (т.е. тогда Этрурии – В.3.), а затемъ и всему человеческому роду. Они хорошо выбрали свой символъ! Бронзовая волчица съ взъерошенной шерстью, вытягивающая свою голову гiены на Капитолiи, есть истинный образъ этого правленiя, та злая сила, которой была одержима душа Рима.
В Грецiи уважались до конца святилища Дельфов и Элевзиса. В Риме, съ самого основанiя, наука и искусства были выброшены какъ ненужныя. Попытка мудрого Нумы, который был этрусскимъ посвящённым, погибла благодаря ненасытному честолюбiю римских сенаторовъ. Онъ принёсъ въ Римъ книги Сивиллъ… Онъ создалъ судей, избираемыхъ народом; онъ роздалъ народу земли; онъ построилъ храмъ Янусу въ честь всемiрнаго Закона; онъ подчинилъ военное право священнымъ герольдамъ.
Царь Нума, память котораго высоко чтилась народомъ, является какъ бы историческимъ вмешательством священной науки въ совершенно иной государственный строй… После Нумы римскiй сенатъ сжигаетъ книги Сивиллъ. Уничтожаетъ авторитетъ римскихъ жрецовъ и судей, и возвращается къ своей системе, въ которой религiя была лишь орудием политическаго господства. Римъ делается гидрой, поглащающей народы и ихъ боговъ… Онъ делаетъ видъ, что поклоняется богамъ, но в действительности Римъ поклоняется только своей волчице” (Э. Шюре.“Великiе посвящённые”, репринт издания 1914 г. М. СП “Книга–принтшоп” 1990 с. 344–345).

Капитолийскую волчицу изваяли, а потом отлили в бронзе этруски. Скульптура эта выдающаяся. Ни латинам, ни эллинам такие высоты не были доступны. Это моё мнение. Но маститые искусствоведы не одну сотню лет уверяют всех в обратном (см. например, Лосева, Сидорова “Искусство Этрурии и древней Италии”. М. “Искусство. 1988 с. 221–223”). Тадеуш Воланский с ними тоже не согласился:

“Многие из этих исторических изображений в скульптуре обнаруживают руку высокого художества, и даже глубокомысленный Винкельман сознаёт (книга 3, гл.1, §10), что искусства находились в Этрурии уже на высокой степени совершенства, прежде нежели Греки могли представить хотя что–либо в этом деле” (Е. Классен, с. 274).

Почти нет сомнений в том, что и на волчице этруски оставили свою запись; если так, остаётся только подождать, когда она заговорит.

Мощь этрусского государства засвидетельствована в надписях неоднократно. На бронзовом зеркале №9 Чудинов читает: ЭТРУСК МА РУКА НА ЕВРОПЕ, т.е. “этруск держит руку на (пульсе) Европы”; Я–РОДИНА РИМА (“Я” – это Этрурия, т.е. она – мать Рима); РУКА ИС РУСИ. “Так что Русь – “бабка Рима”, заключает Чудинов (“Вернём этрусков Руси”, с.405–407).

Возвышение Рима началось с роста могущества самой южной этрусской провинции, где коренным населением были италики (италийцы); она называлась Лациум – Latium, отсюда пошли латины (латиняне). Город Рим основали и дали название этруски. В те времена писали и читали свободно в оба конца, справа налево и наоборот. Этруски “предпочитали писать справа налево” (там же, с. 436), и они сыграли в эту игру: РИМ–МИР.

Славяне в имени города видели МИР, сразу во всех трёх его смыслах: как вселенную (мироздание, ойкумену); как отсутствие войны; как покой, лад, тишину. У италийцев слово “мир” в их словаре отсутствовало. RIM стал у них ROMA. Оборотив МИР Ромой, они отправились воевать и лепить свою империю. Первой пала Этрурия. Рим, её детище, рождению которого она так радовалась (изображение и надписи на бронзовом зеркале № 24, там же, с. 438), стал её господином и тираном.

