НАРРАТИВ Версия для печати
Алекс Ентяков. Седьмой сезон (3.)

1 / 2

+++

Эти три дня, господин Роман Назарович Грестигребу провел за изучением папки, украденной им у доктора исторических наук Федора Григорьевича Проказникова. Даже соседи, особенно не проявлявшие к нему интереса, заметив, что однажды вечером их сосед пришел домой в добром расположении духа, зашел к себе и вот уже второй день не выходит из комнаты, постучались и спросили, что с ним и не нужно ли ему их помощи, и так два раза. На что первый раз услышали спокойный и вежливый голос, ответивший, что он простудился и не хочет ничьей помощи. А второй раз, когда вредная старушка, не поверив другим, что так и было, попыталась своей старческой любопытной беседой через дверь выяснить все сама, была чуть ли не проклята за ее глупые вопросы. И покричав еще минуты три у двери, обругав все и вся, он побрели к себе в комнату, видно очень обидевшись. Идя, она думала: «Ну и что здесь такого, что я спросила, когда он женится, можно подумать через дверь и спросить нельзя, чудной этот Роман Назарович, чудной».

Но вернемся к нашему герою. Случай с ним, а вернее сказать то, что с ним произошло за эти три дня, еще раз подтверждает истину о том, что иногда и за год не может произойти то, что происходит за минуты. Можно с уверенностью сказать одно: тот Роман Назарович, вошедший в свою комнату в понедельник вечером, и тот, что вышел из нее в пятницу утром, были разные люди. Об этом говорит один, первый из странных фактов, обнаруженный соседкой, которая, встретив его в добром расположении духа, спросила, как его здоровье, получила ответ: «Вы не представляете себе, Лидия Ивановна, каковы те неподдающиеся учету силы и причины, которые преобразуют и направляют жизнь людей».

Ошеломив таким ответом соседку, он куда-то ушел и больше здесь не появлялся. Но соседи рассказывали, будто через две недели к нему ворвался какой-то сумасшедший доктор, но бдительные соседи вызвали милицию и доктора исторических наук забрали в отделение. Как он узнал адрес, никому не ясно. Бесспорно только одно. Когда доктор рыскал в комнате, в бешенстве он все время повторял только одно: «А если он перевел? А мог он перевести, он ведь не дурак, в том-то и дело, что не дурак». Бесспорно еще и то, что после нескольких неудачных допросов, - как, зачем и для чего он ворвался в комнату неизвестного (как у нас бывает, толком никто и не знал Романа Назаровича, комнату он снял у бабуси, та и не помнит его фамилию. «А зачем мне, - говорит она, - деньги он вовремя платил, сперва-то я помнила фамилию его, а потом забыла»), - доктора отпустили.

Продолжение




Священная шутка (повесть)
Авантюрно-визионерская повесть Михаила Глушецкого «Священная шутка» обречена (не) стать событием в литературном мире. Уже хотя бы по той причине, что в своей прекрасной безбашенности, легкости и свободе она слишком близка к жизни и слишком далека от того, что принято нынче считать литературой. Убедитесь сами.
Антология поэзии Перемен

Реплика Глеба Давыдова, посвященная выходу сборника «Антология поэзии Перемен», который стал итогом проекта «PDF-поэзия Peremeny.ru», начавшегося восемь лет назад. Лучшие стихи, отобранные из 22 сборников шестнадцати разных авторов, опубликованных за это время в серии. Статья о том, что такое настоящая поэзия и в чем суть «Антологии поэзии Перемен».

Указатели Истины: Рада Ма
Впервые на русском языке — фрагменты сатсангов Рады Ма, легендарного мастера недвойственности из Тируваннамалая, которая закончила свой земной путь обрядом самосожжения в 2011 году. «Если у нас есть какие-либо иные мотивации, кроме свободы, то на пути нас подстерегает множество искушений. Мы застрянем и будем простаивать где-то на пути. Свобода должна быть единственной нашей целью».





RSS RSS Колонок

Колонки в Livejournal Колонки в ЖЖ

Вы можете поблагодарить редакторов за их труд >>