Я задала себе вопрос: зачем мы, люди, занимаемся искусством?

И вопрос оказался крутым…

Друзья мои, – почему мы это делаем, а? Ну зачем, в самом деле? Чего, деньги, что ли, так зарабатываем? Да любое творчество – жутко неверный заработок. Славы человек хочет? И это сколько художников славу снискали? То-то и оно…

Чего у человека такое зудит внутри, что он записывать начинает, а то еще и в рифму, красками что-то мажет, звуки складывает в песню? Оскар Уайлд утверждал, что искусство бессмысленно. А я вот не верю, что столько людей занимаются бессмыслицей. Хотя явно-практического смысла не наблюдается… Есть тут какая-то тайна. Вот вы сами спросите себя, попробуйте… Нафига человек создает искусство?

Хорошо, давайте с самого начала, с Альтамирской пещеры начнем. В ней наскальные росписи эпохи палеолита. Обалденные росписи сделанные …Сорок тысяч лет до нашей эры!

Археологи говорят, они этих зверей для охоты изображали. Типа, нарисуют оленя – и давай в него копьями кидать. Чтобы будущая охота удалась… А вы посмотрите внимательно на бизона Альтамирского: это он вот так старался, дикарь с углем в руке, такую красотищу отчебучил, такую пластику… — чтобы потом в ЭТО копьем швырять, да еще вместе с товарищами, чтобы куски красоты во все стороны летели?!

Не верю я. Там каждая черточка – с такой любовью… Рога одни – чего стоят!!! А я ведь в результате додумалась, знаю я, что в той пещере случилось. Но вам пока не скажу. Я сейчас про другое, из нашего времени.

Была я пару лет назад на Биеннале в Венеции, и был там проект один, то ли таджикский, то ли… В общем, бывшие наши его сделали, из республик. Комната маленькая, везде стеллажи, уставленные клетчатыми сумками, с которыми «челноки» ездят, а между сумками – мониторы впихнуты. А в мониторе – вот что: купе поезда, в кадре – баба сидит в адидасе, с перманентом, улыбается золотыми зубами, видно, что пила, да не спилась. Челночница. И баба покачивается в такт поезду и поет! Разбитым таким, подвыпившим, блатняцким пением, в растяжечку:

            Без миня тебе лю-убимый, а-мой,
            Зимля мала, а-как остроуввв…
            Биз миня тибе лю-убимый а-мой
            Лететь и-с-адним крылооом…
            А ты ищи сибя, лю-убимый мой,
            Хать ета так нипросто…
            А и найдешь сибя, любимый мой
            И мы ищё сэ-паём!

Она пела песню А. Б. Пугачёвой.

Но, друзья мои, она пела СВОЮ песню. Про себя, только про себя, до дрожи! И прямо перед глазами вставал этот любимый: обрюзгший мужик со станции Пупёхино, в засаленных трениках, с красно-синей рожей, в сбитых сандалиях, пахучий…

А вы понимаете, что это ему лететь без челночихи с одним крылом? То есть это он там, в Пупёхино, летит, однокрылый, над маленькой землей, и он должен искать себя, хоть это и непросто, но она в него верит, и это с ним она еще споет, когда он найдет себя наконец!

*

И ничего тут смешного нет. А есть тут тайна искусства. Потому что баба в этот миг создавала ОБРАЗ. Образ себя и его. Она через песню эту воплотилась, да еще и его, пупехинского, воплотила. Подняла со ступенек пивнухи, вынула из треников и сандалий, окрылила, и они теперь летят! Нет больше ни перегара, ни перманента, есть образ. Пока она поет – есть!

Вот для чего человек делает искусство. Человек хочет воплотиться. Сам воплотиться и мир воплотить. А теперь – пошли обратно в пещеру.

Дикарь тот, конечно, ни о каком искусстве не мечтал, он-то хотел намазать и – копьями, копьями! Но когда начал и увидел, чего выходит… вот тут он и попал. С того момента мы все – попали… Потому что увидел он, как из под его руки появляется не гора мяса, грязной шерстью покрытая, а божественный зверь – его, дикарскими руками созданный. Образ. И не стало Хаоса.

А рядом он нарисовал себя, и не было у него, воплощенного, ни дряблых мышц, ни страха. И не стало Хаоса.

А тут и друзья-охотники в пещеру ввалились. И каждый увидел в Нарисованном человеке – себя! Я есть, а Хаоса – нет. И полетели с тех пор мы все – кто с двумя крыльями, кто с одним. Но полетели раз и навсегда.

Потому что сегодняшний Бизнесмен, заказывающий художнику портрет («ты меня так… посолидней, что ли, ну и живот чтоб понезаметней…») ничем не отличается от Дикаря, просящего: «А ты меня тоже подрисуй во-он там, с ба-альшим копьем!»

Поймите, я не хочу обидеть Бизнесмена, наоборот, они оба молодцы.

Значит, вот что получается: с помощью искусства человек отвоёвывает у Хаоса самого себя? А еще что-нибудь отвоевывает? И все ли люди борются?

Здесь мы подходим к вопросу: а где оно начинается, искусство-то?

