Глеб Давыдов Версия для печати
Риши Джи. Беседы о самоисследовании. Разговор Третий



Третья беседа с Риши состоялась во время обеда в кафе «Пятый элемент» в Тиру. За пару дней до этого я как раз переслушал запись предыдущего нашего разговора, и это произвело на меня большое впечатление. Так что на этот раз я хотел задать Риши несколько уточняющих вопросов по поводу того, что он сказал тогда. А также поделиться с ним инсайтами последних нескольких дней.

Разговор Третий. От сложности к простоте

Глеб Давыдов: Ты сказал, что когда я в своем естественном состоянии, можно и не исследовать, а просто быть. Но я вот вспомнил, что Муджи часто цитирует высказывание Раманы: «Исследуй до тех пор, пока не останется никого, кто мог бы исследовать».

Риши: Да, до тех пор ты не перестанешь чувствовать силу в этом «я». Но это не означает, что нужно поддерживать это, как мантру. «Кто я-кто я-кто я-кто я»… Исследование надо включать, когда ты осознаешь, что ты отождествляешься с телом или умом. Особенно с телом. И тогда ты говоришь: «О, а кто этот «я», которого я считаю собой?»

Г.Д.: Мой вопрос на самом деле об «естественном состоянии». Когда мы говорим об «естественном состоянии», о чем конкретно мы говорим? Ведь «естественное состояние» может быть и тогда, когда происходит некоторое отождествление с телом…

Риши: Тогда это не «сахаджа». Если присутствует отождествление с телом, тогда исследуй.

Г.Д.: Дело в том, что когда я сижу на Аруначале и случается то, что ты назвал «естественным состоянием» (так ты это назвал, когда я описывал тебе это состояние), мысли могут возникнуть при этом очень легко и быстро. Типа: одно мгновение я в этом «естественном состоянии», в этом Единстве, а в следующий момент…

Риши: Возникает мысль.

Г.Д.: Да, возникает мысль, и я не хочу ее подбирать, но уже возник кто-то, кто заметил эту мысль.

Риши: Да, но не позволяй этому «кому-то» делать что-либо с этими мыслями. Не подбирай мысли.

Г.Д.: Да, но это уже мысль – когда я не желаю подбирать мысли.

Риши: Хорошо, если ты уже подобрал мысль, тогда просто брось ее опять! Дай себе труд бросить ее.

Г.Д.: Собственно, этот труд – и есть исследование.

Риши: Да. «Кто имеет эту мысль? Кто думает эту мысль? Я. А кто этот «я»? Кто этот «я»?» Заметь, «я» относится к мысли, а мысль к «я» не относится…

Г.Д.: Разве не наоборот? Я бы сказал, что как раз мысли приходят к «я».

Риши: Это одно и то же. Что я имею в виду, это: чтобы появилась мысль, должно быть «я». Но чтобы присутствовало «Я», в мыслях нет необходимости. «Я» без мысли – это реализация. Чистое «Я».

(Пауза. Риши ест.)

Г.Д.: Когда я начал следовать твоей рекомендации не принимать никакие мысли за реальность, я вижу, что это не трудно. Но что стало происходить после этого: в тех, с кем я контактирую, так или иначе, я стал очень отчетливо замечать, что они такие же, как я до этого… То есть: очень верят в свои мысли. Но в то же время эти люди занимаются самоисследованием и так далее. И меня так раздражает это сочетание! (Смех.) Я просто хочу сказать им: «Эй, что ты делаешь! Это же просто мысль!»

Риши: Вот так я чувствовал себя по поводу тебя… Эй, что ты делаешь!

Г.Д.: Да, но именно когда я стал ловить самого себя на этом и не позволять себе этого, это стало проявляться снаружи в других людях очень сильно.

Риши: Да, конечно.

Г.Д.: Мне как бы показывают все время: посмотри, вот чего ты не принимаешь.

Риши: Это время, когда тебе нужно спросить, а кто этот «я»?

Г.Д.: Который так раздражается?

Риши: Да. Ты можешь использовать эту ситуацию и это раздражение. И они станут частью твоей садханы. Кто этот «я»?

(Тут выясняется, что мне принесли лепешку без сыра, хотя я заказывал с сыром. Мы некоторое время обсуждаем это, а потом возвращаемся к основной теме разговора.)

Г.Д.: Но в целом я чувствую себя свободным. А потом возникает гордыня. В виде: «О! Ну так вообще больше делать ничего не нужно! Что тут делать еще? Разве что, по Милости Аруначалы, ум станет более зрелым, потому что сейчас он пока что туповат».

Риши: Ничего и не надо делать, но ты должен заметить эту гордыню и спросить: «А кто замечает эту гордыню?» Чтобы гордыня тебя не уносила. Потому что она станет очень сильной. Гордость: «я пробужденный!» Надо спросить: «Кто думает эту мысль и кто осознает это?» Все это ум, эго. Подкидывает разные штуки, чтобы посмотреть, сможет ли он тебя поймать.

Г.Д.: Есть ли конец этому? Что должно случиться для этого?

Риши: Ты должен перестать верить всему, что говорит ум. Всему. Кроме: «Я – Естество». Это единственное, чему можно верить. Ничему больше. На все остальное ты просто не смотришь. Ты просто сразу выбрасываешь и выбрасываешь это.

Г.Д.: Ну, так жить сложно довольно-таки.

Риши: Нет – легко!

Г.Д.: Ну, например, мне же нужно иногда есть. И если я чувствую голод, то я должен поверить в мысль о том, что я голоден. Чтобы пойти и достать себе поесть.

Риши: Но ты не чувствуешь себя голодным! Это тело чувствует себя голодным. Ты не чувствуешь голода.

Г.Д.: То есть убеждение «я должен есть» неуместно в этом случае?

Риши: Ты должен понять, что ты не должен есть, это тело должно есть. Голод случается с телом. Ну и просто покорми его так или иначе. И ты можешь даже сказать: «О, есть это – не хорошо для тела, но я хочу это, но… все же я съем то». Но ты все равно при этом знаешь, что Я, Естество, не голодно. Ты – Естество, а Естество никогда не бывает голодным. А тело – да. Ну и покорми его. И это становится естественным – ты перестаешь быть привязанным к тому, чтобы есть или не есть. Если тело голодно, и рядом есть пища, ты можешь поесть.

Г.Д.: А если нет еды рядом?

Риши: Тогда ты поешь позже.

Г.Д.: Но в этом случае ум начинает раздражаться, и я, конечно, могу сказать: «ОК, но я не ум, который раздражается», но это немного не честно что ли…

Риши: Нет, ты можешь сделать так. Но также ты можешь просто подождать, и вот ты не ешь, и ум немного раздражается, но если ты продолжаешь не есть, ты заметишь, что через минут двадцать тело просто притушит чувство голода.

Г.Д.: Да, это правда…

Риши: И потом оно просто забывает, что оно голодно. И тогда ум просто прекращает весь этот свой бизнес. Но прежде чем это случится, ты можешь сказать: «О, это неважно, поем я сейчас или нет. Да, тело голодно, и я поем, когда смогу». Вот так. Голод может прийти и уйти. И, в конце концов, если ты не поешь некоторое время, голод не сделает тебя сумасшедшим.

Г.Д.: Хорошо, это правда. А как насчет боли? Физической боли, я имею в виду…

Риши: То же самое. Боль? Окей, ну и что…

Г.Д.: Но так она не уйдет.

Риши: Постепенно уйдет.

Г.Д.: Не скоро…

Риши: Кто говорит это? Кто сказал? Вот почему тебе нужно ставить под вопрос такие предположения. Кто говорит, что она не уйдет?

Г.Д.: Ум говорит.

Риши: Да, ум говорит. Эго говорит: «Сделай что-нибудь, сделай что-нибудь».