3.7 Имеет смысл задержаться на проблеме эволюции самого письма. Наши предки на протяжении тысячелетий использовали все три вида письменности – руницу, глаголицу, кириллицу – и в конкретных прописях часто их смешивали – от полноты бытия, от радостного осознания собственных возможностей, в стремлении сделать запись красивой, а где и забавы ради. Они вовсю этим пользовались, писали, видимо, везде и на чём угодно. Другое дело, что время сохранило нам их послания только в материале, наименее подверженном тлену, – в металле и камне. Тут есть ещё одна, очень важная, сторона: смешивая три вида письма, вводя лигатуры и реверсы, наши предки осознанно шифровали запись, предлагая своего рода ребусы и головоломки. Это было игрой. При поголовной грамотности среди славян простое чтение труда не составляло, а вот разгадка ребуса приносила ещё и удовольствие.

Как сегодня – любителям кроссвордов и т.п. Потом, чтобы ещё больше усложнить чтение, этруски стали вводить неявные записи, вписывая их в изображение; со временем они стали преобладающими. Письмо при этом обретало двумерность и художественную значимость. Курчавая борода на лице сурового воина несёт, оказывается, в своих завитках ещё и запись: БОРОДАЧ РОМАН ВОЙ (воин), или – на портрете: НЕ СКЛИПИ НЕ ПЛАЧ – Я ВЕРНУСЬ (Чудинов, с.413).

Могли добавить и что-нибудь солёненькое. Такими были их развлечения. Неявные записи становились всё более изощрёнными, пока не превратились в шифрограммы, теперь они могли служить для тайной переписки и секретных посланий. Этот феномен благополучно дожил до наших дней и в виде ГРАФФИТТИ стал головной болью властей современных городов и весей.

В. А. Чудинов в своих книгах приводит множество примеров тайнописи на иконах, живописных полотнах, рисунках на полях у наших классиков – Пушкина, Гоголя, Державина, Дельвига… Само собой получилось, что надписи обрели защиту; их уже нельзя было подделать, переделать, прилизать и причесать. Если носителю языка, “своему”, приходилось поломать голову, чтобы увидеть запись а затем извлечь её смысл, т.е. расшифровать, то что уж говорить об иноплеменных и иноязычных, им она была просто недоступна. Защитились при этом и сами авторы. “Рукописи не горят”, мощь записанного слова ощущали всегда, за это можно было поплатиться и головой, и прецеденты наверняка были. Так что прозорливость наших предков спасла нам наше апеннинское прошлое.

Вместе с Валерием Алексеевичем заглянем ненадолго в Этрурию. На бронзовом зеркале № 27 (с. 446) стоят трое и о чём-то в общем мирно беседуют. В центре атлетичный гигант в длинной юбке с поднятыми вверх руками, на руках колодки, он сдаётся. По бокам двое обнажённых мужчин, слева с палицей, справа с копьём. Явная надпись ШЕДЧЛЕ ЙА УЖ НАШЕЛ, т.е. ПРОХОЖИЙ ЕЁ УЖЕ НАШЁЛ, ничего не объясняет. В. А. Чудинов начинает читать неявные записи: КЕЛЬТ (атлет в центре) И СЛАВЯНЕ ЛЮБЯТ РУНЫ (т.е.надписи). Персонаж слева: СКИФ. РУСЬ. ВОЙ (т.е. воин), кельт – это его пленник. Фигура справа: СВОЯКИ КИПРЯНЕ, т.е. этруск с Кипра доводится скифу (тоже этруску) свояком. Далее Чудинов дешифрует следующие надписи: ХРАНИ РУНУ (записано в нескольких местах); И МУЗИКА РУНЪ ГОРИТ; РУНУ ХРАНИ ОТ СКИФА. ПАЖАР НОТ ОНА; на поднятой правой руке кельта: МИЛ. Далее ХРАНИ РУНУ; В НОТАХ РУН.

Перевода здесь нигде не требуется, запись передаёт современный литературный русский, хотя ему не менее полутора тысяч лет как минимум. Разобравшись с сюжетом, Чудинов делает вывод:

“Вероятно, когда скиф видит надписи, он начинает петь как по нотам. Возможно … и не петь, а просто кричать… Та же вредная привычка распевать отмечается и у этрусков Малой Азии. Вероятно и пленник кельт МИЛ этруску и скифу именно тем, что горланит при виде надписей… А явная надпись сообщает…, что скиф подобные руны уже нашёл” (с.447).