Вот женщина, простая тетка, порядок на столе наводит: протерла она стол тряпкой, солонку досыпала, муху прихлопнула… Это тоже борьба с Хаосом. Но не искусство. Потому что в этом польза реальная видна. А вот… салфеточку достала беленькую – и на стол, а на нее еще и вазочку с цветочком… А потом так отошла чуть, головку набок склонила, посмотрела – и вазочку… чуть подвинула! Все, тетка, летишь ты уже. Образ создаешь. А иначе за какой такой пользой ты вазочку двигаешь, а?! Да для красоты так-то.

А ведь для борьбы с хаосом достаточно было стол протереть. Порядок есть, микробов нет…
Зачем же вазочка?

Вот тут и открывается главный секрет искусства.

Двигая вазочку, тетка боролась с Хаосом Внутренним. Недостаточно порядка снаружи, остается Хаос внутри. Искусство начинается там, где мы боремся с Хаосом Внутренним.

И только Образом мы можем его одолевать. Непрерывно борясь. Все и везде.

Значит, все мы, тетьки и дядьки, все время создаем искусство? Причем везде, получается?
Ведь и одеваемся, в зеркало глядя, и цветочки на клумбе (они, заметьте, несъедобны), и резная пепельничка из пивной банки, и Собор Святого Павла, ё-мое…

А что же тогда мы называем Искусством с Большой буквы? А Искусством мы называем такую борьбу с Хаосом, которая и другим служит. Расставила тетка салфеточки и вазочки так, как другие не могут, и вот она уже – Дизайнер Интерьера. Она уже чужой хаос усмиряет. Значит, художники – усмирители чужого Хаоса…

На месте строгого искусствоведа, я бы задала здесь автору каверзный вопрос: «А как же быть с «некрасивым» искусством?

Ван Гог. Автопортрет с отрезанным ухом. 1889

Вот «Автопортрет с отрезанным ухом» Ван Гога (та еще красотища), развороченные кубизмом женщины Пикассо, скользкие фантомы Дали, концептуалисты – те вообще – ни стыда ни совести?.. Какая же тут красота, какое воплощение?! Жуть!

Жуть. Но и тут – воплощение. Тут вот в чем, думается, дело.

Веками человек гармонизировал Хаос, «украшая» жизнь прекрасными картинами, музыкой, вздымающимися к небу соборами. Но пришел день, когда человек попробовал не гармонизировать мир, а воплотить Саму Дисгармонию. Ту, что терзает его изнутри.

Ван Гог отважился изобразить ни много ни мало – САМ ХАОС. Не усмирить, а образ его создать. Страшная затея? Да. И стоила она смельчакам всегда недешево. Винсент Ван Гог свихнулся и погиб…

А чтобы образ-то создать, надо обязательно пристально вглядываться в
«портретируемого».

Пушкин тоже это делал…

            Жизни мышья беготня (слышите? – вот оно…)
            Что тревожишь ты меня?
            Что ты значишь, скучный шепот?
            Укоризна, или ропот
            Мной утраченного дня?
            От меня чего ты хочешь?
            Ты зовешь или пророчишь?
            Я понять тебя хочу,
            Смысла я в тебе ищу…

Как он вслушивается в эту «мышью беготню»! Какая точная метафора для Хаоса! Да, всматривался. В тот скучный шепот, который в нем самом и жил. И смысла в нем искал. Гармонии.

В двадцатом веке художники вытаскивали Внутренний Хаос из самых потаенных уголков своих душ. Они словно испытывали Искусство на прочность, выдержит ли? А выдержало.

Оно, искусство, впустило в себя и тлен модерна, и безумие сюрреализма. Оно согласилось играть в поп-арт, в абстракцию, изощряться в концептуальных опытах. Современники наши, постмодернисты попробовали объявить войну Красоте. Само слово «красиво» их раздражало. Понятно конечно… Красота – затрепанное слово…

Только это как в анекдоте про жопу: «Как же так? Место есть, а слова – нет?» Ничего-то у них не вышло с этой войной. И не выйдет НИКОГДА. Почему? Да очень просто: изображение не может быть безобразно. Сами слова противоположны: «из-ображение» – «без-образие». Слышите?

И какой бы там Хаос-Расхаос не вытаскивал художник на свет божий, если он начнет его воплощать – придется искать образ. И если он его не найдет, по бездарности или по случайности, ничего не получится. Фигня выйдет. А вот найдет – ну тогда неважно из чего оно будет создано, да хоть из дерьма – ему придется это дерьмо скомпоновать, собрать в образ. Ему придется изобразить. Пользуясь законами нашего божьего мира. Законами гармонии.

В журнале «Артхроника» я недавно наткнулась на слова художника Алексея Каллимы:

«Для меня высказывание не в том, соответствует изображение действительности или нет. Меня интересует скорее теория хаоса и возможность зафиксировать этот хаос. Поэтому сейчас меня волнует формообразование такой абстрактной категории, как огонь. Его часто изображают декоративно. Я пытаюсь добиться изображения, в котором было бы все движение, искры, падающие бревна…»

Я очень надеюсь, что у него получится, что он найдет воплощение Хаоса. Его образ. И эта будет еще одна победа над этим самым Мировым Беспорядком. Желаю вам мужества, Алексей Каллима.

Мужества нам всем, в вечной Борьбе пребывающим!


Один отзыв на “Мы все полетели!”

  1. on 13 Дек 2015 at 2:42 пп Александр

    … даже прекрасный пол эту заразу борьбы подцепил ((

НА ГЛАВНУЮ БЛОГА ПЕРЕМЕН>>

ОСТАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ: