Продолжение. Начало здесь.

А теперь перенесемся в далекий космос, где Голан Тревайз, единственный человек, который может спасти Галактику, таки и спасает ее. Совсем недавно Тревайз вместе с руководительницей Первого фонда Бранно строили планы геноцида мудрецов Второго Фонда. Причем Бранно оказалась вовсе не такой дурой, как считал Тревайз. Она решила ловить на живца. Отправила Тревайза на поиски Второго Фонда, но велела следить за каждым шагом искателя. Чтобы, значит, когда Второй Фонд начнет его уничтожать и таким образом обнаружит себя, немедленно накрыть Осьминогов всей мощью военно-космических сил Первого Фонда. И вот звездолет Второго Фонда сближается со звездолетом Тревайза, а мэр Бранно уже тут как тут – собственной персоной и со всем флотом (хочет жестокая баба войти в историю). Начинаются какие-то нелепые переговоры между представителями двух Фондов…

А надо вам знать, что на корабле телепатов Второго Фонда, которым (кораблем пока еще) управляет молодой Оратор Гендибаль, присутствует девушка, простая крестьянка с планеты Трентор (бывшей столицы Империи), на которой дислоцируется Второй Фонд. Эта девушка (в сущности, недочеловек, ведь так понимают людей мудрецы) недавно спасла Оратора Гендибаля от местных хулиганов и вообще помогла ему. Он телепатически изучил ее сознание и был восхищен его первозданной простотой и красотой. В общем, почти что влюбился, если, конечно, можно допустить такие чувства у мудреца. Во всяком случае, взял ее с собой на борьбу с Первым Фондом. Но – ведь вот как бывает! – эта простоватая девушка оказывается чем-то вроде гражданина Епифана из песни Высоцкого. Епифан, завербованный незадачливым Джоном, как известно, «был чекист, майор разведки и отличный семьянин». Девушка тоже была сексоткой. Агентом Геи, внедренным в самое логово Второго Фонда. Как говорится, на всякого мудреца довольно простоты. И вот теперь эта девушка (ее настоящее имя Нови) берет ситуацию в свои руки. Разговор происходит телепатически, собеседники очень далеко друг от друга, на разных кораблях.

Айзек Азимов

– Все вы, – сказала Нови, – будете слышать меня у себя в сознании. Начнем с того, что все мы попали сюда не случайно.

– Каким образом? – послышался голос Мэра Бранно.

– Не за счет ментальной «обработки», – ответила Нови. – Гея не вмешивалась ни в чье сознание. Это не в наших правилах. Мы просто воспользовались вашими амбициями. Мэр Бранно хотела без промедлений основать Вторую Империю. Оратор Гендибаль мечтал стать Первым Оратором. Было достаточно усилить эти желания и направить их в нужное русло.

Нови помолчала. Когда она заговорила вновь, голос ее, хотя говорила она без помощи голосовых связок, стал более печален, на лбу залегли горькие морщинки.

– Час пробил. Гея не могла больше ждать. В последнем столетии люди с Терминуса занимались разработкой противоментального экрана. Оставленные на произвол судьбы, они бы уже в следующем поколении стали неуязвимы даже для Геи и могли совершенно беспрепятственно всюду применять свое физическое оружие. Галактика не выстояла бы против них, они основали бы Вторую Империю образца Первого Фонда вопреки Плану Селдона, вопреки воле народа Трентора и народа Геи. Мэра Бранно нужно было каким-то образом вынудить к действиям до того, как разработка экрана будет завершена.

Теперь – о Тренторе. План Селдона работал превосходно, потому что за его выполнением прослеживала сама Гея. В течение последнего столетия пост Первого Оратора занимали спокойные, рассудительные люди. Но вот вверх стремительно взлетел Стор Гендибаль. Он непременно стал бы Первым Оратором, и при нем позиция Трентора стала бы активной. Он сконцентрировал бы свои усилия на развитии физической мощи Трентора, ополчился бы против Терминуса до того, как закончилась бы разработка противоментального экрана, и победил бы Первый Фонд. План Селдона был бы доведен до конца и увенчался бы созданием Второй Галактической Империи – Империи образца Трентора, вопреки воле народов Терминуса и Геи. Следовательно, и Гендибаля нужно было вынудить к действиям до того, как он стал Первым Оратором. Гея упорно и старательно трудилась несколько десятилетий напролет, и нам удалось свести оба Фонда в нужном месте в нужное время. Повторяю я все это для того, главным образом, чтобы Советник Тревайз лучше понял, в чем дело.

– А я не понимаю, – немедленно встрял Тревайз, снова заговорив вслух. – Что такого ужасного в любой из версий Галактической Империи?

– Вторая Империя, – ответила Нови, –созданная по образу и подобию Терминуса, будет милитаристской, основанной насильно, удерживаемой насильно. Она всего-навсего возродит в себе Первую Империю. Так думает Гея. Вторая Империя, созданная по образу и подобию Трентора, будет покровительственной, будет основана на расчетах и удерживаема с помощью расчетов – это будет вечно живой труп. Так думает Гея.

– А что Гея может предложить взамен? – поинтересовался Тревайз.

– Огромную Гею! Галаксию! Чтобы каждая из обитаемых планет стала такой же живой, как Гея. Чтобы все планеты, живые планеты, объединились для более высокой и великой гиперпространственной жизни. Чтобы в этом приняли участие и ненаселенные планеты. И звезды. Каждый атом межзвездного газа. Может быть – даже огромная черная дыра в центре Галактики. Живая Галактика, наиболее благоприятная для всего живого, – как это было бы прекрасно! Жизнь, непохожая на ту, что была когда-то, и никаких повторений ошибок прошлого…

– Да, но все-таки, какова моя роль во всем этом?

– Выбрать! Какой должна быть Галактика!

Наступило долгое, мучительное молчание. И вот голос Тревайза проговорил:

– Почему я?

– Сами мы не можем ничего поделать, хотя смогли точно выбрать момент времени, когда ни Трентор, ни Терминус еще не стали настолько могущественны, что остановить их было бы уже нельзя, пока между ними не установилось бы смертельно опасное равновесие, которое разорвало бы Галактику. Мы нашли вас… Вы обладаете удивительным даром принимать верные решения.

– Отрицаю, – отрезал Тревайз.

– Обладаете и не раз подтверждали это. Вы всегда действуете уверенно. Мы хотим, чтобы сейчас вы совершили выбор от имени всей Галактики. Вероятно, вам не хочется взваливать на себя груз ответственности. Вам захочется всеми силами отказаться от совершения выбора. И тем не менее вы будете понимать, что это верно. Вы будете уверены. А потом сделаете выбор. Когда мы нашли вас, мы поняли, что нашли верного человека, и многие годы потом разрабатывали такую схему стечения событий, чтобы не потребовалось ментальное вмешательство и чтобы вы трое: Мэр Бранно, Оратор Гендибаль и Советник Тревайз – одновременно оказались поблизости от Геи. Это нам, как видите, удалось.

Тревайз спросил:

– Но разве, Гея, сейчас, здесь тебе не под силу побороть Мэра и Оратора? Разве ты сама не можешь основать эту живую Галактику без всякой моей помощи? Если можешь, почему не сделаешь этого?

Нови сказала:

– Не знаю, сумею ли объяснить так, чтобы вы были удовлетворены, Гея была основана тысячи лет назад с помощью роботов, которые когда-то служили людям, но теперь больше не служат. Они сумели убедить нас, что выжить мы сможем, лишь строго повинуясь Трем Законам Роботехники, примененным ко всему живому. Первый Закон для нас звучит так: Гея не может причинить вред ничему живому или за счет бездействия допустить, чтобы всему живому был причинен вред. Мы следовали этому закону на протяжении всей нашей истории, и по-другому просто не можем.

В результате теперь мы беспомощны. Мы не можем насильно навязать нашу точку зрения о Живой Галактике квинтиллионам человеческих существ и бесконечному числу других форм жизни и тем самым, вероятно, причинить вред многим. Но мы не можем безучастно наблюдать, как Галактика наполовину уничтожит себя в борьбе, которую мы в силах предотвратить. Мы не знаем, что дешевле обойдется Галактике – действие или бездействие, поддержка нами Трентора или поддержка Терминуса. Пусть же Советник Тревайз решит, и каково бы ни было решение, Гея повинуется ему.

– А как это, интересно, должно выглядеть? – спросил Тревайз

– У вас есть компьютер, – ответила. Нови. – Люди с Терминуса, создав его, сделали больше, чем хотели. Компьютер на борту вашего корабля включает в себя частицу Геи. Положите ваши руки на контакты и думайте. Если вы подумаете, например, что экран Мэра Бранно не проницаем, она тут же воспользуется оружием и уничтожит остальные два корабля, захватит власть над Геей, а потом над Трентором.

– И вы ничего не сделаете, чтобы предотвратить это?

– Пальцем не пошевелим. Если вы уверены, что власть Терминуса принесет Галактике меньше вреда, чем любой другой вариант, мы с радостью поможем этой власти установиться, даже ценой нашей собственной гибели… Вы можете также ощутить ментальное поле Оратора Гендибаля и подсоединиться к нему через компьютер. Тогда он избавится от меня. Потом он сумеет воздействовать на сознание Мэра, заберет ее корабли и тоже захватит власть над Геей. И Гея ничего не сделает, чтобы предотвратить это. Либо отыщите мое ментальное поле и соединитесь с ним, и тогда будет положено начало существованию живой Галактики – не сразу, не при жизни нынешнего поколения, даже не при жизни следующего; но пройдут столетия трудов, и все эти столетия План Селдона будет выполняться. Вам выбирать.

– Стойте! – вмешалась Мэр Бранно. – Не торопитесь! Могу я сказать?

– Говорите открыто, – сказала Нови. – Говорите и вы, Оратор Гендибаль.

Бранно сказала:

Дмитрий Медведев поставлен сейчас в положение советника Тревайза. Его выбрали для того, чтобы что-то решить. Точнее, для того, чтобы он, надувая щеки, воплотил в жизнь какое-то решение, уже принятое кем-то у него за спиной. И теперь он пыжится, изображает интерес, делает вид, что сам принимает какое-то решение, вникает в ситуацию, выслушивает  тяжущие строны. Вот православные попы, они могут символизировать мэра Бранно, но, разумеется, только условно. Условного Оратора Генибаля можно увидеть на следующей картинке

– Советник Тревайз, помните: вы – гражданин Фонда, вы – человек и вам не хочется быть цифрой в планах бескровных математиков с Трентора или еще меньше, чем цифрой в галактическом компоте жизни и нежити. Вы хотите, чтобы вы сами, и ваши друзья, и ваши потомки были независимыми носителями свободной воли. Остальное – чепуха. Эти, другие, скажут вам, будто бы наша Империя утвердится на крови и слезах. Но это вовсе не обязательно. Это зависит от нас – сделать так, чтобы это не произошло, или не сделать. В любом случае лучше добровольно проиграть, чем жить в бессмысленной, искусственной безопасности, словно винтики в машине. Поймите, сейчас вы должны сделать выбор как человеческое существо, обладающее свободой воли. Эти, с Геи, никакого решения принять не могут, кишка тонка, они зависят от вас. Они готовы самоуничтожиться, если вы им прикажете. Этого вы хотите для всей Галактики?

– Не знаю, как у меня со свободой, Мэр. Вероятно, с моим сознанием таки тонко поработали, так что я могу дать лишь желаемый ответ.

Нови вмешалась:

– Ваше сознание не тронуто. Если бы могли поставить вас на службу своим целям, эта встреча была бы бессмысленна. Будь мы настолько беспринципны, разве нас стала бы волновать судьба человечества?

Гендибаль сказал:

А это пусть будет Оратор Гендибаль, объясняющий советнику Тревайзу сущность психоистории. Любопытно, но непонятно. Впрочем, эту фотографию можно поменять местами с предыдущей, суть не изменится. Тревайз все равно не поймет, чего от него хотят. А требуемое решение примет кто-то другой. Да оно уже принято

– Полагаю, теперь моя очередь высказаться. Советник Тревайз, раскройте глаза, смотрите на все шире, не замыкайтесь в рамках дешевого патриотизма. Терминус не выше Галактики, хотя вы там родились. Уже пять столетий Галактика живет по Плану Селдона. Этот процесс идет не только внутри границ Федерации, но и за их пределами… Вы были и являетесь частицей Плана Селдона, а это выше, чем роль гражданина и деятеля Первого Фонда. Не сделайте же ничего такого, что нарушило бы План, пусть вами не овладеют ни патриотизм, ни романтические стремления к новому и неизведанному. Второй Фонд ни в коем случае не покусится на свободную волю человечества. Мы посредники, а не деспоты… Наша Вторая Империя будет фундаментально отличаться от Первой. На протяжении всей истории человечества в Галактике шли войны, проливалась кровь даже тогда, когда в вашем Фонде царили мир и спокойствие. Выберите вариант Мэра Бранно, и не будет этому конца и края. Порочный, смертельный круг. План Селдона предлагает освободиться от всего этого наконец, но не ценой того, чтобы человек стал атомом в Галактике атомов, не ценой того, чтобы сравняться с травой, бактериями и пылью под ногами.

Нови сказала:

– Оратор Гендибаль верно описал вариант новой Империи, которую может создать Первый Фонд. С описанием его собственного варианта я не согласна. Ораторы Трентора – люди, живые люди, со своими слабостями, с той же свободой воли, такие, как были всегда.

Тревайз спросил:

– А что, если я не сделаю выбора?

– Вы должны, – сказала Нови. – Вы поймете, что будет вернее, если вы сделаете выбор.

– А что, если попытаюсь, но не смогу?

– Вы должны.

Потекли минуты. Тревайз обернулся и увидел, что Пелорат во все глаза, не мигая, смотрит на него.

– Все слышал, Джен?

– Да, Голан, слышал. Не знаю. Меня пугают все три варианта. И все-таки мне пришла в голову одна идея – совершенно особенная… Когда мы только-только вылетели в космос, ты показывал мне Галактику. Помнишь? Ты ускорил ее движение во времени, и она задвигалась. Я тогда сказал, как будто предугадал теперешний момент: «Галактика похожа на живое существо». Тебе не кажется, что она уже сейчас живая?

Уверенность осенила Тревайза, как только он вспомнил то мгновение. Он вспомнил и о том, что не так давно решил – Пелорат во всей этой истории сыграет не последнюю роль. Он поспешно отвернулся, чтобы не тратить времени ни на раздумья, ни на сомнения.

Он решительно опустил руки на контакты компьютера и подумал так решительно, как не думал никогда.

Он принял решение, решение, от которого зависела судьба Галактики.

Советник Голан Тревайз. Похоже, это самый глупый человек во вселенной. Такого как будто специально искали. Тревайза - в президенты РФ!

Вот так запросто решаются судьбы человечества. Тревайз, разумеется, принял решение в пользу Геи, то есть – Галаксии. Ну, а кончается этот балаган тем, что и мэр Бранно, и Оратор Гендибаль под воздействием Геянской телепатии начисто забывают обо всем, что случилось. Возвращаются – один к своей рутинной психоисторической математике, а другая – к еще более рутинной политике. Только Голан Тревайз ничего не забывает. Его гнетут сомнения: правильное ли решение он принял? И, чтобы это понять, он вместе с верным Пелоратом и его любовницей Блисс отправляется на поиски Земли. Именно там все должно разрешиться. ЧИТАТЬ ДАЛЬШЕ


НА ГЛАВНУЮ СТРАНИЦУ ОСЬМИНОГА>>

Ответить

введите свои данные, напишите коммент и отправьте его

Версия для печати