НАРРАТИВ Версия для печати
Светлана Храмова. Этим летом в Одессе



А музыка играет. Танцуют и поют.

С афишных тумб навстречу прохожим широко распахнуты глаза Веры Полозковой, она выступит в ночном клубе на пляже. Татьяна/Сергей Никитины и музыканты “Машины времени” я не заметила, где именно выступят, наверное, тоже порадуют отдыхающих, когда стемнеет.

В этом сезоне на открытых концертных площадках никаких провокаций не наблюдалось. Улеглись страсти, поутихли. Город полон приезжих, море и лето никто не отменял.

Да и я – посторонний наблюдатель на месяц сроком, отрывочные наблюдения в тетрадку записывала, теперь расшифровываю.

Хроническое украинское бездорожье, поперечно-волнистая или наскоро залатанная трасса, средняя скорость не более 60-80 км /час, и так целый день. Сознание отключается. Доехали. Наутро прогуляться вышли, а перекресток полицией перекрыт. Ну вот, началось, подумала я. Непредсказуемость, произвол властей, борьба с говорящими по-русски.

Но нет, никакого повода для волнений. Это международный веломарафон проводится, даже два.

Из прессы: “6 и 7 августа в связи с проведением международных велогонок «Тур де Рибас» и «Одесса Гран При» в центре города будет перекрыта часть улиц.

«Тур де Рибас» и “Одесса Гран При” – это гонки в категории Мужчины Элита.  В этом году в гонке принимают участие 14 команд из разных стран Мира. Каждая команда состоит из 6 гонщиков.”

На деле выглядело это довольно комично. Мы добрались до ближайшего кафе, оттуда и наблюдали.

Команды не то, чтобы очень уж бодро, но двигались по пустым центральным улицам. Шесть гонщиков, а за ними десять, не менее, машин – «Скорая помощь», «Реанимация», пожарники, полиция, перевозчик запасных колес, еще, наверное, запасы воды и пищи впрок, но сопровождающих больше, чем велосипедистов. Часть горожан потом возмущалась многочасовыми заторами и невозможностью добраться куда-бы то ни было; часть не скрывала восторженных вздохов: у нас теперь, как в Европе.

Вечное “ударим автопробегом по бездорожью и разгильдяйству”. По ссылке – запись и видео от активного наблюдателя, застрявшего в пробке.

Настойчивая популяризация велосипедного спорта – первое, что бросается в глаза. И познается в ощущениях.

Прошлась по Приморскому бульвару в день Независимости, полюбовалась на Дюка де Ришелье в расшитой зеленым фабричным узором рубашке – но это, говорят, ежегодное развлечение теперь. И на фестиваль вышиванок посмотрела. Выглядело это так: поперек главной аллеи арка, обтянутая желто-голубой тканью, похожая на огромный лошадиный хомут, а за нею – небольшие лавочки, торгующие национальной символикой, одеждой в том числе. Популярный поэт написал к празднику длинное размышление в стихах, куда включил строки: «лучше ходить в вышиванке чем ездить в советском танке».

Наверное, эта рифма далась поэту непросто.



Странно, что так много беспокойства, в символических одеждах никто по городу не вышивает, простите за невольный каламбур.

Задуматься, что лучше (это я снова о процитированной выше строке) так и не получилось – пока я рассматривала разнобой агитационных плакатов на заборе небольшого палаточного городка перед мэрией, на меня наехал велосипедист.

Группа продвинутой молодежи тренируется на площадке перед муниципалитетом, несмотря на праздник. Круги выписывать пока что не научились, на моей левой голени от колена до щиколотки  красовался жирный отпечаток шины.

Привлекла к себе внимание велосипедиста, заставила извиниться. С явной неохотой он произнес заветные слова. Его друзья, сидевшие на ступеньках поблизости, произнесли остальные слова, пообещав, что в следующий раз наедут на меня все вместе, и проследят, чтобы последствия были посерьезнее. Переполненная гражданским возмущением, я поискала глазами полицейских – особый день, в центре толпы гуляющих, – но выяснила, что полиция напрочь отсутствует.

Теперь полицейские передвигаются по городу сугубо в автомобилях. Через две улицы увидела патрульную машину, попробовала пожаловаться на велосипедиста полицейскому, лицо охранителя общественного порядка угрюмо посмотрело на меня и попросило обождать, пока развернутся. Круг опишут, вернутся и разберутся.

Дожидаться побоялась, решила, что разбираться будут, скорее со мной – а ты почему вообще здесь? – и нырнула в первое попавшееся такси. Трусливо покинув место общего праздника, умчалась поближе к дому. Мне повезло. Такси теперь вызывают только по телефону.

Прогулялась по Французскому бульвару, от празднеств удаленному, там тихо. Осмелев, решила к морю спуститься. Мимо меня проходили парни, одетые в черное с ног до головы, курточки с капюшонами, рюкзак за спиной. Поодиночке. Они тоже направлялись к лестнице, экипировка насторожила.

