Димамишенин Версия для печати
ЦЕННЫЕ БУМАГИ. Секс, наркотики и божественные книги. (2009) - 3.

Начало беседы Димы Мишенина и Владимира Джа Гузмана (Видемана) - здесь. Предыдущая часть - здесь.

Дима Мишенин: С началом перестройки начались твои международные путешествия? Почему ты сразу же ломанулся жить в Южную Америку? За кокаином и грибами и учением индейцев племени яки и в поисках Дона Хуана?

Владимир Джа Гузман: В Южную Америку я поехал просто по приходу. Я был тогда женат на американке колумбийского происхождения, и она сказала, что я могу пожить у нее в Боготе с недельку. В результате я там завис на год. При этом моя супруга там так и не появилась. Это отдельная история, она у меня тоже описана: про индейскую мистику, про то, как из Колумбии в Штаты возили кокаин через Кубу, про тайные сети эзотерических генонистов и базы наркодилерских подлодок в Аргентине... Там самый крутой наркотик – «марципан», который готовят из особых фрагментов мозгов бывших наркоманов. Очень особое ноу-хау. Слабонервным лучше не читать.

Владимир в Колумбии. Конец 80-х...

Д.М.: Потом ты вернулся в Европу и из безумного мистика и хиппи вдруг стал в одночасье мейнстрим-журналистом, который пишет для «Эксперта», «Англии» и «Новой России»? Это было вызвано необходимостью социализироваться на Западе? Или просто ты смог своей умной болтовней зарабатывать на жизнь, чего не мог себе позволить в СССР?

В.Д.Г.: Став журналистом, я не перестал быть мистиком и где-то в душе – даже хиппи. Как журналисту мне было интересно изучать западный мир – политику, экономику, культуру, общественную жизнь. По всем этим темам я могу написать исчерпывающий учебник. Если заплатят ). Параллельно я изучал эзотеризм в западной (и прежде всего – в немецкой) политической истории. Тоже могу написать учебник: про тамплиеров, розенкрейцеров, масонов, «Золотой рассвет», Германский орден и его филиации. Есть и другие забойные темы, да все руки никак не дойдут...

Д.М.: Пока ты работал как Корреспондент Русской Службы Би-Би-Си, радиожурналист программ «Радио Свобода», «Немецкая Волна» и других… с кем из русских и западных людей тебе доводилось встречаться? Встреча с кем из них тебя заставляла становиться лучше или хуже?

В.Д.Г.: Не знаю, заставляли ли меня эти встречи становиться все лучше, но пищу для размышления они, безусловно, подкидывали. Из наиболее известных россиян мне приходилось встречаться с Горбачевым, Путиным, Касьяновым, Чубайсом, Ходорковским, Ахматом Кадыровым... Из западных персоналий могу назвать Йоко Оно, Ральфа Нейдера, Дэвида Кортена, Тони Негри, активистов движения 68-года и неоимперских идеологов новой формации. Тут каждый случай требует отдельного диагноза: тому – химия, этому – электрошок...

Д.М.: Как получилось, что из журналиста с многолетним опытом и автором на своем интернет сайте записок о твоих Многочисленных путешествиях ты вдруг сделал решительный шаг к официальной литературной карьере и стал автором уже в течение многих лет успешно издающихся книг? Первой стала «Тропой Священного Козерога» в Санкт-Петербурге?

В.Д.Г.: Скромными литературными опытами я занимался и раньше, но активно стал писать с 2002 года. Мне просто надоела журналистика, и я решил что-то написать про собственные путешествия. Жена (не колумбийская, а наша, московская) в это время была беременна, и я подумал: «Напишу-ка я книгу для своего потомства, пусть почитают, как их предки зажигали...». Описал пару эпизодов из своих путешествий в Среднюю Азию, повесил в сеть. Знакомые почитали – говорят: «Пиши еще». Ну и так, слово за слово, процесс пошел... Потом ее прочитал в интернете человек по имени Дима Мишенин, написал мне и предложил издать. Что и произошло. Так что с тех пор могу себя считать профессиональным писателем, поскольку даже гонорар от издательства получил.

