Я живу на даче. Почти не читаю интернет и стараюсь не включать радио. Надо мной чинно покачиваются макушки берез, кузнечики яростно надрачивают в крапиве, кипятильник не спеша кипятит колодезную воду.

Я завариваю пуэр и наблюдаю за вечерними облаками. Никакой суматохи, никакого процесса – ни кафкианского, ни литературного, никакого. Только тишина и зелень и немного таджиков-гастарбайтеров, как грибы вырастающих за калиткой со словами «Хозяин, работать есть?».

Но вот по электронной почте (а ее я все же иногда проверяю) в редакцию «Перемен» приходит письмо от девушки по имени Катя Летова. Катя шлет нам поэму под названием «Я люблю Андрея Василевского». (Напомню, Василевский – это главный редактор журнала «Новый мир».) Читаю.

Написано хорошо, талантливо, но что-то тут такое с самого начала маячит не то. Чувствуется какой-то нехороший эстетический подвох. Например, сразу возникает вопрос к автору: как можно полюбить Василевского? Я, конечно, не девушка, и мне не понять этих материй, но, на мой вкус, главный редактор журнала «Новый мир» совсем неинтересен, тем более как мужчина (хотя вот моя подруга, прочитав мои слова, заметила: «Уж получше, чем гастарбайтер Лорченков и этот бородатый, как его там»). Ладно, допустим. Но зачем нести свои стихи в редакцию «Нового мира»? Ведь даже молодой девушке должно быть понятно, что в подобных изданиях никогда не напечатают хороших стихов. Даже если у тебя хороший вид сзади. Пообещать могут, и даже полюбуются видом, но вот напечатать – нет, на это их никогда не хватает.

Читаем дальше. Очень занятно. Я никогда не бывал на месте автора, относящего свои произведения в толстый журнал, и тем интереснее мне тот проникновенный инсайдерский экспириенс, которым делится с читателями Катя. И даже таджики, которые мешают ей выслеживать Василевского дождливыми вечерами после работы, и те кажутся мне какими-то очень живыми и понятными, потому что ведь я и сам каждый день имею с ними контакты. Но вот, наконец, развязка. Сейчас-то и должен проявиться подвох. И точно! Совершеннейшая досада, абсолютная глупость, феноменальный бред. Она — ему отдалась!

Нет, я решительно не понимаю эту талантливую поэтессу. Во-первых, влюбилась в Василевского, во-вторых, пошла в «Новый мир», а, в-третьих, отдалась его главреду. Либо это высокая любовь, от которой тут же сходят с ума, либо прирожденная глупость, от которой нет спасенья. В самом деле, почему она, например, сразу же не пришла ко мне? Ведь я так люблю молодых поэтесс!

Что я делаю в первую очередь перед тем, как принять окончательное решение о публикации текста? Я его читаю. А что потом? Потом я смотрю, есть ли этот текст в интернете. И если он в интернете имеется, то я его, как правило, не публикую. По техническим причинам, о которых тут подробно говорить не место.

И вот, забив в Google название поэмы «Я люблю Андрея Василевского», я попадаю в Живой Журнал ее автора, Кати Летовой. И нахожу там несколько постов о современной литературе, а точнее о литературном процессе. (А среди прочего и ту самую поэму «Я люблю Андрея Василевского»).

Цитирую один из верхних постов: «Катя Летова — мой псевдоним. Настоящее мое имя вы никогда не узнаете. Еще о себе я скажу то, что мне еще нет тридцати, живу я в Москве, временами печатаюсь в некоторых столичных изданиях и обитаю в некоторых литературных кругах. Теперь мое мнение о современной отечественной литературе. Она, эта литература, чахнет, потому, что чахнут взявшиеся делать эту литературу мужчины. А, может, мужчины-литераторы чахнут потому, что чахнет делающая их литература…».

«Сие мило», подумал я, прочитав эти строки.

И стал читать дальше.

Дочитал до слов, выделенных жирным капслоком: «ТАК РОДИЛАСЬ МОЯ ЦЕЛЬ: СТИМУЛИРОВАТЬ СОВРЕМЕННУЮ РОССИЙСКУЮ ЛИТЕРАТУРУ СВОЕЮ ЖЕНСТВЕННОСТЬЮ И КРАСОТОЙ».

И подумал: «Сие мило, но не более того». Прихлопнул комара, назойливо сосавшего мою кровь из моего правого колена, и в этот самый момент отчетливо вспомнил, откуда взялась эта фраза. «Сие мило, но не более того»… Фразу эту сочинил Юлий Анатольевич Халфин, культовый учитель литературы, о котором я подробнее писал в статье «Бойцовский клуб Эдуарда Асадова». Под моим сочинением о Пушкине (я был тогда в девятом классе) он так в точности и написал — «Сие мило, но не более того». И поставил четверку (что было, в общем-то круто, так как обычно он ставил мне двойки, но только вот я-то знал, что на этот раз я постарался на пять). Так Халфин надолго вызвал у меня стойкое отвращение ко всему, связанному с литературой.

Воспоминание меня немного покоробило, но я решительно продолжил свое знакомство с ЖЖ Летовой Кати, а также с прочими результатами поисковой выдачи Гугла по запросу «Я люблю Андрея Василевского». Так меня и затянуло в очередной раз в пренеприятнейшую бодягу под названием «современный российский литературный процесс». И даже дух Юлия Халфина не уберег меня, хотя и вмешался на самом деле очень вовремя (разумеется, его миссией было и на этот раз вызвать у меня стойкое отвращение к литературному процессу и вообще ко всему, как-то связанному с литературой, но собственно литературой не являющемуся).

«Кура, совершеннейшая кура!», — говаривал по сходному поводу литературный критик Пирогов. Как Чацкий, требуя себе карету.