Что–то мне подсказывает, что ключевая фраза в этом сюжете ХРАНИ РУНУ В НОТАХ РУН, хотя первые два слова и последующие три пространственно разобщены. Это призыв к правильному её чтению и правильному, без фальши, пению, если её пели. Скифу же медведь на ухо наступил, возможно, ещё в детстве. В любом случае эта сценка из этрусской жизни в сопровождении текста, вычитанного В. А. Чудиновым, живая будто только с улицы. Но!.. кроме четырёх слов явной надписи, никакого текста вы на рисунке не увидите. Всё скрыто, утоплено, растворено внутри. Сам рисунок, скорее этюд, хотя и не первоклассный, но вполне профессиональный и выразительный.

И где же всё это приключилось? На ободе зеркала Чудинов читает (с. 447): МАСТЕРСКАЯ. РОД. ХРАМ РОДА. РУНЫ. РУСЬ. КОРСИКА. С РУНИКОЙ. На острове Корсика, оказывается.

3.8 Русский народ всегда ценил талантливую шутку, весёлый розыгрыш и… неявную запись. Мне вспомнился случай из собственной жизни. К нам на работу пришёл весёлый русский парень Саня. Он только что демобилизовался и хотел подзаработать, не мог он появиться в своей Рязани без денег. Был он, что называется, мастер на все руки. В армии это заметили и сразу перевели в стройбат. Однажды им довелось строить для большого чина, генерала. Дошли до внутренней отделки, где нужно было расписывать стены и потолок. Пока расписывали, начальство не раз наведывалось: разглядывало, удивлялось, в восторге ахало, приводило поглазеть жён, те тоже ахали.

Саню хвалили, угощали, дали увольнительную вне очереди… На днях должен был приехать генерал. По дому оставались небольшие доделки, и тут дёрнула нелёгкая нашего Саню привести своего напарника в гостиную и показать ему большой простенок между окнами. Не утерпел, захотелось похвастаться. Он расписывал его сам лично и никого туда не допускал, хотя его помощники работали в той же комнате на соседних стенах. Теперь Саня поставил напарника в нужном ракурсе и, отойдя к простенку, ткнул несколько раз рукой в нужные места. Тот начал вглядываться, замер, ругнулся, и умолк, запутавшись между восторгом и ужасом: в абстрактных цветных разводах вдруг обнажилась, выплыла на поверхность и устоялась гротескная, откровенная до мелочей неприличная сцена.

Теперь только она оставалась перед глазами и видна была сразу от входной двери. Было непонятно, как никто не разглядел её раньше… В тот же вечер Саню заключили в карцер. Его напарник с перепугу его сдал. Стену замазали, но тут приехал генерал. Он–то Саню и вызволил. Саню привели к генералу. Он был нестарый и большой, Саня небольшого росточка, хотя и крепенький, но потупившийся, понурившийся и оттого казавшийся ещё меньше. Генерал долго его разглядывал, спросил, как он до такого додумался. Саня отвечал, мол, был в увольнении в городе, зашёл в музей, увидел на картинах обнажённых женщин, все стены завешаны, ну и кое–что потом от себя добавил. Генерал рассмеялся, усадил за стол, велел принести что положено, напоил, накормил, на прощание дал денег…

И этруски были такие же, как Саня и его генерал. Сородичи, не могли они быть другими…

Закатилось солнце Этрурии. Её разобрали по частям, побили, указали место, а потом растворили в чуждой романской крови, итальянской и испанской. Стёрли. Русь, бывшая для этрусков матерью, понимала ли она, что закат неизбежен? Видимо, понимала…

Бронзовое зеркало № 33 приоткрывает дверь в то далёкое этрусское прошлое, хотя на зеркале всего 28 слов, 8 явных и 20 неявных (Чудинов, с. 459–461). На изображении группа из шести участников, пятеро женщин и голый парень в центре Е СЛАВЯНИН (неявно). Явная запись – это тоже о нём: ВСЕ РАВНО ИСИДИШ С ДИВКОЙ А ЖЕНЛЕЙ ДАНЬЮ, то есть ВСЕ РАВНО ИЗЫДЕШЬ (выйдешь) С ДЕВКОЙ И ЖЕНСКОЙ ДАНЬЮ.

