Я безудержно хохотал, когда меня обвинили в намерении делать порносъемки с несовершеннолетними. Я ответил, что я не против «ню», и даже детского (сегодня авангардисты зашли еще дальше, а это – невинное баловство, если можно так сказать), но весь цимус в том, что ведь никому я этих порносъемок-то и не предлагал.

Максимум, о чем мне доводилось просить, так это показать сиськи. И не более того. Промежность, видите ли, не сильно меня интересует в плане искусства. Ее, конечно, можно преподнести по-разному. С вишенкой, например, или со сливками, ну или с чем там еще. Но по большинству своему она слишком унылая и – увы или к счастью – не пестрит разнообразием.

А вот сиськи – это да. Как отпечатки пальцев – у каждой разные. Не думаю, что стоит посвящать вас в мои «сиськохождения», вы, полагаю, и сами на этом собаку съели. Нет, дело не в этом.
Эта паршивая служба безопасности заявила, что я предлагал женщинам и несовершеннолетним сниматься в порнухе и прочих высших материях. К ним, якобы, поступила жалоба от одной из жертв.

Я давно подозревал, что дела в этом клубе нечисты. Хотя позиционируется он, как вип-клуб, на что вряд ли тянет даже с большой натяжкой. По ночам у них очень мало клиентов, а если кто-то и есть, то они непременно трахают заказных девственниц в своих вип-комнатах. Но бочки с маринованными огурцами решили катить на меня. Причина до боли проста: я не стал мириться с тем, что на баре меня приняли за лоха, такого же, как и тысячи других, и принялись обсчитывать, не выписывая чека. А без задних мыслей хлебал себе пиво и выкладывал свои кровные. Принцип работы понятен: что не клиент – то лох.

Я оказался невинной овечкой, попавшей в стадо шелкоперых волков.

Очередная вечеринка, очередной фотоотчет. Очередные девушки позируют, задирая ноги, высовывая языки, обхватывая грудь обеими руками и пуская слюни на 15-сантиметровый объектив, как на пожизненную гарантию контрацепции.

Брат взял жалобную книгу и откатал две страницы. Я сижу с девчонками четвертого курса академии искусств, и мы что-то толкуем про живопись. Я упираюсь, что ван Гог не был дебилом и что нарисованное его кистью – гениально. Одна из девчонок уже порядком напилась и лезет ко мне с заманчивыми предложениями, но я по-джентльменски отстраняюсь и обещаю ей позвонить на следующий день. Боже правый, какой же все-таки мудрец придумал алкоголь?

В два часа ночи к нам подходит охрана и просит удалиться, так как клуб закрывается.

- Как?! – возмущаюсь я, входя в раж от полемики про ван Гога. – У вас клуб работает до шести утра, вы в курсе?

Большая бритая налысо голова с пружинисто-объемным телом сообщает в ответ:

- Да, но посетителей, как видите немного, собственно, только ваша компания и осталась, а смысл держать клуб открытым ради нескольких человек? Поэтому клуб мы закрываем.

Рот этой потрясающей головы продолжает открываться и что-то произносить, но я перебиваю эту рептилию:

- В каждом предприятии, как и у вашего заведения, собственно, как и у общественного туалета на Октябрьской или у моего подъезда, есть такое понятие, как «распорядок работы», по которому ни вы, ни сам господь бог не имеете права закрыть клуб, когда приспичит. Разумеется, кроме сандней и форс-мажорных обстоятельств. То, что вам лень оставаться здесь и далее, – сугубо ваша проблема, и меня она, поверьте, ни капли не интересует. И вообще, как-то неинтересно с вами прения вести. Позовите-ка нам лучше своего администратора.

Суровым администратором оказалась девушка с весьма недовольной физиономией. Я ей напомнил об их правах и обязанностях. Диалог был долгим, но бесполезным. И вот теперь я слышу о домогательствах и порнухе. Как забавно-то выходит. Но, полагаю, это всего лишь уловка, чтобы ни я, ни мой брат больше не являлись в тот клуб, так как по дресс-коду к нам не всегда придерешься.

Думаю, у таких, как они, мало мозгов, чтобы понять, что в случае кулаков после драки на фронте, подобно сверхновой, вспыхнет карающий серп налоговой, с которым фокусы с вольным ценообразованием на пиво вряд ли пройдут бесследно.

Что же касается порнографии, то ее слишком много вокруг, чтобы ей еще как-то заниматься. Кондуктор женского пола в набитом битком троллейбусе, вопрошающий громче музыки в ушах: «Кто еще не обилечен?» (на что многие предлагают кондукторам стать раком, чтобы их обилетить), напомаженные рожи в администрации президента, глухой старик, не верящий, что уже десять лет как ничего не слышит, стопки взяток возле снятых фуражек, борьба в Израиле за каждый метр пустующих территорий, младенцы Африки, не могущие поверить, что где-то в Европе идут дожди и вода стекает в канализации, игла, испортившая очередную пластинку – вот где ваша порнография, и именно здесь ее надо искать.

На Главную Блога Перемен