В итоге я принялся беспорядочно кликать по ссылкам, читать Живые Журналы разных окололитературных персонажей, язвительно думать о том, как это все глупо и суетливо, и в какой-то момент я даже перестал замечать птичек, кузнечиков и комаров, которые стаями кружились рядом со мной, напоминая о том, что никакого процесса на самом деле все-таки нет. А потом меня вынесло в ЖЖ легендарного Михаила Бутова.

Мы уже знакомы с этим восхитительным заместителем главного редактора «Нового мира». Читали его гневные высказывания в адрес Виктора Топорова, а также знакомились с его воззрениями на современный литературный процесс. Удивлялись и подмечали характерное. И вот опять. Пост снова посвящен Виктору Топорову. А дальше в комментах разворачивается забавная и, как обычно, весьма неприятная дискуссия. С участием все той же Летовой Кати и других литераторов.

Развязка этой пьесы, безусловно, блестяща. И заслуга это исключительно самого Виктора Топорова, пришедшего в комменты к Бутову.

mbutov
И потом, у меня нет никакой бессмысленной злобы на Топорова. Он меня раздражает — безусловно, но не как, скажем, жалящий овод, а как такой равномерно распространенный

равномерно распространенный запах говна. Ну, пусть. Вполне российское.

Victor Toporov
Если у Вас, голубчик Бутов, под носом «равномерно распространенный запах говна», то подумайте, не от Вас ли это пахнет.

О чем, собственно, и была у нас речь ровно год назад. И с тех пор, как выясняется, в стане старого и нового чахнущего и пахнущего литературного и окололитературного мира ничего не изменилась. Так что, Катя, не расстраивайтесь. Для этого мира такие истории – норма. Нормальная норма. И, видимо, необходимая.

* * *

О Кате Летовой и ее роли в современном литературном процессе мы еще обязательно поговорим в одном из будущих выпусков Хроники Неудобной Литературы (уже поговорили, см.: Кровавые мальчики, или Мало ли в Бразилии донов Педро). А пока — анонс Второго Тома «Мотобиографии» Димы Мишенина, который мы начинаем сегодня публиковать на страницах толстого веб-журнала Перемены.

Скоро: ответы Сергея Болмата, Валерия Осинского, Натальи Рубановой, Алексея Шепелёва, Маргариты Меклиной, Андрея Бычкова и других.

Также предлагаю ознакомиться со следующими материалами, если вы еще этого не сделали раньше:

Писатель как мундир? Ответы Марины Ахмедовой
Ответы Михаила Гиголашвили
Интервью с Димой Мишениным. О графомании, мини-юбках и бездарных чиновниках
Ответы Алисы Ганиевой
Ответы Юрия Милославского
Ответы Виталия Амутных
Ответы Александра Мильштейна
Ответы Олега Ермакова
Ответы Романа Сенчина
Ответы Ильи Стогоffа
Обнуление. (Ответ Олега Павлова Роману Сенчину)
Серая зона литературы. «Математик» Иличевского. Ответы Александра Иличевского
Ответы Марты Кетро
Ответы Андрея Новикова-Ланского
Виктор Топоров и Елена Шубина. И ответы Олега Зайончковского
О романе Валерия Осинского «Предатель», внезапно снятом с публикации в журнале «Москва»
Точка бифуркации в литературном процессе («литературу смысла не пущать и уничтожать», – Лев Пирогов)
Курьезный Левенталь
ответы Валерия Былинского
ответы Олега Павлова
ответы Сергея Шаргунова
ответы Андрея Иванова
ответы Владимира Лорченкова
Где литературные агенты
Более ранние части Хроники (Оглавление) — здесь.
Новый Опрос. Вопросы к писателям

* * *

КНИГИ ПРОЕКТА НЕУДОБНАЯ ЛИТЕРАТУРА:

ВАЛЕРИЙ ОСИНСКИЙ. «ПРЕДАТЕЛЬ»
ОЛЕГ СТУКАЛОВ «БЛЮЗ БРОДЯЧЕГО ПСА»
ОЛЕГ ДАВЫДОВ. «КУКУШКИНЫ ДЕТКИ»
СУЛАМИФЬ МЕНДЕЛЬСОН «ПОБЕГ»

ВСЕ книги проекта Неудобная литература


комментария 4 на “НЕУДОБНАЯ ЛИТЕРАТУРА. 74. Поэма Кати Летовой «Я люблю Андрея Василевского» и «чахнущая» литература”

  1. on 27 Июл 2011 at 5:50 пп Виктория Шохина

    Поэму Кати ещё не читала. А текст классный. Что до Василевского, то влюбиться в него можно — он такой сумрачно обаятельный. А вот насчет того, что эта Катя ему отдалась — сомневаюсь. Не взял бы. Тем более, если Катя — мужик.
    И ещё: не всё, что печатается в «Новом мире», плохо. Не надо шовинизма!

  2. on 02 Авг 2011 at 9:32 пп Глеб Давыдов

    Виктория, спасибо! Но я не говорю, что уж совсем всё, что печатается в «Новом мире» — плохо, нет: I mean, хорошее там печатают редко.
    кстати, продолжение про эту Катю: http://www.peremeny.ru/blog/8864

  3. on 21 Апр 2012 at 1:17 пп Дмитрий Малков

    А скажите пожалуйста, отчего в своих статьях в упорно именуете Юлия Анатольевича Юрием Анатольевичем?

  4. on 21 Апр 2012 at 2:43 пп Глеб Давыдов

    Дмитрий, спасибо, что напомнили. Я, видимо, подзабыл, как его в точности зовут. Сегодня же постараюсь исправить эту ошибку.

НА ГЛАВНУЮ БЛОГА ПЕРЕМЕН>>

ОСТАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ: