Димамишенин Версия для печати
ЦЕННЫЕ БУМАГИ: СТРАХ ВАШЕМУ ДОМУ! (2009)

- Народ голодает. Народу не хватает хлеба!
- Не хватает хлеба? Так пусть едят пирожные!
«Мария Антуанетта»
фильм Софии Копполы

Сейчас я понимаю, что чувствует молодежь в 20 и в 30 лет. И могу прочувствовать больше информации, чем в 15 лет, когда знал только, что чувствует 15 летний самовлюбленный тинейджер. Я по-прежнему не понимаю, что чувствуют старики. Но до стариков нет никому дела: ни в мирное время, ни тем более в военное. Вообще - стариком быть немодно. Тем более если тебе 70. Я знаю, что чувствуют сейчас представители разных возрастов и поколений лет до 36.

Потому что произошедший кризис уже третий за мою короткую жизнь.

И поверьте – ни один из них никак ее не изменил. А вот о том, что действительно меняет нашу жизнь, и пойдет ниже речь на фоне новейшей истории кризисов.

1991 – 1998. Введение в новейшую историю кризисов

Моя персональная история кризисов началась в 1991 году. Когда одна страна (ее называли СССР) распалась, а другая, возникшая на ее месте (Россия), отказалась возвращать людям деньги из банков, и еще к тому же власть провела реформу, после которой деньги обесценились в десятки, сотни и тысячи раз.

Тогда я, как и большинство молодежи сейчас, смотрел на этот беспредел сквозь пальцы. Я слышал, что родители моих друзей и мои родственники потеряли свои сбережения. Однако, кто был поумнее, купил валюту, золото, машины, квартиры и в канун финансового Апокалипсиса спустил все, что можно. Конец Денежного Света коснулся в первую очередь «верноподданных граждан». Тех самых «не паникеров», на которых держится благосостояние государства, которые его никогда не подводят и которых власть кидает в первую очередь, демонстрируя чудовищную неблагодарность. Я, как девиантный и маргинальный тип, жил в коммуне неохиппи, питался и работал от случая к случаю, и мое свободное время полностью заполнял саунд Сиэтла и книжки отцов американской психоделии. Так что мне было не до кризиса. Мое состояние в лучшие дни составляло 100 рублей. Которые я тут же тратил, на что хотел, и пропасть они не могли. У меня не было вообще ничего, а не только денег, чтобы волноваться по подобному поводу.

В 1998 году история повторилась Дефолтом. Когда мои ровесники, белые воротнички, вешались на галстуках в офисных туалетах, потеряв свои недавно сколоченные состояния на биржах, в черный вторник из-за падения рубля по отношению к доллару, – у меня точно так же не было ни рублей, ни долларов, ни галстука… Максимум мой был тогда 100 долларов одной бумажкой, которую потерять я никак не мог. И то, что к тому времени я стал молодым отцом, тоже нисколько меня не волновало, а только радовало и отвлекало от общей депрессии населения. Да, мороженое «Баскин и Роббинс» - единственное, что тогда не подорожало. И я лопал его, наблюдая очередную общенациональную трагедию.

Кризис нынешнего 2008 года более гуманный с виду, но при этом более глобальный и опасный для мира.

Благосостояние общества растет. Теперь у простых парней вроде меня – необразованных самородков из народа – не по 100 рублей или 100 долларов, а по тысяче евро распихано по паре пластиковых карт. Но при соотношении цен, денег и времени мы получим на самом деле приблизительно похожий результат, если его спроецировать на нашу покупательскую способность.

Сейчас много говорится о том, что принципиальное отличие третьего кризиса в том, что из-за него на этот раз страдает не только великий русский народ, а и все племена Запада. Запад нам не готовит гуманитарную помощь, и под ударом финансовой катастрофы оказалась вся планета… и гуманитарную помощь нам всем придется ждать разве что от инопланетян…

2008 - Кто виноват?

Чтобы понять, кто виноват, мы должны понять, что произошло.

Представьте, что во всем мире только сейчас наступили 90-е годы, и весь мир превратился в бандитскую Россию. Произошла ситуация падения финансовых пирамид. По сути, обрушившаяся финансовая пирамида это криминальная структура, организатор которой или сидит, или сбежал за границу. Только сейчас это произошло в рамках не страны, а всей планеты. И организаторы – не ботаники-криминалы в очочках с толстыми стеклами, а титаны мировой экономики, типа банка Lehman Brothers, крах которого обернулся крупнейшим банкротством во всемирной истории.