Г.Д.: Да, он пытается привести какие-то возражения…

Риши: Он пытается заставить тебя поверить, что ты – тело. И твоей практикой теперь может быть просто: «Я – Естество, и больше нет ничего реального». (Пауза.) Просто попробуй это. И если ты действительно должен делать что-то еще, то делай, но просто возвращайся к этому «Я – Естество», когда только можешь. Но постарайся действительно понять это: «Я – Естество, а все остальное – просто сон, все остальное не реально». Потому что вот мы сидим здесь, и мы чувствуем вещи, чувствуем стулья под собой, чувствуем вкус еды, так что это не проблема, сказать: «Окей, это не реально, но я, тем не менее, наслаждаюсь этим шпинатом, тело наслаждается этим шпинатом». Но это наслаждение не зависит от шпината, оно здесь, потому что Естество здесь. А не потому что шпинат здесь.

(Пауза, во время которой обсуждается, что заказать еще.)

Г.Д.: ОК, значит ничего не важно, кроме этого? Кроме того, что «Я – Естество»…

Риши: Ум и тело будут говорить, что другие вещи важны. И вот почему мы должны предпринимать усилия. Чтобы сказать: «Нет-нет. Это не правда. Я – Естество». Мы не говорим, что другие вещи не важны, потому что мы должны действовать, мы должны делать вещи. Если ты хочешь есть, ты должен отправлять еду к себе в рот. Так что мы не говорим, что нет ничего важного. Однако… Помни, что Бхагаван просидел под Патала Лингамом много месяцев, и он ни одной рисинки не ел. Это то, что он делал. Кто-то клал ему рис в рот, возвращался на следующий день, а рис все еще был там. В этом проявлении он говорил: «Ничего не важно. Только Естество. Я – Естество, и я вижу только Это, и меня не заботит, что случится с телом».

Г.Д.: Но нам ведь не нужно проходить через это? Или нужно?

Риши: Я думаю, что ответ на это: нет, не все из нас должны проходить через это так, как проходил он. Но также я могу сказать, что да, мы должны пройти через это в том или ином виде для каждого. Мы так или иначе должны пройти через это. И это был мой опыт с раком, как ты знаешь. Я думаю, все мы, если мы собираемся проснуться полностью, должны сказать: «Ничто больше не имеет значения для меня, кроме того, чтобы осознать, что Я – Естество. Это единственное, что меня заботит. Даже если тело умрет». Потому что это то, что он (Бхагаван шри Рамана Махарши, - ред.) говорил. И это то, что я говорил самому себе: «Окей, тело умирает, так давай покончим с этим сейчас».

Г.Д.: Да. Это звучит очень пугающе для ума.

Риши: Это может быть так. Особенно если это происходит внезапно. Но опять же, этот страх, если он есть, мы можем его использовать. Если наша цель – Реальность, знать Естество, быть Естеством, то это помогает нам справиться со страхом тоже. Ведь страх – в уме, он не в Естестве.

Г.Д.: В общем, мы можем использовать все, чтобы подтвердить, что это только ум.

Риши: Да.

Г.Д.: «Я не это».

Риши: «Я не это, Я – Естество».

Г.Д.: И даже, получается, мы не просто можем, но должны использовать все. И все обстоятельства жизни посылаются нам, в конечном счете, для того, чтобы мы делали это.

Риши: Да.

Г.Д.: Ну и безумие…

(Пауза.)

То есть если для меня все еще есть возможность, способность, потенциал верить в мысли…

Риши: Ты говоришь: «Все еще есть потенциал, способность для меня верить в мысли»… Но зачем ты говоришь это?! Я только что сказал тебе: «Уйди с солнца, сядь в тени». И ты говоришь: «Это было приятно. А теперь я пойду и опять посижу на солнце». Зачем?

Г.Д.: Я не знаю зачем. Может быть, это просто привычка.

Риши: Это просто привычка. Так что просто не называй это «собой». Называй это «привычка». Если ты называешь это «я», ты отождествляешься с этим. Но если ты говоришь, что есть такая привычка, то ты уже не отождествляешься с этим.

Г.Д.: Ммм. Хорошо. Не будет ли нечестным декларировать постоянно, что это привычка, в то время как в повседневности я чувствую, что это как раз «я», а не «привычка», и очень даже отождествляюсь с этим?

