Архив: 'Мироустройство'

ЧАСТЬ ПЕРВАЯ ДАННОЙ РАБОТЫ – ЗДЕСЬ.

    То был безжалостный порыв
    Бессмертных мыслей вне сомнений.
    И он промчался, разбудив
    Толпы забитых откровений.

    То бесконечность пронесла
    Над павшим духом ураганы.
    То Вечно-Юная прошла
    В неозаренные туманы.

    А. А. Блок.

Susan_Seddon_Boulet

Подобно тому, как архаичный знахарь или шаман, пережив инициационное «второе рождение», приобщался сверхъестественному, проникал в мир духов и богов, познавал сакральные истины, человек, переживший процесс своего рождения в ходе психоделического сеанса, становился причастным сверхъестественным мирам и божественным истинам. Станислав Гроф убежден, что поражающие воображение откровения, которые посещают индивида во время ЛСД-сеанса, являются веским доказательством истинности трансперсональных переживаний, включающих в себя выход за пределы «эго» в беспредельные сверхъестественные миры. Он утверждал: «Практически любой тип трансперсонального опыта может при определенных обстоятельствах дать поразительную информацию, которую индивид не имеет возможность получить обычными путями и которая воспринимается как приходящая из сверхъестественных источников». [4, с. 118] (далее…)

НАЧАЛО ПРОЕКТА – ЗДЕСЬ. НАЧАЛО ОЧЕРКА О ЖЕЛЕЗЕ – ЗДЕСЬ.

Железо на поверхности планеты

ржавцы и болотные руды

Выплавленный к настоящему моменту металл уже многократно превышает всё самородное железо на поверхности планеты, которое проникло из глубины или образовалось в биосфере. Надо сказать, что самородное железо как раз для биосферы-то и не очень характерно. Оно, правда, падает на Землю в виде пыли и метеоритов; иногда его можно встретить в базальтах, пришельцах из самых глубинных зон земной коры; крайне редко оно образуется в некоторых болотах. Но, в целом, металлическое железо в биосфере неустойчиво и стремится соединиться с другими элементами, в первую очередь – с кислородом.

В лесных ручьях, у болот, в заводях озер можно увидеть рыхлый ржавый осадок, состоящий из тончайших нитей и по фактуре несколько напоминающий вату. Это результат деятельности железобактерий. Бактерии окисляют огромное количество закисного (двухвалентного) железа, приносимого подземными водами. Им удается иногда собрать и скопить изрядное богатство. Тысячи тонн оксидного железа с содержанием металла до 30%, а иногда даже и больше.

Это уже крупные массы, в некоторых случаях даже окупающие добычу. В настоящее время их практически не используют, но на заре чёрной металлургии руды болотные, луговые, озерные были одним из основных источников вырабатываемого металла. Как живое существо ведёт себя железо в средневековых эпических поэмах.

Сохранить себя сумело
Спряталось в трясине зыбкой
В чистом роднике бегущем
В глубине болотной жижи. 1

Такой подход, конечно, отражает, в первую очередь, мировосприятие этих людей, но ведь и руды той эпохи – это приповерхностные минеральные скопления, в образовании которых активно участвовали живые организмы. Так что ржа действительно ест железо. (далее…)

ПРЕДЫДУЩИЙ ОЧЕРК – о КРЕМНЕ – см. ЗДЕСЬ

    Кажется, что где-то в центре города вертится со сладострастным визгом и ужасающей быстротой большой ком Золота, он распихивает по всем улицам мелкие пылинки, и целый день люди жадно ловят, ищут, хватают их. Но вот наступает вечер, ком Золота начинает вертеться в противоположную сторону, образуя холодный, огненный вихрь, и втягивает в него людей затем, чтобы они отдали назад золотую пыль, пойманную днем.
    М.Горький

Золотой слиток. Фото: BullionVault/Flickr.com
Фото: BullionVault/Flickr.com

«Род проходит, и род приходит, а земля пребывает во веки. Восходит солнце, и заходит солнце, и спешит к месту своему, где оно восходит. Идет ветер к югу, и переходит к северу, кружится, кружится на ходу своем, и возвращается ветер на круги свои» (Еккл.1, 4-6).