Существуют разные финансовые инструменты для оболванивания масс. Один из основных – это возможность торговать финансовыми бумагами. И каждая бумага должна иметь обеспечение. А пирамида начинается с того, что у меня есть невнятная компания, и у нее есть непонятное имущество. Я беру кредит под то, что Бог и учредители послали. Иду в другой банк. Заявляю все, что у меня было, и плюс еще деньги, взятые только что в кредит, как свои собственные. Беру под них еще больший кредит. Моя компания на бумаге становится все дороже и дороже. У меня растет такая мифическая вещь, как капитализация компании. Хотя на самом деле это ничем не обеспечено. И уже под эти два кредита и свою псевдо-компанию я беру третий кредит, и получается, что я расту и богатею на пустом месте, но все это ничем не подкреплено. Все держится на блефе. Или, как любят говорить бизнесмены, не любящие, когда их называют мошенниками, «на доверии». У них Бизнес и Биржа – это игра доверием.

Для меня это все мошенничество. Потому что я – честный. А они лгуны.

Есть товарная биржа – там продают товар. А есть акции. Где торгуют «доверием» и разными «страховками риска» и прочими выдумками финансистов. Всего этого в какой-то момент стало слишком много. Виртуальных вещей, не обеспеченных ничем материальным. Происходила торговля воздухом и фиктивными бумагами, которые обеспечены только другими такими же фиктивными бумагами. Если в этой цепочке кто-то перестает доверять, или у кого-то начинается паранойя, или у кого-то кончаются живые деньги, - все рушится.

Вот все и рухнуло. Все же люди! Все паранойят.

Когда начинается паника, нужно восстановить доверие. А как? Раньше, во времена войн, захватывали государственную казну. А теперь нечего захватывать... Есть только бумага. Которая ничего не стоит. Без доверия. Круг замкнулся.

2009-2010. Что делать?

Я публицист и креатор – представитель так называемых свободных профессий. Пока я молод, мне хочется держаться подальше от экономической пустоты и не давать ей приобретать в моем личном мире размеры большие, чем несколько страниц печатного текста, написанных на заказ. Впрочем, когда я буду стар, я тоже смогу заняться более интересными вещами. Мне никто и никогда не давал денег, и я не беру в долг. У меня в кармане всегда мой минимум. Я не пользуюсь кредитками, всегда – дебетными картами. Мне не нужно тратить больше, чем я могу. Мне всегда хватает, чтобы пожрать в хорошем ресторане, и все. Одна машина. И та – ноутбук, который я меняю раз в пару лет. Одни ботинки, как у Ленина (правда, из последней коллекции «Hugo Boss»), и один бушлат, как у матроса из Кронштатда. Почти как у героев пролетариата. Всего по минимуму. Чтобы передвигаться налегке.

Я давно уже не хожу в клубы и не трачу деньги на наркотики (я веду здоровый образ жизни). А для чего еще нужны деньги? Уставившись в экран ай-фона и потягивая фруктовый чай, я торчу целыми вечерами в любом месте, где есть бесплатный вай-фай. Или гуляю по дивным диким паркам Санкт-Петербурга и Пушкина, наслаждаясь золотой листвой и компанией красивых людей. Если я куда-то еду, то беру билет всегда в одну сторону. Потому что обратно я могу не вернуться. Я уже в подростковом возрасте знал, что «будущего - нет!»

Для меня любой кризис – то, что я ожидаю с рождения. Это момент, когда счастливые продолжают оставаться счастливыми, а те, чье счастье построено на костях и крови и деньгах, – начинают паниковать и пытаться втянуть в свою истерию как можно больше людей.

Что мне делать? Если не будут финансироваться новые журналы и новые творческие проекты, без которых мне не хватит денег на сырное ассорти и очередной блю-рей с японским порно? Мне придется туго. Я ведь торгую, как и музыканты и промоутеры, нематериальными активами. У меня есть только интеллект. У меня нет даже мышц, чтобы разгружать вагоны или подметать улицы и рыть траншеи. У меня нет недвижимости и товаров, чтобы ими спекулировать. Единственное, что мне помогает держать равновесие – это мое самообразование и неплохое знание истории.