Риши: Я не предлагаю тебе декларировать это миру. Делай это для самого себя.

Г.Д.: Да, но когда я разговариваю с людьми, например, и кто-то меня спрашивает: «А как насчет этого, тебя это не трогает?» И приходится признать, что да, это трогает меня. Потому что я все еще верю, что я этот ограниченный ум.

Риши: Но это не трогает тебя! Это не ты! Ты не это. Это трогает тело, это трогает ум, эмоции, может быть. Но ты ни что из этого!

Г.Д.: И что же, мне вообще не отвечать на подобные вопросы окружающих, а просто молчать?

Риши: Да, или сказать: «Неважно, трогает ли меня это. Это просто преходящее». Это просто преходящее. Перестань верить в то, что преходяще. Верь в то, что не движется. (Смеется.) Пока это не станет для тебя реальным! Да, поначалу я говорю тебе: «Верь в то, что не движется, верь в то, что ты – Естество». Это убеждение, да. Но постепенно оно становится реальностью. Вот такой путь. Который не подразумевает для тебя вовлечения и возвращения к этим состояниям ума. А для тебя – это величайшая вещь, эта тенденция многих-многих жизней – возвращаться к уму. И наслаждаться им, и ненавидеть его, исследовать его, погружаться в него. И я говорю тебе – да, ты можешь продолжать делать это, но в этом нет необходимости. Достаточно просто помнить: «Я – Естество, а всё это – происходит в уме, но Я не это».

Г.Д.: Да, и пожалуй, для меня это не будет просто словами, потому что я знаю это на уровне опыта. Это не просто мысли или идеи для меня. И даже если в какой-то момент я этого не «чувствую», я все равно очень ясно помню это.

Риши: Да. Так что смотри на это так: прямо сейчас тенденции, или самскары имеют вес, они немного увесисты, так что будет тенденция к их настойчивому проявлению, однако же ты уже отвоевываешь вес у этих других переживаний и приходишь к тонкому убеждению, что ты – Естество. И чем больше ты будешь помещать в это свое внимание, тем более весомым это будет становиться, и постепенно – чух! – все тенденции и самскары станут очень легкими, и скоро они уже совсем не будут приходить, а если и будут приходить, на них не будет никакой реакции. А вес Реализации становится больше. Но он не такой же вес, как вес самскар. Ведь это – Свет.

Г.Д.: Окей.

Риши: И чем более ты способен напоминать себе: «Я – Естество, я не то, что проходит, Я – Естество», - чем больше ты способен говорить так, тем более стабильным ты становишься в этом. И это становится твоим экспириенсом, а не просто концепцией или идеей.

(Пауза.)

Вообще, в этот раз очень хорошо. Все очень хорошо идет.

Г.Д.: Да, я на днях переслушал, сидя на Аруначале, наш предыдущий разговор. И это был очень мощный опыт. И чем дальше все это заходит, тем больше я вижу, что Реализация – это не достижение, а действительно чистая Милость. Что-то, что происходит само, без «моей» помощи. Я могу сказать, что имеет место некоторое усилие, чтобы держать внимание на том, чтобы не хватать мысли, но…

Риши: Это усилие, которое тебе нужно совершать сейчас… Да.

Г.Д.: Но даже это уже не особо усилие.

Риши: Это не такое уже трудное усилие, как усилие быть кем-то.

Г.Д.: Да, это гораздо проще.

Риши: Гораздо больших усилий требуется, чтобы быть кем-то.

Г.Д.: Да… Но этот «кто-то», кем я привык быть, или этот ум привык быть… этим быть уже довольно легко. Иногда он настолько прозрачный, что я даже не могу сообразить, как этот «я» должен вести себя в той или иной ситуации, чтобы оставаться вот таким-то персонажем. Каков персонаж в точности вот в такой-то ситуации? Я иногда не могу нащупать даже линию поведения этого персонажа… «Нет… это не тот персонаж, нет». И все это очень быстро происходит. Так что все чаще я веду себя, что называется, «out of character».

