Лев Пирогов Версия для печати
Как правильно жить на острове

На Саламин мы пойдём! Сразимся за остров желанный!
Солон

Хорошее кинишко «Изгой». Это когда Том Хэнкс попал на необитаемый остров (говорят, упал с самолёта, хотя начало я не смотрел). Необитаемый остров был тёплый. С Томом Хэнксом с самолёта упали несколько посылок – добропорядочные идиоты-американцы отправили их другим добропорядочным идиотам-американцам авиапочтой. Том Хэнкс, конечно, обрадовался. Щас, думает, я оттудова извлеку табачок, трубочку, спички и зажигалку-зиппо! А еще двенадцать топоров, много макарон, консервов, два ящика виски, аспирин, удочку и порнографические журналы. И вилку.

Если бы дело происходило в Советском Союзе, так бы оно было. Варенье, пересыпанное гречкой – это как минимум. Но дело происходило – сами понимаете где, в самой идиотской и проклятой Богом стране на свете. И поэтому в одной посылке оказалась сотня видеокассет с шейпингом, в другой – женские коньки для фигурного катания, в третьей – волейбольный мячик, в четвертой – женское вечернее платье. В пятой, правда, был портативный пространственный телпортатор, но ее Том Хэнкс открывать не стал – так было положено по сюжету. На ней были нарисованы золотые крылышки, и он её не стал расковыривать.

Стал добывать огонь. Трением. Тёр-тёр… Ладони на второй день порвал. Хлопнул от отчаянья окровавленной рукой по волейбольному мячику. Получилось пятнышко красное. Том Хэнкс не будь дурак процарапал на пятнышке глазки и ротик, вот и установилась у него на острове господствующая религия. Мячика стали звать Уилсон (это название фирмы-изготовителя, тупые американцы никогда ничего сами не называют – покупают в магазинах готовое) и он помог тупому Тому Хэнксу разжечь костёр. Правда, заболел зуб. Но это потом. А сначала он поймал анчоуса самодельным куканом из вечернего платья (дай бог, чтобы никто из нас случайно не знал, что такое кукан), а из разорванных посылочных коробок сварганил подстилку в своей замечательно симпатичной хижине. Это были самые счастливые минуты в его и моей жизни.

Знаете ли вы, как заходится моя душа при мысли о необитаемом острове? Даже сейчас, в 35 лет, познав женщину и вино, я мечтаю только о нём. И чтобы никого не было. Никаких сверхзадач, вроде творческой самореализации или ипотечных кредитов. Поймал – съел. Срубил – тоже съел (или подсунул под попу). И чтобы Жанны Фриске там не было. Я, честно говоря, не знаю, что делать на необитаемом острове с Жанной Фриске.

В детстве у меня игра такая была – часами слонялся по обширному дедову деревенскому двору и планировал, что возьму с собой на необитаемый остров. Вплоть до сложенных на просушку досок и бухты шпагата. Готовился переезжать не по-детски. Когда всё, включая десяток ножей и четыре топора (двенадцати топоров у деда в хозяйстве не насчитывалось) было собрано, я задумывался: а не взять ли с собой кого-нибудь из людей туда?.. Родственники отпадали, друзья казались слишком будничными и мало достойными, а женщины пугали пошлым практицизмом самой этой задачи – брать женщин.

Я читал «На Баунти в Южные моря» Даниэльсона, и прекрасно понимал, зачем на острове нужны женщины (а так же чем это у них там закончилось на Питкерне). Размножаться – вот зачем. Но на моём острове размножаться было онтологически неправильно и бессмысленно, счас возьму новый абзац и объясню, почему.

Потому что Игра в Остров подразумевала своим условием вечность. А когда вечность, ничего не меняется. Это понятно? Я хотел жить в мире, в котором ничего не меняется. Ни вокруг (а что может измениться на необитаемом тропическом острове?), ни внутри меня. Для этого-то он мне и нужен был. А не для всякой идиотской фигни.

Рай – не меняется, поэтому так и называется. А стоит только Жанну Фриске туда пустить – тут вся гадость и начинается. Нет, омерзительные мысли о семье и деторождении были из совсем другой взрослой оперы. Я их не брал с собой на свой на Остров. Они разрушали Его гармонию.

Идеальный человек должен соответствовать Идеальному Месту, для которого предназначен. У него не должно быть раковин, каверн, червоточин и унитазов. Только доски, несколько железных и асбестовых труб, сорок бетонных столбиков (на них натягивают виноградную шпалеру, и называются они по-правильному «винкол»), рулон сетки-рабицы, пару бочек, коловороты, молотки, гвозди (предпочтение пяти- и десятидюймовым), пилы, топоры, ножи, напильники (делать наконечники для стрел и копий), стамески, точильные камни, верёвки, медная, стальная и алюминиевая проволока, сети, полиэтиленовая плёнка (от дождя на первое время сгодится), брезент, леска, десяток листов шифера. Кирку, лопаты, тяпки, мотыги и косу тоже взял. Теперь можно идти домой и чертить Карту (хотя это уже лишнее от слабости и нетерпения – надо не чертить, а честно дожидаться того Острова, который дадут).

Ну а кино «Изгой» дальше там оказалось полным говном, конечно.





Гоголь и Черная месса
4 марта 1852 года умер Гоголь. А первого апреля мир будет праздновать 210-летний юбилей великого русского писателя. Чья жизнь и судьба покрыта сонмами загадок, притч, небылиц и мистификаций. Андрей Пустогаров даёт расшифровку очередного гоголевского ребуса. Связанного с магией, демонизмом, единением с Богом. И — бесовскими обрядами-приворотами нечистой силы.
Указатели Истины: Ранджит Махарадж

Особенность учения Ранджита Махараджа в его радикальной позиции и прямоте: «Все есть иллюзия, «я» есть иллюзия, поэтому что бы «я» ни делало — это тоже иллюзия». Он не даёт никакого метода, чтобы улучшить иллюзию, а только вновь и вновь указывает на ее иллюзорную природу. Иногда его высказывания столь бескомпромиссны, что это может оттолкнуть неподготовленные умы. Предлагаем емкие цитаты из его сатсангов.

Долгая дорога внутрь. Лев Толстой и Рамана Махарши
Глеб Давыдов рассказывает о спонтанном открытии Львом Николаевичем Толстым в 1909 году практики самоисследования, которую примерно в те же годы дал миру Рамана Махарши. Но был ли Толстой просветленным (как сейчас многие его называют) или так и не достиг окончательной самореализации? На это могут пролить свет его дневники.





RSS RSS Колонок

Колонки в Livejournal Колонки в ЖЖ

Вы можете поблагодарить редакторов за их труд >>