Весь он какой–то занятой и нетерпеливый, всем своим видом словно отметает глупые вопросы: “всё и так ясно, а мне некогда”. В левой руке у него тесак, в правой верёвка, она заменяла тогда наручники. Девки уже при нём, толпятся рядом, по бокам и за спиной; ближняя слева готова служить, из одежды на ней только два браслета на руках и бусы на шее. Особняком справа, чуть в отдалении сидит женщина с копьём, она единственная, кто не его дань. ТО РУСЬ ЭТРУСИИ записано в её причёске. Это она его посылала, только с иным наказом. Лицо строгое, отрешённое и скорбное. В складках ее рукава записано – ТОСКА. Ей всё ясно: этот “пошёл по бабам” (наверное, и тогда среди славян бытовала эта формула), потом, как и другие, будет тонуть в вине… забавы, роскошь, сытость, леность, пресыщенность…и всё, конец. Тоска!..

3.8 Западный психолог сразу этого не поймёт, у фрейдиста вся психология ниже пояса. Но понять придётся. Многим, всем. О виртуальном мире люди уже что–то знают, поскольку каждый день балуются с мышкой. К. Юнг попробовал осторожно объяснить, что есть такая категория как “коллективное бессознательное”, а Хайдеггер, Шпенглер, Бергсон, Кьеркегор, Леви–Стросс, Делёз, Касториадис и т.д. попытались помочь всерьёз задуматься.

Забрезжили замерцали какие–то кусочки истины, даже стали почти тривиальными в узком кругу интеллектуалов. Но остальные забыли уже и о том, что говорил Юнг, слишком уж виртуально – не пощупаешь, не унюхаешь и мышкой не нащёлкаешь. Истина осталась невостребованной, внутренним императивом она не стала. В результате уровень правителей, политиков, тем более военных остался прежним, заземленным и примитивным – профанным! Наверно, нужно время, много времени, чтобы из профана вырастить мудреца.

Господа, надсознание, подсознание, обычное сознание, коллективное бессознательное… не абстрактные категории. Это реалии, реалии виртуальной вселенной, куда более тонкие и могущественные, чем самые современные ваши компьютеры. Это то, против чего бессильно само Время, то, что навечно опущено нам в память, самодостаточное и до срока безвестное.

Потом невдруг, но всегда неожиданно, оно прорывается и одних заставляет хвататься за оружие и убивать, а других отладить немного заржавевший плуг и повернуться лицом к пашне. Инстинкты и рефлексы человека – это совершенно из другой области, они приобретались в процессе его эволюции как биологического вида. Не будь у человека духовной (виртуальной) составляющей, всё бы вершилось по сценариям, расписанным Дарвиным.

Однако глубинные поведенческие импульсы человека целиком диктуются только тем, что записано в его компьютерной памяти, и от внешних обстоятельств практически не зависят. Жанну Д’Арк, Дж. Бруно, протопопа Аввакума сожгли на костре, но они ни от чего не отреклись. Таких примеров в истории не счесть. Ни подкуп, ни пытки не могли заставить этих людей поступиться тем, что они считали единственной правдой. Долг, честь, добро, сострадание, любовь к ближнему…

Попробуйте найти адекватную замену этим понятиям в биологической среде, точнее, в биомассе. Напрасно будете стараться, не найдёте. Они существуют только в среде духовной, виртуальной. Антонимы им, их полярные противоположности, обитают там же, а потому маркиз Де Сад не мог не быть мерзавцем. И нечему удивляться, что человек почему–то просто знает, что хорошо, что плохо, что можно и чего нельзя. Разница в трактовке этих категорий у разных этносов зависит от предыстории, длительности исторической эволюции, степени совершенства задействованных компьютерных программ и соответствующих наработок на историческое сегодня. Можно назвать ещё множество влияющих факторов, но они будут второстепенными. Всё это в равной мере, только усреднённо, относится и к коллективному бессознательному, основной характеристике ментальности нации.