А что вообще насчет персонажа? Вот ты как Риши – ты ведь вполне определенный персонаж. Конкретный персонаж, я бы сказал. Я не могу сказать, что ты предсказуем. Но, тем не менее, некий образ есть. Так что я могу даже предположить, что ты сказал бы в той или иной ситуации.

Риши: Да.

Г.Д.: Это тебя не ограничивает?

Риши: Нет. Не ограничивает. Я теперь просто позволяю прарабдха-карме этого тела проигрываться. И я не вмешиваюсь в это.

Г.Д.: И у тебя не возникает чего-то вроде: «О, вот сейчас мне не нравится, как ведет себя этот персонаж»?

Риши: Нет, потому что я больше не беспокоюсь теперь насчет персонажа. Я не беспокою себя персонажем. Я просто позволяю себе быть таким, как я есть.

Г.Д.: И ты никакого внимания не обращаешь на движения персонажа? Они происходят сами по себе?

Риши: Да.

Г.Д.: Да, у меня сейчас это иначе. Я иногда весьма недоволен своим поведением. Например, когда я бываю слишком груб с кем-то. И я чувствую: нет, нет, я должен быть поласковее с этим человеком.

Риши: Нет, ну это просто проявление сострадания.

Г.Д.: Но это же грубый персонаж…

Риши: Нет. Естество всегда доставляет то, что человеку нужно. И если через тебя происходит что-то такое, отчего ты думаешь, что тебе нужно быть помягче, то это тоже Естество так проявляется. И оно же говорит: нет, этот человек нуждается в том, чтобы с ним обращались помягче. И то, и другое – Естество.



Г.Д.: То есть ты никогда не размышляешь над «своим поведением»? Никогда у тебя не бывает чувства вины или чего-то в таком роде?

Риши: Уже нет. Потому что теперь я не могу даже сказать, чье это поведение вообще. Это просто Естество. Ты беспокоишься о том, что можешь сделать что-то неправильно…

Г.Д.: Да.

Риши: А я не беспокоюсь. Я не делаю ничего неправильного. Что я могу неправильно сделать? Каждый день одинаков для меня. Я иду обедать, я встречаюсь с людьми, провожу сатсанг, прихожу домой, принимаю душ, ложусь спать.

Г.Д.: Мне видится, что так можно вести себя только в том случае, когда у тебя нет ума вообще. Иначе где здесь место для смирения в уме?

Риши: Это не правда. Так ты можешь вести себя только тогда, когда тебя не заботит, что происходит в уме. Когда это не влияет на тебя, когда нет реакции на это.

Г.Д.: Где в таком случае место для смиренности в уме? Ведь ум может быть в этом случае очень надменным, исполненным гордыни. Ведь так я позволю ему быть даже надменным и гордым!

Риши: Неет… Это описание самскары. Это не описание Реального. Если ты Естество, то все эти вещи вроде смирения, сострадания и тому подобного – они просто естественным образом присутствуют. Они в твоей природе. Они в природе Естества. Все другие вещи – такие как надменность, гордость – они относятся к эго. А когда эго уходят, то здесь не остается ничего, кроме Естества. А Естество сострадательно, любяще, добро и все время пребывает в служении.

(Пауза.) Нет никакого «тебя»! Сколько же мне повторять это тебе? Нет «тебя». Нет вот этого «тебя», который, как ты продолжаешь думать, может совершить ошибку и так далее.

Г.Д.: Окей, я объясню. Ну, например, иногда я ловлю свой ум на осуждении. В уме возникает осуждение кого-то, с кем я разговариваю. Я немедленно вижу это. И что я обычно делал до сих пор в этом случае? Я говорил уму: «Как видишь, это осуждение. Прекрати это». И тогда осуждение останавливалось, я не шел дальше с этим. Оно тут же прекращало поддерживаться и не пускало корни. И, надо сказать, это помогло мне практически полностью избавиться от этой привычки, которая была в уме когда-то. Осуждать. По крайней мере, сейчас ум здесь не такой осуждающий, каким был раньше. Благодаря вот этой практике.