И это знание мне говорит, что лучше всего в момент кризисов живет индустрия развлечений. Поэтому я не буду спешить устраиваться сторожем или охранником в музей. Голливуд, который был в довольно плохом состоянии, поднялся на не досягаемую высоту именно в момент Великой Депрессии и достиг своего самого большого расцвета в моменты всеобщего экономического упадка. Тогда же началась империя Диснея. И все крупные кинокомпании зародились именно в то сложное время. Почему я, как представитель индустрии развлечений, должен волноваться теперь? Когда наступает мое время?

Общая тенденция за окном, как всегда: растет цена на бензин. Вчера в каждом выпуске новостей – красной линией – «В Америке кризис». Сегодня уже кризис Везде. Аналитики говорят, что скоро съездить на машине по стране станет проблемой. Что ж. Разгрузятся пробки в мегаполисах. Чудно. У многих людей не будет денег на покупки, путешествия и рестораны. Отменяются банкеты в самых дорогих ресторанах мировых столиц. Что делать? Сидеть по домам. Экономичнее всего. Я так и делаю. А как там развлекаться?

Играть в игры, читать книги, слушать MP3, смотреть Porno. И все это – с помощью интернета и в электронном виде, так как это самая дешевая доставка к потребителю в современном мире товара. И лениться, лениться, лениться… теперь оправданно и без зазрения совести валяясь на диване круглыми днями. Символизируя примету времени.

Кризис вскрывает не только человеческую сущность, но и работает во славу прогресса. Поэтому мои новые работы связаны с «PlayStation Network» и с крупными издательскими домами. Играть и читать – тренд кризисного года.

Нужно больше игр и историй, способных отвлечь от неприятного сегодня и увлечь в лучшее завтра.

Развлечения приходят к тебе на помощь, когда у тебя появляется много времени и когда разнообразие трат снижается. Больше не улыбается оставить за счет в «Боне» 10 штук или клубиться всю ночь, потратив на такси не меньше. Улыбается купить «Карлс Джуниор» с собой в пакетике или сушек в сетевой забегаловке. В такие моменты истории убегать можно в наркотики, алкоголь, любовь и искусство. И каждый выберет свой путь. По своим сбережениям и желаниям.

И профессии, имеющие отношения к этим заповедным вещам, станут процветать. От драг дилеров до креаторов. Проститутки окажутся никому не нужны, все захотят секса по любви и бесплатно. Мне, как романтику, это приятно. И вырастет снова поколебавшаяся популярность виртуального секса и веб-камов.

А до того, что нужно будет выбирать между оплатой интернета и буханкой хлеба, кризис, я надеюсь, в России не дойдет. Что же будет на Западе – увидим на новостных сайтах.

Пока у креативных индустрий и творческой интеллигенции там тоже все более-менее в порядке: художники авангардисты уже начали делать деньги на кризисе – дизайнер Лаура Джилберт выпустила купюру достоинством ноль долларов. Ее тираж 10 000 штук уже доступен в одной Бродвейской галерее.

Но события уже носят угрожающий характер. Это как триллер с непредсказуемым сюжетом. Все страны в едином порыве решили заткнуть финансовую дыру, и постепенно начинают понимать, что средств, отпускающихся на это, все не хватает и не хватает.

Пока паники нет. Но миллиардеры молча и мужественно, почти без криков и шума, уже потеряли по половине своих состояний. Появляются целые страны, пока такие маленькие, как Исландия, которые признаются в том, что их банковская система потерпела крах. Юный президент Медведев и канцлер Путин щедро помогают северному другу и мировой общественности. (Так получилось, что Россия оказалась одной из наиболее обеспеченных стран мира в эпоху мирового экономического кризиса. Что казалось еще недавно фантастикой.)

Самое безумное, что сейчас можно делать, это тратить деньги. Главная задача сохранить их. И поэтому покупки машин сократились в автосалонах с 50 штук в месяц до 1-й. Государство разрабатывает антипаническую программу. Вводит обязательное страхование вкладов, подняв их до 200 000 рублей. Автоматически страхуя банки, которые боятся согласовывать кредиты. Государство пытается снизить панику, чтобы люди не обрушили своей паникой наши банки и не забрали свои вклады, создав реальный кризис из своих надуманных кошмаров.

Но паникеры поют свои песни. Недавно один из крупнейших продюсеров театра и кино нашей страны заявил, что, по его мнению, российской индустрии развлечений пришел полный пиздец, потому что она питается за счет олигархов. Я надеюсь, что он прав. Можно сказать, что его индустрия развлечений – полное фуфло и шваль, которое существовало только на потеху этим самым олигархам. Когда эти кормильцы пойдут на паперть или в камеру, и эта индустрия рухнет, то настоящей культуре станет только лучше. Она вздохнет свободно и расправит плечи. Я счастлив, что услышал предсказание о конце псевдокультуры, стоявшей на гнилых ножках десятка барыг из списка Форбса. Ура! Первая победа кризиса наступила! У нас есть шанс появления реальной, поистине народной индустрии развлечений. За которую нуждающийся народ будет готов отдать последнюю копейку.

Вторая ласточка того, что новой культуре понадобятся работники не только топора, но и пера, был ночной звонок от моего близкого друга крупного военного чина. Он звонил мне в три часа ночи. Разбудил самым что ни на есть армейским образом и сразу начал: «Дима, блядь… Ты бы знал, что мне сейчас приснилось. Я видел тебя на трибуне. И ты был в белой форме. И ты говорил мои мысли на фоне нашего флага. И тебя слушали тысячи солдат. Мне так понравилось. Это так было реалистично. Я понял, почему мы с тобой так близки. Ты должен отписать идеологию нашей организации. Приезжай срочно. А? Что? Три часа? Да я вышлю такси…»

Новым политическим организациям в первую очередь национального толка, требующим закрыть страну и ужесточить миграционную политику, нужны, как следует из этого телефонного звонка, люди, способные выступить оракулами и передатчиками на человеческий цивилизованный язык их жесткой программы…

Кризис – время воинов. Чем больше воинов, тем больше им нужно переводчиков и трансляторов с их воинского языка на общепринятый светский. Воинам нужны жрецы. Кризис может вернуть нас в систему каст, и тогда действительно каждый займет свое место, данное ему от природы, а не по стечению обстоятельств и благодаря хитрожопым манипуляциям с финансами.

Складно придать форму чужому бреду или звериному рыку – это талант. А бреда и рычания будет много. Поверьте. И уже скоро. И востребованность проводников, писателей и публицистов будет расти примерно так же, как она росла в предреволюционной России, когда некоторые журналисты, такие, как Манусевич-Мануйлов, принимали активное участие в политической судьбе страны, и влияние их было весьма серьезным.

ПРОДОЛЖЕНИЕ




Исполнись волею моей…
Глеб Давыдов - о механизмах, заставляющих людей творить (в широком смысле — совершать действия). О роли эмоций в жизни человека, а также о подлинном творчестве, которое есть результат синхронизации человеческого ума с потоком Жизни, единения с ним. «Только не имея никаких желаний и ожиданий и вообще никаких фиксированных знаний мы возвращаемся в Царствие Небесное».
Прежде Сознания. Продолжение

Перемены продолжают публикацию только что переведенных на русский последних бесед индийского Мастера недвойственности Нисаргадатты Махараджа. Перевод выполнен Михаилом Медведевым. Публикуется впервые. Читать можно с любого места! «До тех пор, пока вы не узнали, что же такое представляет собой сознание, вы будете бояться смерти».

Чоран: невыносимое бытия
Александр Чанцев к 105-летнему юбилею Эмиля Чорана. Румынского, французского мыслителя, философа, эссеиста. На волне возрождающегося энтузиазма отдавшего было долг эмбриону фашизма. Наряду с Хайдеггером, Бенном, Элиотом. Чтобы потом — осознанно отвратиться от него, вплоть до буддизма и индуизма… Вплоть до трагедии. Вплоть до смерти.





RSS RSS Колонок

Колонки в Livejournal Колонки в ЖЖ

Оказать поддержку Переменам Ваш вклад в Перемены


Партнеры:
Центр ОКО: студии для детей и родителей
LuxuryTravelBlog.Ru - Блог о люкс-путешествиях
 

                                                                                                                                                                      




Потоки и трансляции журнала Перемены.ру