Было время, мы бродили по Городу, как в сказке, и пили время, как дорогое вино. А потом – все, разбежались. Она всегда просто говорила: мне пора. И потом сразу неизменно уходила. Как раз когда, по идее, все начинало становиться по-настоящему хорошо. Она не изменяла себе. Потому что, по самому последнему «настоящему», мы знали, как все плохо. Плохо, дальше некуда. Потому что дальше не было ничего.

И вот, нас разделили. Разделители: мысли, города, воспоминания. Даже мечты. Нас расселили по разным мечтам. Расстелили по разным мачтам, как паруса. Разный ветер на разных морях, но одно небо. Кто-то другой мог бы сказать — просто время расставило все на свои места.

Но у нас не было времени. Не было места: мы его не находили себе. У нас был только Город. И все-таки мы были иногда вместе – во сне, снах. Это были светлые сны. Языки нашего пламени вылизали их до белизны. А еще иногда письма. Записки. Мессиджи. Слова, из которых выбросили все лишние звуки. Жесты, которые можно помнить. Короткие предложения всего. Как будто и не предложения вовсе, а категорические отказы. Сентиментальные и циничные одновременно, наверное. Мы были верны себе, и только. И точка. Слова без воды, сухая бумага. Нам обоим нравилось то, что горит. Нравилось гореть..

И мы, не в силах поверить в свое счастье, горели как-то: то ли с Божьей помощью, то ли сами по себе. Плакали горючими слезами, вспыхивали до корней волос, жгли мосты. И все не рассыпались пеплом, все теплились. Танцевали, танцевали на ласковых углях. Прыгали через костры – всегда метя куда-нибудь за пределы. За границу. Хотя, в принципе, мы не признавали границ. Не знали. Вот грани – да, нас завораживали грани. Грани, сворованные у настоящего — осколки волшебного зеркала. Дымчатые грани магического кристалла. Грани стекла, по которому течет дождь. Грань, за которой клубится тьма. Ледяная крошка разбитого сердца. И туманное облачко от горячего дыхания на том же стекле..

Мы и сами – кололи, резали, – как осколки. Били зеркала, увидев свое отражение. Мы отражали – ударом на удар. Нам хотелось – нового, чужого, беспредельного. Без изъяна. Без «я», безукоризненного, нержавеющего – как зеркало. Слов, и взглядов, тел, и любви. Развоплощения отношений. Безотносительных воплощений. Красоты..

Хотелось чего-то, о чем нельзя даже сказать, и поэтому иногда, в белоснежных невесомых снах, мы снова бродили по Городу, как в сказке, и пили дождь, как дорогое вино – ведь времени больше не было. Мы так же ярко горели, и так же не находили себе места. Мы были уже не вместе, но снова – вдвоем. Потому что – казалось всем телом – никого больше просто нет в живых..

Гореть и быть – наверное, это и есть одиночество. Но разве языки пламени не одиноки в большом костре?

комментария 2 на “* дневник Принца * L’Age core”

  1. on 21 мая 2009 at 5:48 пп Don't call me Alice

    я люблю Вас. я люблю Вас. я люблю Вас

  2. on 01 Июн 2009 at 1:33 пп By the Way

    Не that will not when he may, when he will he shall have nay.

Comments RSS

Ответить

Версия для печати