Это – в самом фундаменте, в основах нашего мира. 99,7% массы земной коры составляют циклические элементы. Для них характерны обратимые химические процессы. Геохимическая история прослеживается через цепь минеральных форм. После серии превращений элемент возвращается к первичному состоянию, и начинается новый круг, завершающийся возвратом к исходной точке… все повторяется, все преходяще и все вернется. В истории главной массы земной коры господствуют циклы.

Небольшая же часть земной коры (но и не такая уж ничтожная – это многие квадриллионы тонн!) – ведет себя иначе. Сильно радиоактивные элементы – распадаются, теряя часть своих атомов безвозвратно и давая начало новым, а большая часть рассеянных и благородных элементов не склонна вступать в реакции и практически не изменяется в потоке геологического времени.

бактериальное

Золото в земной коре

Золото – самый известный из благородных металлов и один из наиболее редких элементов земной коры; его среднее содержание в коре – всего 4-5 . 10 -7 %, что на восемь порядков (в сто миллионов раз!) ниже, чем у кремния. Вместе с тем, это – “всюдный” (по выражению В.И. Вернадского) металл, металл-космополит. Он встречается в самых разнообразных горных породах любого возраста, метеоритах, природных водах, в живом веществе. (далее…)

ПРЕДЫДУЩИЙ ОЧЕРК – об ИЗВЕСТНЯКЕ – см. ЗДЕСЬ

              Выхожу один я на дорогу;
              Сквозь туман кремнистый путь блестит;
              Ночь тиха. Пустыня внемлет богу,
              И звезда с звездою говорит.

              М.Ю.Лермонтов

            Многообразие

            поиски

            Завораживающее это занятие – бродить после дождя по галечной косе. Весело блестят мокрые гальки – белые, серые, зеленоватые, красноватые… А у некоторых – иная стать. Они, как леденцы, светятся изнутри и как будто манят. И затягивает желание найти ещё один такой камушек, и ещё…

            Это – халцедоны, довольно широко распространенные в природе скрытокристаллические минералы кремнезёма1. Часто заполняют они пустоты от газовых пузырей в застывших лавах, и поэтому обычны для областей, где когда-то, а может быть и совсем недавно, извергались вулканы – для Камчатки или Средней Сибири, для крымского Карадага или американской Монтаны. Разрушаются от времени скалы, а миндалины, высыпавшиеся из растрескавшегося базальта, подхватываются русловым потоком и катятся вместе с другими обломками, превращаясь в гальку, – сглаживаются природные неровности, оббиваются слабые, трещиноватые куски и выявляется наиболее крепкая и ценная часть. Река, видимо, не совсем согласна с «логикой» вулкана, и его изделие она переиначивает по-своему (но память о первом, «горячем», этапе жизни остаётся и проявляется в причудливости рисунка каменного нутра).

            Человеку удобнее (да, пожалуй, и приятнее) иметь дело с продуктами речной обработки. Издревле ценились эти гальки как камнецветное сырье; именно в русловых осадках, а не в базальтовых скалах искали и добывали их. «Есть здесь реки, где водятся яшма и халцедон, возят их в Китай, и много от них прибыли»2.

            Ювелиры халцедонами называют серые, зеленоватые и голубоватые камни; медовые, оранжевые, красные, коричневатые – сердоликами, сардами, карнеолами. Ещё во времена фараонов вытачивали из них скарабеев, изготовляли броши, серьги. Непобедимое очарование таится в лёгкой млечной дымке, подернувшей просвечивающее нутро камня. Особенно если весь он прочерчен четкой сетью концентрических полосок. Таинственный камень агат. Камень не редкий, но неизменно чарующий. В античном мире резали из него печати, геммы, кубки, и цена его временами поднималась весьма высоко.

            Сердолик и хрусталь

            Не менее известен кварц – кристаллическая форма кремнезёма. Он вездесущ и многолик: молочные глыбы в скальных развалах, белая галька в руслах рек, светлые пески на пляжах и поражающие воображение водяно-прозрачные кристаллы с блестящими гранями. Горный хрусталь – воплощённая чистота и совершенство.

            В школьные годы посчастливилось мне побывать в Теберде, и там, в местном музее, я впервые увидел друзу горного хрусталя, занесённого сюда альпинистами со снеговой вершины. Необычайная чистота и прозрачность этих кристаллов покоряют сразу и навсегда. Древние греки отождествляли лёд-кристаллос – и хрусталь (отсюда и название). И в Средние века считали, что горный хрусталь – это нетающий лед горных вершин. Укрепляло это представление то, что добывали кристаллы высоко в горах, у кромки вечных снегов, из так называемых «жил альпийского типа». Кстати, именно в Швейцарии возник термин «хрустальный погреб» – раздув кварцевой жилы с кристаллами. В ХVII веке Р. Бойль, выявив различие между плотностью льда и кварца, показал, что это разные вещества. Позже это было подтверждено при установлении химического состава. Правда, в 30-е годы минувшего столетия Бернал и Фоулер пришли к заключению, что у молекул воды – кварцеподобная структура. Так что их близость может быть теснее, чем думалось лет сто или двести назад, и древние были в чём-то правы. Сейчас можно уверенно сказать – насколько вода является уникальной жидкостью – настолько кремнезём уникален как твёрдое вещество.

            Кремнезём может быть и аморфным. Это – опал3 – твёрдый гидрогель4 кремнекислоты.

            В 80-х попал я на заброшенную копь в Центральном Казахстане, где когда-то добывался огненный опал. Полазил по осыпающимся стенкам, порылся в отвалах. В основном, попадались светло-розовые, буроватые и желтоватые, похожие на пластмассу, мутные желваки и прожилки. Особого впечатления они не произвели, но две-три пригоршни я набрал и в лагере бросил в лужу, возле родника, чтобы отмякли прилипшие глина и мусор. Утром, придя умываться, я нашёл совсем другие камни: полыхающие оранжевые и несколько штук золотистых с лёгким молочно-голубоватым отливом и искрой внутри. Набрав воду, они обрели первозданную чистоту цвета и неповторимую «опаловую» игру, составившие славу этого самоцвета. Высохнув, они снова начали тускнеть и некоторые даже растрескались и рассыпались. Быстрое напитывание влагой некоторых опалов обычно сопровождается и быстрой её потерей на воздухе, что ведёт к разрушению камня. Во избежание этого опалы по несколько лет держат в земле или во влажной тряпке, медленно вырабатывая «привыкание» камня к чуждой среде.

            (далее…)

            ПРЕДЫДУЩИЙ ОЧЕРК – о ГЛИНЕ – см. ЗДЕСЬ
            ____________________

                      О мрамор, хранилище мысли былых поколений!
                      А.Н.Майков

                      Нам преподносит известняк,
                      придавший местности осанки,
                      стихии внятные останки,
                      и как бы у ее изнанки
                      мы все нечаянно в гостях.

                      Б.А.Ахмадулина

                      След раковины в гробовой плите
                      уводит мысль куда-то дальше смерти.

                      Б.А.Ахмадулина

                    Память плохо хранит впечатления, не закреплённые в слове.

                    Правда, иногда аромат цветка или какой-то обрывок мелодии напомнит вдруг что-то давно забытое… До сих пор, – стоит почувствовать сырой и травянистый запах летней реки или услышать тонкое свиристение береговых куличков, – из более, чем полувековой глубины всплывают почти живые ощущения: холод утреннего тумана, лёгкая сухость орехового удилища и шершавость ноздреватых глыб светло-серого камня, отражающихся в чёрной воде.

                    Известняковая скала

                    Имя камня

                    Значительно позже пришло слово – «известняк» – и камень стал узнаваемым не только при очном общении, но и на картинах, фотографиях, экране: окские берега у Тарусы, утёсы Жигулей, обрывы Горного Крыма, скалы Архипелага и Коринфа…

                    Такое «шапочное знакомство» позволяет приветствовать при встрече, но ещё не означает знания, которое, в более оформленном виде, приходит при практическом взаимодействии: познаются твердость и стойкость камня, его белизна и чистота, – готовность быть использованным и проявить себя в качестве того или иного материала.