Риши: Но если эта практика пустила глубокие корни, то нужно ли тебе практиковать это или ты просто уже сам есть это?

Г.Д.: Ну, иногда осуждения все же появляются.

Риши: Да, но если бы ты просто оставался Естеством, то возникали ли бы осуждения? Или ты просто не обращал бы никакого внимания на что бы то ни было из возникающего? Ты все еще уделяешь внимание и даже привязан к вещам, которые возникают в уме. И все еще веришь, что эти вещи – ты.

Г.Д.: Но если бы я не обращал внимания на то, что происходит в уме, то, скорее всего, ум бы просто так и продолжал постоянно осуждать.

Риши: Нет! Если ты не уделяешь внимания уму, то ум умирает! И это то, чего ты боишься. Что он умрет. «О, я не могу позволить ему умереть! Мне нужен этот ум!» Нет, не нужен. Ты в нем не нуждаешься.

Г.Д.: То есть мне не стоит пытаться очистить ум? Просто не обращать на него внимания. Так? И этого достаточно?

Риши: Более чем не обращать на него внимания. Определенно, не обращать внимания. Но не делать из этого такое «черное и белое». Просто пойми, что он не существует. Вот он, твой вызов. Ум не более чем просто пучок мыслей.

Г.Д.: Я понимаю это. Но они возникают, и я все еще иногда…

Риши: Ну и что, если они возникают?

Г.Д.: Многие учителя настойчиво советуют практиковать очищение ума теми или иными способами. «Ты должен иметь такое отношение, а не такое» и так далее.

Риши: Да, эти советы даются людям, которые все еще верят, что у них есть ум и что они должны делать что-то с этим умом. Те же учителя другим людям говорят: «Не делай ничего, просто будь». Пойми: этот ум не важен. (Смеется, глядя на меня.) Ты выглядишь таким удрученным!

Г.Д.: Нет-нет, я очень благодарен тебе.

Риши: Это выглядит так: я говорю это, а твой ум заходит с другой стороны, я говорю то, а он заходит отсюда…

Г.Д.: Мой ум замечателен, правда?

Риши: Да… Это как будто я стою перед лесом деревьев, и ты говоришь: «Вот он, мой ум, за этим деревом». Окей, я срубаю это дерево, и ты говоришь: «А теперь он за этим деревом»…

Г.Д.: Я прошу прощения. Ты, должно быть, очень устал от этого…

Риши: Я срубаю это дерево, а ты говоришь: «Нет-нет, он теперь вот здесь, за этим деревом».

Г.Д.: Кто же делает все это?

Риши: Да, вот именно! И гораздо важнее: зачем ты делаешь это? Что ты получаешь от этого? От того, что держишься за этот ум так сильно… За все эти идеи, кто ты такой. Ты не знаешь совсем ничего о том, кто ты такой. Но ты продолжаешь думать, что знаешь что-то: «Я плохой, я хороший». Ты ничего не знаешь… Впрочем, нет, на самом деле, ты начинаешь уже знать, кто ты. Вот почему у нас происходят все эти беседы. Ты знаешь, кто Ты. Иногда ты говоришь такие вещи, из которых мне совершенно ясно, что ты знаешь, кто Ты. Но ты как-то не веришь в это, и возвращаешься к старым путям и к старым привычкам. Так что нам просто приходится танцевать этот танец, пока ты не осознаешь, что больше этого не требуется.

Г.Д.: Да, и ты был совершенно прав, когда сказал, что это связано с негативными тенденциями моего ума. Эта привычка негативно мыслить. Я-то думал, что уже давно ее нет, но ты мне ясно показал, что все еще там остались эти привычки к негативному мышлению и отношению. К тому, чтобы не быть особо оптимистичным. А быть скептичным и сомневающимся – во всем. И эти сомнения, они просто переехали на этот путь самоисследования и всего этого, и проявляются на нем, как раньше в повседневной жизни. А они нездоровые, эти сомнения.

Риши: Да, но когда ты начинаешь замечать это, это уже прогресс. Это очень хорошо.

Г.Д.: Очевидно, эта негативность берет свое начало с подросткового возраста.