Д.М.: А кроме того, что твоя первая книга увидела в Питере свет, что тебя еще связывает с этим прекрасным городом? И кто?

В.Д.Г.: В Питере родился мой отец. Я знаю этот город с детства, периодически жил в нем. Там у меня масса друзей – и старых, и новых. Я был знаком практически со всеми ранними питерскими хиппи – Лео, Ником, Геной Зайцевым, Валей Стопщицей... Помню «Сайгон», а до него был «Рим» на Петроградской. Были тут и свои мистики, каббалисты, алхимики. Человек по имени Аксель, к примеру, изобрел живую воду, прогоняя ее через некие кристаллы. Другой чел периодически доставал лабораторный ЛСД, с которым его папа-ученый делал какие-то эксперименты. Мы тоже экспериментировали, некоторые выходили в окна. Были реальные жертвы. Позже познакомился с валютными проститутками, у которых скупал валюту, готовясь к отъезду из СССР. Я хорошо знал последнего мастера русского доперестроечного масонства новиковско-розенкрейцеровского типа, Ивана Федоровича Мартынова, потерявшегося в самом начале безбашенных девяностых в алкоголоидных туманах нижнего Ист-сайда. Был я знаком и с самим Новиковым, только другим – не масоном, а художником по имени Тимур, основателем петербургского неоакадемизма. Он часто бывал у меня в гостях в Берлине, мы с ним очень сильно отрывались. В Питере у меня до сих пор целая масса друзей, в основном – богемно-художественного плана, но не только. Правда, многие старые знакомые моего поколения поуехали за границу, так что мы встречаемся больше в Берлине или Лондоне.

Д.М.: Ты родился в Советском Таллине, поэтому первый язык, на который были переведены твои книги с русского, стал эстонский? «Школа магов» это была?

Обложка эстонского издания книги "Школа магов"

В.Д.Г.: «Школу магов» перевели на эстонский, потому что там описывается местное богемно-диссидентское подполье, о котором знающие не говорят, а говорящие – не знают. После публикации книгу объявили хитом года, создали фан-клуб, провели со мной телемост. Сейчас еще одну вещь переводят. Ну, что ж, некогда мой пра-пра-предок, академик Фердинанд Видеман, создал первый в истории русско-эстонский словарь. Так что держать руку на пульсе эстонской истории – наша семейная традиция.

Д.М.: Расскажи, где принимают твое творчество сильнее и эмоциональнее – в России или в Эстонии?

В.Д.Г.: В Эстонии народ, по сравнению с российским, безусловно, более заморожен. Характер – строго нордический. Там даже сильная эмоция вовне шибко не проявляется. Но это не значит, что вообще ничего не происходит. Существуют свои индикаторы настроения – малопонятные для посторонних.

Д.М.: Анонсируй, какие и о чем и о ком твои новые книги нас ожидают в самое ближайшее время?

В.Д.Г.: Еще не напечатаны: «Белый снег Колумбии», «В лабиринтах Манхэттена», «Берлинский разлом». Кроме того, я пишу теоретическую вещь «Преодоление модерна» и антиутопию «Лондонский бунт» (условное название). Думаю, сами заголовки уже говорят о содержании.

Владимир Джа Гузман

Д.М.: Твоя жизнь кажется идеальной в плане твоего отношения к природе и своей душе – ты посвятил себя – себе. Ты движешься не касаясь и не разрушая… Это редкий талант… Кто тебя ему научил?

В.Д.Г.: Как йог со стажем я, безусловно, близок всему экологическому, естественному – в питании, образе жизни, предпочтениях.

Д.М.: Володя, расскажи мне о своих знакомых, чей образ жизни условно можно назвать экологически чистым?

В.Д.Г.: Я хорошо знаком с берлинским архитектором Хинрихом Баллером, у которого в бюро некогда работала моя жена Анастасия. Он представитель так называемой органической архитектуры – учитывающей не только экологичность материалов, но и эргономичность форм. Для одного детского садика специально возили тоннами некий особый песок из Италии. Баллеровская архитектура, которую сам мастер считает искусством, является берлинской классикой своего времени, она очень сюрная, там нет ни одного прямого угла... Баллер так же считается патриархом западноберлинской молодежной культуры шестидесятников, старых хиппи, выглядит очень забойно, с хайром до плеч, в кожаных штанах, ездит строго на мотоцикле. Его супруга Дорис, тоже архитектор, по стилю больше напоминает бутичную груви – boutique groovy. По-моему, они даже вегетарианцы. Мой другой знакомый, британский дизайнер Марк Брейзер-Джонс, сделал себе мастерскую в комплексе старинной фирмы 16 века, в ста километрах от Лондона. Тут тоже вокруг – сплошная экология, живописная английская кантри-сайд. Вокруг поселилось еще несколько умельцев. Теперь здесь целый производственный комплекс. Говорят, еще вокруг фермы пустуют...

Д.М.: Некогда ты мне рассказывал еще про одного своего друга, кибер-панка, хакера и медиа-художника, который получал гранты и изобретал хищные вещи века. К примеру, как звонить бесплатно, еще до изобретения скайпа. И создавал приборы на основе электрической плитки, радиоприемника и грандиозного желания свободы. Я так мало понял из нашего разговора с ним – сказывается разница интеллектов. Если ты мне расскажешь больше, я буду тебе очень признателен.

В.Д.Г.: Это Алексей Блинов – пионер open networks, занимается строительством параллельных интернету коммуникационных физических сетей. Он адепт открытого хранения информации, открытого программного обеспечения, открытого аппаратного обеспечения и вообще всего открытого. Его последний проект – система бесплатной передачи любого контента на любое расстояние, используя возможности т. н. Imbedded computers – интегрированных в бытовые приборы компьютеров. Тут прикол в том, что информация передается в так называемом «открытом спектре» - т. е. открытом, согласно международным регуляциям, для работы микроволновых печей. Все остальные спектры мирового эфира закрыты государством и поделены между GPS-провайдерами, продающими свои коммуникационные услуги массовому потребителю за бешеные деньги. Настоящие продавцы воздуха!

Блиновская технология позволяет не просто бесплатно передавать информацию в открытом спектре, но и сделать ее фактически неподцензурной. Объемы здесь тоже не имеют значения. Одним словом, аппарат Блинова – это конец монополистического капитализма в СМИ. При этом себестоимость аппарата не превышает 20 долларов, и его каждый может собрать самостоятельно из элементарного набора деталей. Эффективность этой системы зависит от ее массовости. Чем больше аппаратов – тем шире сеть.

Теоретически такая сеть позволит общаться в режиме прямого времени любому человеку с любым другим на планете, через аудио-видео- или текстовые послания. Каждый аппарат – как магический глаз, собирающий всю информацию из окружающей его электронной среды, формируемой интегрированными компьютерами. Он может перманентно снимать и записывать весь окружающий контент и делать его доступным всем остальным. Причем с физическим уничтожением аппарата не уничтожается его память, хранящаяся в совсем другом месте. Вот такие технологии новейшего антимонополистического сопротивления в эпоху социального постмодерна.

Д.М.: Однажды я болтал с моим другом о том, кто такие антиглобалисты, и он сказал: «Вот моя секретарша не бреет подмышки и считает себя антиглобалисткой». Это правда? Все, кто не бреет себе гениталии и подмышки, как хиппи в 70-х, – антиглобалисты? И весь конфликт только в этом?

В.Д.Г.: Вот одна моя американская подруга – антиглобалистка первого призыва – брила и подмышки, и даже ноги. Но это – в Америке. А в Германии ни того, ни другого (ни даже третьего) не бреет, как я подозреваю, даже сам бундесканцлер. Там так принято: все естественное – не безобразно. На самом деле первыми антиглобалистами были молодые представители американского хай-класса – люди с хорошим образованием и высокими доходами. Они раньше всех осознали опасность корпоративного монополизма и забили тревогу. После этого кто-то вышел на улицы и стал бросать в Билла Гейтса торты, а кто-то заперся в лаборатории и занялся альтернативными разработками. Бросавшие торты стали социальными активистами, севшие по лабораториям изобрели Google. В Европе же антиглобализм был понят не как спасение капиталов среднего класса от недружественного поглощения международными корпорациями, а как антикапиталистическое движение в принципе, возрождающее грезы о мировом коммунизме. Между тем, в рядах антиглобалистов есть особая фракция анархо-капиталистов, выступающих против монополии государства на производство денег. По их мнению, деньги должны выпускать частные компании, конкурирующие за потребителя.

Д.М.: По твоим предположениям развернувшийся транснациональный финансовый кризис сделает нашу планету более чистой? Вернет людям больше времени для нормального общения и вкус к реальной жизни? Или наоборот погрузит всех в еще большие проблемы, разъединит еще сильнее и отдалит от духовных решений еще на дольше?

В.Д.Г.: Я думаю, что развернувшийся кризис:

А) подорвет доверие людей к банкам (что само по себе есть неплохая профилактика в духе народного аудита)
B) активирует в широких массах тему т. н. «постаутичной экономики» - т. е. экономики, отказавшейся от принципа максимизации прибыли любой ценой
С) вскроет (хотя бы частично) в общественном сознании проблематику «монетарного расщепления» (тут имеется в виду функциональное противоречие в деньгах как общественном средстве товарного обмена и частном инструменте личного обогащения).

Владимир Джа Гузман (Видеман)

Этот кризис – хороший повод задуматься о преходящих и непреходящих ценностях, о долгосрочной стратегии устойчивого развития и о человеческой эволюции в целом. Лично я считаю, что человек продолжает антропологическую эволюцию, причем ее пути никем заранее не прописаны, и тут возможны любые сюрпризы, вплоть до разделения человечества на ряд генетически изолированных кластеров – по типу биологического расщепления между некогда симбиотическими неандертальцами, синантропами и кроманьонцами.

Продолжение




Исполнись волею моей…
Глеб Давыдов - о механизмах, заставляющих людей творить (в широком смысле — совершать действия). О роли эмоций в жизни человека, а также о подлинном творчестве, которое есть результат синхронизации человеческого ума с потоком Жизни, единения с ним. «Только не имея никаких желаний и ожиданий и вообще никаких фиксированных знаний мы возвращаемся в Царствие Небесное».
Прежде Сознания. Продолжение

Перемены продолжают публикацию только что переведенных на русский последних бесед индийского Мастера недвойственности Нисаргадатты Махараджа. Перевод выполнен Михаилом Медведевым. Публикуется впервые. Читать можно с любого места! «До тех пор, пока вы не узнали, что же такое представляет собой сознание, вы будете бояться смерти».

Чоран: невыносимое бытия
Александр Чанцев к 105-летнему юбилею Эмиля Чорана. Румынского, французского мыслителя, философа, эссеиста. На волне возрождающегося энтузиазма отдавшего было долг эмбриону фашизма. Наряду с Хайдеггером, Бенном, Элиотом. Чтобы потом — осознанно отвратиться от него, вплоть до буддизма и индуизма… Вплоть до трагедии. Вплоть до смерти.





RSS RSS Колонок

Колонки в Livejournal Колонки в ЖЖ

Оказать поддержку Переменам Ваш вклад в Перемены


Партнеры:
Центр ОКО: студии для детей и родителей
LuxuryTravelBlog.Ru - Блог о люкс-путешествиях
 

                                                                                                                                                                      




Потоки и трансляции журнала Перемены.ру