                    Подошва известнякового холма на юге Китая (местечко Yueliang Shan). Фото: Ольга Молодцова

                    Термин «известняк» (от греческого асбестос – неугасимый) возник в среде промышленников, занимавшихся изготовлением извести. Брали камень, отжигали в больших печах, получая белый едкий порошок – негашеную известь; а потом с шипением и пузырями «гасили» в воде и использовали как связующий материал в каменной или кирпичной кладке. Можно представить себе, как светились-горели раскаленные глыбы камня в вечерних сумерках.

                    Представляется, что бел-горюч камень русских сказок это как раз известняк. Он действительно белый, светло-серый, иногда чуть желтоватый. А «горючесть» связана с особенностями использования. В. Даль толкует несколько иначе: «алатырь загадочный камень, поминаемый в сказках и заговорах: бел-горюч камень, лежащий на дне морском, либо на море на кияне, на острове на буяне; вероятно янтарь». Известняк, изначально морской осадок, всё-таки более удачно «вписывается» в этот контекст. Но это – к слову. (далее…)

                    ПРЕДЫДУЩИЙ ОЧЕРК – о ВОДЕ – см. ЗДЕСЬ

                              Когда тело моё на кладбище снесут -
                              Ваши слёзы и речи меня не спасут.
                              Подождите, пока я не сделаюсь глиной,
                              А потом из меня изготовьте сосуд.

                              Омар Хаям

                            Фотография: tommaso manasse/Flickr.com
                            Фотография: tommaso manasse/Flickr.com

                            В начале зимы шестьдесят седьмого я ехал из Уч-Кудука в Самарканд. Ехать пришлось в кузове, и долгая тряска по пыльным каменистым холмам и разбитой КрАЗами глине такыров сильно меня утомила. Поэтому, как только под колесами зашуршал асфальт, я забрался в спальный мешок и счастливо заснул…

                            Проснулся внезапно от довольно резкой остановки. Было предутреннее время – огромные звезды сверкали на холодном темном небе и, прямо перед моим взглядом, вздымался циклопический черный силуэт купола с зубчатой раной провала. Это были руины мечети Биби-Ханым. Странное переживание древней незнакомой земли охватило меня.

                            глина Биби-Ханым

                            Вокруг простиралась Великая Азия – с ее бескрайним небом, звездами и этими руинами – знаками вечности и бренности одновременно. Тысячелетия протекали над этой землей ордами кочевников и караванами купцов, скрипящими арбами и одинокими странниками под ежедневное, непременное взмахивание кетменей, ворошащих и перемещающих суглинки на бескрайних пространствах. Здесь выкапывались арыки, строились города и собирались государства; падали, разрушались и вновь возникали. Тучи пыли застилали небо и оседали на опустошенных равнинах с тем, чтобы снова из этой глины и праха могли возродиться новые жилища и чудесные дворцы и снова исчезнуть как миражи…

                            Дувал — глинобитный забор или стена в Средней Азии, отделяющая внутренний двор местного жилища от улицы.

                            Мариб, глинобитный город в Йемене

                            Глина серая и красная, сырая и обожженная, мягкая и затвердевшая как камень, на протяжении тысячелетий служила здесь главным строительным материалом. На огромных пространствах от Красного моря до Желтого из неё лепили кошары и дувалы, строили мечети и мавзолеи, возводили крепости, храмы и некрополи. Здесь мало лесов, редки выходы на поверхность пригодного для строительства камня, а глина – была повсюду. (далее…)

                            От редакции Перемен: Сегодня мы начинаем публикацию цикла Юрия Кустова* о природных веществах (таких как вода, известняк, глина, кремень, золото, железо), об их характере и сущности, об их многообразных возможностях и проявлениях. Это научно-популярные и одновременно художественные эссе-путешествия, предоставляющие читателю возможность полного погружения в волшебные миры стихийных сил, первоэлементов, минералов. Сил порой невидимых и неосознаваемых человеком, но имеющих огромное влияние на весь мир вокруг и на жизнь человека, в частности. Сил составляющих и движущих этот мир.

                            ПРЕДИСЛОВИЕ ОТ АВТОРА

                            М.Нестеров. Философы. (Флоренский и Булгаков), 1917Природа без труда, без трудовой культуры не может выявить всех своих сил, выйти из полудремотного существования, но, с другой стороны, и культура не имеет иных творческих сил, кроме заложенных уже в природе.
                            Природа есть поэтому естественная основа культуры, материал для хозяйственного воздействия, вне ее так же немыслимо и невозможно хозяйство, как вне жизни невозможен конкретный опыт.

                            С.Н.Булгаков

                            …[существует] в биосфере то, что можно было бы назвать пневматосферой, т.е. особой частью вещества, вовлеченной в круговорот культуры или, точнее, круговорот духа. Несводимость этого круговорота к общему круговороту жизни едва ли может подлежать сомнению. Но есть много данных, правда ещё недостаточно оформленных, намекающих на особую стойкость вещественных образований, проработанных духом, например предметов искусства. Это заставляет подозревать существование и соответственной особой сферы вещества в космосе
                            П.А.Флоренский

                            За всю историю многие тысячи веществ «проросли» в человеческий быт, в его сознание, в язык. Некоторые из них (правда, весьма немногие) сопровождают людей на протяжении тысячелетий. Человек глубоко вник в их природу, дал им имя, тем самым «одушевив» их, сделав в чем-то соразмерным себе. Из темных и безмолвных недр «добытия» они вступили в неведомый им раньше круг событий и действий. Да и люди, взаимодействуя с ними, менялись, проникаясь ощущениями и чувствами, незнакомыми им прежде.

                            В первых рядах этих веществ – глины, едва ли не самые распространенные и исключительно разнообразные компоненты верхней оболочки Земли. Глины – не только один из ведущих материалов промышленности и строительства, но и древнейший материал искусства, способный зафиксировать самые тонкие душевные движения художника.

                            И конечно – известняк, со своими многочисленными «родственниками», древнейший строительный материал, доживший, в этом качестве, до наших дней. Прикосновение же художника способно вскрыть такие глубины его существа, что нам, при созерцании этих творений, внезапно приоткрывается некая сокровенная тайна.

                            И кремнезём – соединение самых распространённых на земле элементов кремния и кислорода, проявившийся на планете в великом множестве минеральных форм. Человек издревле использует эти породы и минералы для изготовления орудий, при строительстве, в стекольном и керамическом производстве, металлургии и т.д. С незапамятных времён люди применяют минералы кремнезема и для достижения иных целей: в качестве оберегов, амулетов, талисманов. Возможно, видится им в них какая-то надежность, помогающая восстановить здоровье и укрепить мятущуюся душу.

                            Все последние периоды технологической истории человечество связывает с металлами. Некоторые из них также относятся к древнейшим материалам, освоенным людьми. Именно через металлы реализовывались их наиболее активные и агрессивные устремления.

                            Всё моё – сказало злато,
                            Всё моё – сказал булат.

                            Но первое среди этих веществ, конечно же – вода, минеральная среда, пронизывающая и объединяющая всю биосферу от ее темных и плотных недр до насыщенных солнечным светом верхних слоев атмосферы. Носитель жизни и ее источник, прикосновение которого мы ощущаем, ещё не сделав первого вздоха. Вода – символ таинственных психологических глубин и знак чистоты, прозрачности и свежести нашего мира. Благодатная, очищающая стихия, способная омывать не только плотные тела, но и тонкие “души” живых существ.

                            СВЯТАЯ ВОДА

                                      Дума за думой, волна за волной -
                                      Два проявленья стихии одной…

                                      Ф.Тютчев

                                    Фотоэксперимент с водой. Фото: hpk / flickr.com
                                    Фотоэксперимент с водой. Фото: hpk / flickr.com

                                    Заманчиво, ох как заманчиво – выбежать утром на самый край мола, лечь на прохладный еще камень и вытянувшись свеситься над водой. Сначала видно лишь темное отражение всклокоченной головы на фоне светлого неба. Потом взгляд, попривыкнув, начинает углубляться в сумрачную толщу. Полощутся водоросли на камнях мола, возникают и исчезают поблескивающие мальки, в глубине скользит темный силуэт рыбы. Все глубже и глубже затягивает бездна. Змеятся вокруг странные тени, жуткие членистоногие шевелятся во мраке. Грудь сдавливает, и странное безразличие охватывает душу. Плывёт и плывёт и плывёт мимо туша какого-то гигантского кашалота и понимаешь, что никогда не пересилить, не преодолеть эту колоссальную толщу – и вдруг, каким-то отчаянным усилием устремляешься вверх – все выше, выше, быстрее, быстрее и, с размаху, сверкающим в струях воды дельфином, сознание вылетает на поверхность!

                                    Сияет солнце, блещут волны, слепят глаза легкие облака. Весело бегут по хребту рыбообильного моря легкие многовесельные корабли меднолатных данаев, вспенивают волну дракары угрюмых викингов и какая-то закупоренная бочка странствует по воле волн. Таинственное, чуть гудящее, бормотание доносится из ее недр: Ты волна моя волна… И из глубин памяти вплывает по Ефрату в пропитанной асфальтом корзине Саргон – основатель Аккада, дочь фараона обнаруживает среди нильских прибрежных камышей примерно в таком же “сосуде” новорожденного Моисея, Персей со своей матерью Данаей в засмоленном сундуке пристает к спасительному острову Сериф… Всех их тоже принесла вода, но только о Гвидоне у нас есть достоверное свидетельство, что он заговаривал-заклинал морскую пучину. И вот что поразительно – послушалась волна-то! Не погубила, даже не укачала, и доставила – куда надо. Значит, есть что-то в ее природе, что позволяет воздействовать на нее человеческому сознанию, и наоборот – чем-то она влияет на нас, возбуждая в нас радость и уныние, думы и размышления.

                                    Даная. Художник John William Waterhouse, 1892 г.

                                    Вода на Земле

                                    «Вода стоит особняком в истории нашей планеты, нет природного тела, которое могло бы сравниться с нею по влиянию на ход основных земных процессов. Все планетное вещество ею проникнуто и охвачено»1. На Земле идет вечное движение ее колоссальных масс, непрерывное, но “разноскоростное”. Наиболее стеснены воды, находящиеся внутри твердого вещества: конституционные, кристаллизационные, гидратные – нужны значительные изменения окружающих пород, чтобы освободить этих пленников. Состояние их напоминает чем-то состояние душ, скованных вечными льдами Коцита, в нижних кругах дантова ада. Малоподвижны воды пленочные и гигроскопические, заполняющие невидимые поры и волосяные трещины. Они могут перемещаться (да и то крайне медленно) лишь в двумерном пространстве в направлении от более толстых пленок к тонким; сила тяжести не оказывает влияния на их движение. Более подвижны подземные воды: пластовые, трещинные, поровые. Они перемещаются под влиянием силы тяжести, но это скорее просачивание, чем течение. Подземные водотоки со свободным течением весьма редки и связаны, главным образом, с карстом. (далее…)

                                    Предыдущая программа (о кометах) – тут.

                                    Коллаж чешского художника и поэта Адольфа Хоффмейстера

                                    Есть две точки зрения на совпадения: 1. совпадений не бывает, все обусловлено. 2. вся человеческая история – это цепь совпадений. Так или иначе, многие судьбоносные научные открытия случились исключительно благодаря, казалось бы, случайным совпадениям… Хотя многие современные химики, например, утверждают, что сейчас эпоха случайностей в науке прошла, но на самом деле именно благодаря случайным и неожиданным прозрениям отдельных творческих ученых наука движется вперед. Особый интерес представляет феномен двойничества. Те, кто в астрологии называется «астральными двойниками» – люди разного происхождения, но рожденные в одно время и с похожими судьбами.

                                    Были ученые, которые пытались понять природу совпадений (физик Пауль и психоаналитик Юнг написали об этом совместную книгу «Синхронность или принцип случайной связи»). Программа Алексея Пензенского и Ирины Кленской о непостижимых совпадениях…

                                    Audio clip: Adobe Flash Player (version 9 or above) is required to play this audio clip. Download the latest version here. You also need to have JavaScript enabled in your browser.

                                    Следующая программа – здесь.

                                    Начало – здесь. Предыдущее – здесь.

                                    Микеланджело. Грехопадение Адама и Евы. Фрагмент росписи Сикстинской капеллы, 1508—1512 гг.

                                    III.

                                    Миф описывает эпоху первотворения: то, что было до Начала – Хаос, который мог быть выражен как мрак, пустота, зияющая бездна, вода, полная хтонических чудовищ, или как иной социальный порядок (власть женщин либо единственного патриарха), и то, что стало Началом – акт первотворения, переход от тьмы к свету, от воды к суше, от антипорядка к существующим социальным отношениям.

                                    «Нынешнее состояние мира – рельеф, небесные светила, породы животных и виды растений, образ жизни, социальные группировки и религиозные установления, все природные и культурные объекты оказываются следствием событий давно прошедшего времени и действий мифических героев, предков или богов. Однако мифическое прошлое – это не просто предшествующее время, а особая эпоха первотворения, мифическое время, пра-время (Ur-zeit), «начальные», «первые» времена, предшествующие началу отсчета эмпирического времени». [42, с. 173]

                                    В мифологических текстах первоначальный Хаос выражался, в частности, в антиповедении мифических героев. «Первопредки», культурные герои и в особенности трикстеры нередко нарушали нормы традиционного поведения, совершали преступные деяния («первородный грех»), в частности пренебрегали запретом на инцест (см., например, [43]).

                                    Постоянное пренебрежение традициями экзогамии, характерное для большинства мифологических персонажей, навело некоторых исследователей на мысль о том, что инцест в традиционном обществе воспринимался как норма поведения. Так, по словам психоаналитика В. М. Лейбина, «мифология включает в себя предания, согласно которым инцестуозные связи не были чем-то из ряда вон выходящим, вызывающим осуждение со стороны богов. Напротив, запретный для современного человека инцест в древности был делом обыденным и привычным». [35, с. 647] Эта sancta simplicitas весьма характерна для современных психоаналитических исследований. (далее…)

                                    Начало – здесь. Предыдущее – здесь.

                                    II.

                                    В шаманской традиции мир разделен на три части: Нижний, Средний и Верхний миры. Эти миры соединены Мировым Деревом, чьи корни уходят глубоко в Нижний мир, а крона поднимается в Верхний.

                                    «Мы владеем истиной», – заявлял Зигмунд Фрейд. (Цит. по [75, с. 97]). «Words, words, words».

                                    Никто не отрицает значимости идей Фрейда для развития наук о человеке. «Во введении в научный оборот различных гипотез, моделей и понятий, охватывающих огромную неизведанную область неосознаваемой психической жизни, и состоит заслуга Фрейда». [92, с. 371] Пусть эти гипотезы были далеко небезупречны, весьма субъективны, полны противоречий и мифопоэтических ассоциаций, и тем не менее именно Фрейд обратил внимание научного сообщества на психологию бессознательного.

                                    По признанию самого Фрейда, психоанализ был начат им как психотерапия, но ценен он стал не своими клиническими достижениями, а той «истиной» о человеке, которая в нем содержится. Это высказывание, по всей видимости, было обусловлено тем, «что у самого Фрейда многие случаи психоаналитического лечения оказались незавершенными… Фрейд не считал психоаналитическое лечение всесильным, пригодным на все случаи жизни. Напротив … он видел определенные ограничения психоанализа как медицинского средства лечения больных. Не случайно Фрейд подчеркивал, что ценность психоанализа следует рассматривать не столько с точки зрения его эффективности в медицинской практике, сколько в плане понимания его значимости как концептуального средства исследования бессознательного психического». [34, с. 196]

                                    Фрейд, таким образом, рассматривал психоанализ как попытку философски интерпретировать свои клинические наблюдения. Подобное отношение к «глубинной психологии» было свойственно и К. Г. Юнгу, утверждавшему, что «мы, психотерапевты, действительно должны быть философами или философствующими врачами. Более того, мы фактически являемся ими, иной раз сами того не сознавая… Можно назвать это religio in statu nascendi, поскольку в великом многообразии изначальной жизненности еще нет тех меток, которые позволяют провести четкую грань между религией и философией». [86, с. 48]

                                    Это религиозно-философское, а точнее мифопоэтическое концептуирование психоаналитиков вызвало в свое время шквал критических работ, посвященных различным теоретическим аспектам психоанализа. Бесконечные споры о научном статусе психоанализа продолжаются до сих пор. (См., например, [54]). (далее…)

                                    « Предыдущая страница - Следующая страница »