Риши: Да. Для большинства из нас это происходит в детстве или в подростковом возрасте, когда мы действительно начинаем противопоставлять себя миру, в котором живем. Именно тогда такого рода негативность начинает цвести.

Г.Д.: Да, и оказывается, этот тинейджер все еще здесь. Я не знал об этом.

Риши: Да, он здесь на более тонком уровне. Вероятно, ты так или иначе знал о нем. Ты долгое время делал усилие, чтобы контролировать его. Просто говори всегда: «Я не это. Я Естество». Это наиболее прямой путь. «Я Естество». И каждый раз, когда какая-то негативность такого рода поднимается, говори: «Кто этот «я»? Для кого возникает эта реакция? Кто думает, что это важно? Я не это, Я Естество». Пусть это будет максимально просто. Потому что ты помнишь, я много раз говорил: самое трудное – это понять, что ум любит сложность. Он любит все эти бури и хаос, хаос сложности. Когда мы подходим к точке, когда мы делаем исследование, нам действительно нужно быть максимально простыми. Насколько это только возможно. Так что даже если ум хочет углубляться в сложности, но мы, практикуя исследование, хотим оставаться очень простыми, очень прямыми, непосредственными. Вот почему Бхагаван говорил: «Кто Я?» И всё. Только это. Это не какая-то толстая книга, которую тебе нужно запомнить. Так что мы идем от сложности к простоте. Я имею в виду от сложности к простоте в уме. Мы должны хотеть там простоты больше, чем чего бы то ни было другого. Чтобы все эти концепции отпали. Чем меньше мы кормим их, тем больше они отмирают сами собой. Потому что мы не даем им своей жизненной силы, своей энергии.

Г.Д.: Хорошо. Спасибо большое!

Ананди: Посмотрите, я сделала классную фотографию с вами.

Г.Д.: Похоже на известную фреску Микеланджело «Сотворение Адама».

Риши: Да.

РАЗГОВОР ПЕРВЫЙ см. ЗДЕСЬ

Также смотрите:
САТСАНГИ РИШИ ДЖИ НА YOUTUBE
СТРАНИЦА РИШИ В FACEBOOK



ЧИТАЕТЕ? СДЕЛАЙТЕ ПОЖЕРТВОВАНИЕ >>



Рибху Гита. Сокровенное Учение Шивы
Великое индийское священное Писание в переводе Глеба Давыдова. Это эквиритмический перевод, т.е. перевод с сохранением ритмической структуры санскритского оригинала, а потому он читается легко и действует мгновенно. В «Рибху Гите» содержится вся суть шиваизма. Бескомпромиссно, просто и прямо указывая на Истину, на Единство всего сущего, Рибху уничтожает заблуждения и «духовное эго». Это любимое Писание великого мудреца Раманы Махарши и один из важнейших адвайтических текстов.
Книга «Места Силы Русской Равнины»

Вышел Первый Том шеститомного издания книги Олега Давыдова «Места Силы Русской Равнины / Места Силы. Шаманские Экскурсы». Первый том содержит Места силы с Первого по Тридцатое. Полные версии текстов. Черно-белые иллюстрации. В связи с этим «Перемены» объявляют подписку на печатную версию книги по льготной цене. А также публикуют краткое предисловие редактора этого проекта, главреда «Перемен» Глеба Давыдова.

Пять Гимнов Аруначале: Стихийная Гита Раманы
В книжных магазинах интернета появилась новая книга, переведенная главным редактором «Перемен» Глебом Давыдовым. Это книга поэм великого мудреца 20-го столетия Раманы Махарши. Рамана написал очень мало. Всего несколько стихотворений и поэм. Однако в них содержится мудрость всей Веданты в ее практическом аспекте. Об этом, а также об особенностях этого нового перевода стихотворного наследия Раманы Глеб Давыдов рассказал в предисловии к книге, которое мы публикуем в Блоге Перемен.





RSS RSS Колонок

Колонки в Livejournal Колонки в ЖЖ

Вы можете поблагодарить редакторов за их труд >>