3.9 Запад всё силится понять Россию и продолжает в недоумении пожимать плечами. А всё просто. Вот факты, которые уже нельзя ни скрыть, ни замолчать.

История России, её цивилизационное прошлое, началось ещё в палеолите; в среднем палеолите (40–200 тысяч лет назад) она изобрела слоговое письмо, а в среднем–верхнем палеолите, как минимум 50 тысяч лет назад она уже регулярно писала.

У неё было два слоговых (руница) и буквенный алфавит – руны Рода (В. А. Чудинов. “Русские руны”. М. Альва–Первая. 2006. с. 246). Её самоназванием стало Русь. Без письма она никак не могла обойтись, ей нужно было маркировать всё, что её окружало. Велело Небо. Оно диктовало слова, в виртуальном ли, то ли в актуализированном (проявленном) пространстве, но волхвы(жрецы) их слышали. Так возник язык (Н. Н. Вашкевич “Симия” М. Белые альвы. 2006). Копились слова, ширился, увеличивался словарь. Нужен был способ, чтобы всё это запомнить, и на предметы стали ставить марки, знаки. Действо было сакральным, оно не могло быть иным, потому что проистекало из прямого контакта между Небом и проводником, волхвом, услышавшем звучание, то есть Слово.

Много веков спустя Библия воспроизвела и затвердила эту ставшую знаменитой сентенцию: “В начале было Слово…” Здесь исток важнейшей традиции, традиции, породившей письмо: только вещь, получившая знак, становилась тем, для чего она предназначалась. Тем самым она как бы обретала рождение и одушевлялась. Именно поэтому обычный молоток, топор, зубило, гребень или пряслице…, всё без исключения, несло знаки, ставшие со временем надписями, чем, кстати, объясняется и всеобщая грамотность среди наших предков (В. А. Чудинов, там же).

Столь невероятно длинный “век” России есть причина того, что и её компьютерная память не имеет прецедентов. Огромное число ситуаций ею давно отыграны, программы и варианты перебраны и перепробованы. Россия многое знает и неуклонно пополняет знания, именно поэтому её интеллект неисчерпаем. Но главное даже не в этом. Оформился и стал фундаментом незыблемый моральный пласт, это он диктует её мировоззренческую позицию и отношение к жизни. Россия не видит, не представляет себе ни единой причины в мире, которой можно было бы оправдать ложь. Её жизненные реалии с незапамятных времён так и называются – ПРАВЬ, то есть правда. Если жить по правде, все узлы развязываются сами собой, и жить становится легко и просто. И Россия это знает, давно знает, ох как давно!..

А не так давно, 5–7 тысяч лет назад, славяне и Русь извлекли на свет Божий обитателей пещер и нор, велели умываться по утрам и мыть руки перед едой, отдали в школу и научили грамоте. Много чему научили, а вот жить в мире и той простой истине, что только миром можно замирить воюющих, научить не получилось. Может потому, что наука жизни есть самая трудная наука под нашим солнцем.

Из этих новобранцев со временем составились государства. Часть из них дожила до наших дней, а часть этих последних именуется сегодня Западом, и сама себя считает квинтэссенцией современной цивилизации. Однако собственную память утруждать и воспитывать Запад не захотел. Укреплять и наращивать свои виртуальные, духовные, тылы они не стали. Разговоры с Богом закончили крестовыми походами, инквизицией и аутодафе, свернули на торную и такую удобную дорогу и бодро зашагали – прямиком к погосту. Там давно уже отдыхают Шумер, Вавилон, Финикия, Этрурия, Эллада, Рим… Моральных устоев и принципов у Запада не оказалось. Они лицемерят и лгут направо и налево, где только посчитают это выгодным. Голова у них давно в экологической петле, а они торгуются по квотам на выброс в атмосферу смертельных газов. И тут же выставляют напоказ самих носителей, источник этих газов, гоняя дизели в “Дакаре” по Африке или болиды из своих “конюшен” формулы–1 по Европе. Таким примерам несть числа.