Почти уже на спуске увидела мчащегося по бугристому асфальту велосипедиста. Спортивный, подтянутый, но велосипедом пока владеет плохо, потому что раздался жуткий треск. Двухколесный транспорт отлетел направо, а спортсмен налево, в кусты.

Растерялась окончательно, вспомнила, что случайностей не бывает, и отправилась восвояси домой. Пусть празднуют без меня.

Обошлось, но ощущение опасности не покидало ни на секунду. Дело не только в велосипедистах, неумелых пока, настойчиво осваивающих популярное в Европе средство передвижения. Что-то еще такое в воздухе висит. Вроде бы лето, город у моря, отдыхающие вокруг…, но реальность слегка перевернутая.

Пляжи переполнены, да, музыка и танцы, но песня «Ах, Одесса, ты знала много горя» обрела новые смыслы. Образ горящего Дома Профсоюзов преследует, уверена, не только меня.

Хотя виду никто не подает.

Банки работают, сотрудники приветливы, но почему-то часто повторяют фразу: «Вы что, не видите, что в стране творится?» Это если вопросы возникают.

Умельцы на радиорынке мне зарядку реанимировали, и тоже постоянно повторяли, вижу ли я, что происходит в стране.

Поневоле начинаешь оглядываться. И вслушиваться в обрывки долетающих фраз. Долетающих по-русски, кстати, на украинском ни в Одессе, ни в Киеве никто не говорит.

В Киеве я наблюдала за репетицией военного парада. В районе улицы Льва Толстого двигались вереницы старой свежеокрашенной боевой техники. Артиллерия, танки, грузовики с пехотой, в каждом по пять человек. Ребята в камуфляже улыбались, зиги кидал только один красавчик, явно по собственной инициативе. Шутил, по-видимому.   

Граждане, желающие перейти дорогу, терпеливо ждали, от нечего делать фотографировали. Приветственным флажком размахивала только одна невысокая блондинка в спецодежде работников городских коммунальных служб. Она стояла в одиночестве прямо на проезжей части, и больше была похожа на регулировщицу движения. Или на городскую сумасшедшую, если честно.

Строительство в Одессе разворачивается мощно. Новые пляжные комплексы для красивых/молодых богатых (они предпочитают прятаться, по улицам не ходят практически), роскошные гостиницы-клубы, с архитектурной фантазией спроектированные жилые дома – многоэтажные, волнообразные, гордые.

При этом санаторий «Лермонтовский» (недорогой курорт-лечебница), уже который год пытаются «захватить». Министерство юстиции борется за кусок перспективной земли. Там тоже гостиницу собираются строить, санаторий обороняется.
Шины и заграждения перед входом в здравницу привычны. Кто только не пытался заветное место отобрать, лет семь страсти бушуют, еще до событий 2014 года борьба началась.

Городские власти вспоминают о населении, как мне показалось, только в связи с оплатой счетов ЖКХ. Здесь проявляют волю и настойчивость. Во всем остальном – полная свобода, неразбериха, точнее сказать. Говори по-русски, выбор языка на рекламных растяжках и вывесках свободный. Украинский, русский и английский соседствуют, уживаются мирно.



На общедоступных пляжах горожане загорают и купаются, Но это на редких диковатых отрезках берега, их совсем немного осталось. По пальцам можно пересчитать. Здесь даже читают газеты вслух иногда.

Серьезная тетенька с пучком на затылке театрально громко, будто на сцене:

– Вот написали, что террористы кого-то атаковали, а не сказали, кто виноват. Где фраза, что виноват Путин? Когда я ее читаю, то мне понятно, а не написали – и я не знаю, кого винить.

Во время краткого пребывания в столице Независимого государства (пять августовских дней) я в газете «Факты» прочитала, что диверсии в Крыму лично Путин организовывал. Ему это необходимо для успеха на выборах.

В популярном печатном издании для иностранцев «Kiev Post»черным по белому сказано, что население Донбасса подвержено влиянию российской пропаганды, потому что правдивые сведения украинской прессы им очень трудно получить. Спутниковые антенны – редкость. По этому поводу американцы выделили украинскому правительству техническое оборудование для мощной дополнительной телевышки. Но проблема не решается, так как у украинского правительства нет денег на строительство этой самой вышки.

Интонация подачи материала вполне серьезная, что любопытно.

А это я 13-го августа в интернете прочла, информация краткая,манера подачи в соответствии с темой:

«У нас бездумно принимают так называемый закон Савченко и выпускают 50 тысяч преступников. К примеру, в Киевской области есть знаменитая банда Журавля. Сколько было судов, а тут вышел «прекрасный» закон, и они на свободе. Из тех, кто вышел по «закону Савченко», только сейчас арестовали по особо тяжким и тяжким преступлениям 633 человека», –заявил Вадим Троян, первый заместитель главы Национальной полиции Украины в интервью украинским СМИ.

О том, что из тюрем выпустили уголовников и участились грабежи мне не рассказывали только в аптеках.

На заправке отреагировали на просьбу «полный бак, пожалуйста» неожиданным и печальным для нас образом: залили 11 литров горючего сверх возможного. Бак не просто переполнили, а приговорили. Спустя пять минут машина текла по всем швам, оставляя под собою жирные лужи. До ближайшего СТО дотянули, там тоже рассказали о преступниках на воле. И про то, что мы умудрились попасть на самую криминальную заправку. Эта фирма вообще солярку вместо бензина заливает, потом всю систему приходится чистить, нам еще повезло.

– А какие заправки не криминальные?

– Все криминальные. Есть два названия, где хоть намеренно пакостей не делают, а так… И жаловаться потом некому и некуда.

Фразы и диалоги на память.

Молодой человек своей подруге:
– Я люблю свою страну, но ненавижу власть!

Диалог на улице:
 –А власть вообще в Украине есть? Ощущение, что нету.
 – Есть. Но только за деньги.

У одной  моей знакомой соседские жильцы по крыше бегали. Крыша новенькая, только что отремонтированная. Та хозяйке съемного жилья пожаловалась, та приняла к сведению. Огромная такая бабища, волосы ярким желтым выкрашены, стрижечка а-ля нэп.

А вечером столкнулись они нос к носу, бабища уткнулась в нее велюровым животом, и, голос понизив, говорит:

– Тут у меня омон пару дней назад был. Или правый сектор, или еще кто, сейчас их никто не разберет, пришли парни с автоматами. Новую жиличку обыскали, даже подкладки все вспороли, не знаю, что искали, но увели с собой. У нее дочка в России вроде… – Ой, меня машина ждет, опаздываю, так что до свидания. – Сказала и к воротам пошла, бедрами мощными покачивая.

Месседж недобрый вышел – сиди, мол, тихо, а то я и тебе бригаду организую.

У знакомой моей, кстати, тоже дочь в России живет. До сих пор она и не задумывалась, что это как-то карается, а теперь перепугалась, и вещи по знакомым распихивает.

Мой хорошо информированный друг (в Одессе все хорошо информированы, но каждый по-разному), когда я ему о своих впечатлениях рассказала, не особо встревожился. Все перемелется, мука будет, бабища просто дура, никакого ОМОНа на Украине и в помине нет, а правый сектор вообще отдельная история; народ, конечно, пользуется неразберихой в своих конкретных целях, но это одесская традиция.

Как и памятник Дюку наряжать. Во время карнавалов я его и в морской тельняшке видел, и в костюме Нептуна, и в мундире кавалергарда, и даже в свадебной фате. Ну, обычай такой в городе – переодевать его по праздникам. А праздники разные бывают. Ничего особенного, и этот переживем.

Дороги наши – проблема посерьезней. Только ли трасса в аварийном состоянии? Дожди зарядят, по тротуарам ручьи побегут, лужи как реки, не пройти. Плитка для пешеходов с зияющими провалами. Хлипкая, тонкая, ее при одном мэре укладывают, при другом перекладывают, а качество все равно на нуле.

Вот когда дорожно-транспортный вопрос решат – тогда и начнутся у нас изменения в лучшую сторону.

Ты верно сказала, в стране ситуация непонятная, переходный период. Затяжной.

К чему приведет – никому неведомо.

 Он замолчал на минуту, потом энергично поднялся (мы за столиком уличного кафе сидели):

– Да, все переживем. И знаешь, у каждого ведь насущные проблемы, большие и маленькие. Жизненно важные, сиюминутные. В общем, Бог даст, увидимся еще. Мне пора.

На этом записи мои обрываются, и расшифровывать больше нечего.



ЧИТАЕТЕ? СДЕЛАЙТЕ ПОЖЕРТВОВАНИЕ >>



Авадхута Гита. Песнь Естества. Перевод Глеба Давыдова
Даттатрея — легендарный персонаж индуистской мифологии. Архетипическое воплощение великого Учителя, Гуру, жизнь и слова которого — проявление высшей мудрости и истинного Знания. Его «Авадхута Гита» — одно из главных писаний Адвайта-веданты, направления внутри индуистской религиозно-философской школы Веданты. Эту Гиту вполне можно назвать «Библией недвойственности». Это первый перевод «Авадхута Гиты» в стихах, с сохранением оригинального санскритского размера.
Места Силы. Энциклопедия русского духа

Несколько слов о сути и значении проекта Олега Давыдова «Места Силы», а также цитаты из разных глав книги «Места Силы Русской равнины». «Места силы – это такие места, в которых сны наяву легче заметить. Там завеса обыденной реальности как бы истончается, и появляется возможность видеть то, чего обычно не видишь».

Рамана Махарши: Освобождение вечно здесь и сейчас
Если бы вам потребовалось ознакомиться с квинтэссенцией наставлений Раманы Махарши, вы могли бы не читать ничего, кроме этого текста. Это глава из книги диалогов с Раманой Махарши «Будь тем, кто ты есть». Мы отредактировали существующий перевод, а некоторые моменты перевели заново с целью максимально упростить текст для восприятия читателем.





RSS RSS Колонок

Колонки в Livejournal Колонки в ЖЖ

Вы можете поблагодарить редакторов за их труд >>