3.10 Глухой протест ещё слышен: бунтуют несмиряемые национальные меньшинства, “зелёные” и антиглобалисты… А теперь уже и дети взялись за оружие. Не так давно в школах стреляли только в Америке. Нынче отстрелы малолетками себе подобных, ненавистных учителей и просто прохожих докатились и до Старого Света. На поверхности видимых причин этой канонады не заметно. Все ребята здоровы и вполне благополучны. Косвенным виновником объявляют разнузданность СМИ, и правда в этом есть: для таблоидов сцены насилия, кошмары, извращенность, шизофрения, ужасы и кровь– питательный бульон, другой пищи они не признают. И всё же это не главное, скорее подсказки, выступающие в роли спускового крючка. Главное в другом: прорывается и протестует подспудное глубинное моральное начало, отчаянно взывают к разуму семена ещё нерождённой жизни–они не хотят жить в том мире, который им навязывают на экранах и который они видят воочию вокруг себя в наваливающихся на них реалиях. Всюду ложь.

Над моралью смеются. Кровосмесительство и блуд гуляют по Европе в обнимку с однополыми гомункулусами. Секс возвели в моральный принцип и добавили к 10 Заповедям. Патологию узаконили, и теперь счастливое отродье наперебой гордо предъявляет миру свои индульгенции от Фемиды. Отныне лесбосская их половина детей будет рожать, если захочет, при содействии пробирок. Скорей всего от родов со временем они совсем откажутся, так что за колбами и за пробирками лучезарное будущее. Там же и истоки счастливого детства. Никто не знает, что это будет за поколение, и никто не поручится за то, что оно окончательно не выродится в обезьян.

Старая Европа. Она действительно старая, дряхлеющая и ущербная. В начале прошлого века приговор ей вынес Освальд Шпенглер, назвав свой реквием “Закат Европы”.

“Respect the Age!” — Этот тягучий занудный рефрен чудовищного крокодила, ужас джунглей, из “Могильщиков” Р. Киплинга – “Уважайте старость!” – лебединая песня Европы:

            “Я встретил осень, не прожив весны.
            Все закрома до времени полны,
            Год подарил мне тяжесть урожая и облетел, как сад.
            Где не расцвет я встретил, а распад,
            И не рассвет сиял мне, а закат.
            Я был бы рад не знать того, что знаю”.
            Р.Киплинг

Но Жизнь бессмертна. 300 лет назад голландец Левенгук разглядел под микроскопом в капле воды крохотных существ, он назвал их инфузориями. Вели они себя странно – не хотели умирать и делились. Вот уже четвертое столетие как человечество всё вглядывается в микроскоп, но ни одной умершей от старости инфузории так и не увидело. Наступает какой–то момент, час–Х, букашка–инфузория разбухает и через мгновение две букашки взамен одной прежней уже деловито поползли в разные стороны. Такова модель Жизни. Жизнь выживет, сомневаться в этом не приходится, а вот выживут ли люди, если не одумаются, это большой – большой вопрос. Правдивый ответ на него сегодня – нет, не выживут, если как прежде будут барахтаться в паутине безудержных своих страстей и искать выгод, чтобы ублажить и удоволить и убаюкать собственное брюхо, оно и так уже свисает до колен.

3.11 Не зарьтесь на Россию, она вам всё равно не по зубам. В том состоянии сознания, в каком вы пребываете сейчас, аксиомой является следующее: будь в вашем распоряжении даже вся планета, ничего кроме тотального бедлама создать на ней вы не сумеете, хотя, разумеется, назовёте это демократией. Сгинете ещё быстрее.

Извините за резкость, господа, только никого обидеть я не хотел, так что не обижайтесь. Но правду вы должны знать: 5 тысяч и 50 тысяч лет исторического прошлого, разница на порядок. Конечно, это порождает комплекс, на тонком уровне он вами и движет, сознаёте вы это или нет. Но от комплексов как известно, нужно избавляться, и единственный способ их изжить это понять причину. Думается, проживи вы столько же, и вы были бы такими же, как Россия. Однако, тут тоже всё непросто. Длинный век Создатель отпускает только тому, кто хочет знать и ищет истину. Этим Россия и занимается всю свою долгую историю, а потому полна сил и пребывает в вечной молодости, такой уж посев. Сеял Всевышний.

Случалось в истории России всякое, но уже очень давно она поняла для себя и твёрдо усвоила одну простую истину: не претендовать на то, что ей не принадлежит и безжалостно укорачивать руки, посягающие на её собственность .И поверьте, Россия нисколько не завидует ни вашей скучной сытости, ни вашим дорогим игрушкам. Она самодостаточна и искренне радуется тому, что имеет от Создателя, большего ей не нужно. А если что–то получает сверх того, то принимает это как подарок и сюрприз и просто говорит “спасибо”, что означает: СПАСИ БО(Г). Поэтому всякий раз, когда вы слышите “спасибо”, знайте, что Россия просит Спасителя порадеть и за вас.

Таким вот боком вынырнула неожиданно на свет проблема “отцов и детей”. Блудным детям пора возвращаться под родительский кров, не то без родительской опеки и заботы вы и в самом деле можете помереть. Родители отходчивы и зла не помнят. А в нашем общем, большом и мирном доме с названием планета, места хватит всем.

Помогай, Господи, нашим правителям! Ох, как непросто им сейчас. Собственный народ едва выбрался из голодранцев и только–только вздохнул свободно, а тут эта всепланетная финансовая напасть и всё остальное, тоже всепланетное. России надо набраться терпения; по сути весь Запад–это её дети: с обрезанной памятью, заблудшие, увязнувшие в гордыне, бесконечно грешные… но дети. Вразумить их может только она. Они плохо понимают куда катятся. Есть предел, за которым никакие нанотехнологии уже не помогут. Глобализация смела все барьеры. Всё стало доступным, включая и какие–то фрагменты настоящего знания. И торгаши давно этими кусочками торгуют. Но Знание Опасно. Во все времена об этом всегда помнили, сейчас забыли. Америка открыла моду на “игру мускулами,” “body building” освоили, это стало оружием. Примеры у всех на виду, есть опасение, что проблема станет ещё одним номером первым в веренице первоочередных угроз.

Огромная Россия, эта самодостаточная “вещь в себе”, к сожалению, всегда страдала непомерным благодушием, забывая, что “чтобы с волками жить надо по–волчьи выть”. Иначе съедят, другого языка они не понимают. Крайние примеры такого благодушия и самомнения известны ещё со времён Этрурии. На одном из бронзовых зеркал В. А. Чудинов (“Вернём этрусков Руси”, с. 152) читает: ТО ЭТРУСИН СОЗДАЛ РИМ. И ЕМУ ЕГО РУШИТЬ. КОЛ В РИМ. Чем это кончилось для этрусков мы знаем; и может, самым страшным наказанием для наших предков стало то, что в итоге Цезарь запретил этрускам и остальным подвластным ему славянам “писать на русском языке. Только на латыни и только латинским шрифтом” (там же, с. 153). Не то же ли самое мы видим сейчас в малых и не очень государствах в нашем окружении?! Здесь появляется ещё одна причина, по которой нашим правителям следовало бы начать заботиться об исправлении дефектов речи у англоговорящих, с тем чтобы в прямых контактах с ними самоназвание России озвучивалось как подобает – РОССИЯ.

Тяжела ноша правителей, и самое тяжёлое в ней – ответственность. Потому и нужны им дельные и лучшие из лучших советники. Профессионалы – для решения тактических задач. Стратеги – чтобы не ошибаться в течение ближайших 15–20 лет. Мудрецы – чтобы уберечь души от греха и прозреть будущее, ибо они знают: “за Небом есть ещё Небо”. Не забывайте звать мудрецов, господа правители. Они не подведут, постараются, порадеют – во славу России и всего этого глобального теперь мира под Солнцем и под Богом. ЧИТАТЬ ДАЛЬШЕ

Редакция благодарит студию ДАНА МАРКОВИЧА за содействие.


НА ГЛАВНУЮ БЛОГА ПЕРЕМЕН>>

ОСТАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ: