Предыдущее по теме — здесь. Начало темы — здесь.

У нас есть только возможность сознания и редкие его вспышки. Поэтому мы не можем определить, что такое сознание. Георгий Гурджиев

Сознание построено по закону организма: оно есть одновременно и единство и множественность, сопрягаемое двойственной иерархией частных единств и частных множеств. Владимир Шмаков

Излагая положения учения Гурджиева о природе сознания на основе его лекций и бесед в 1916 г., Пётр Успенский отметил его представление о том, что у обычного человека моменты сознания очень кратки и разделены длительными интервалами бессознательного поведения (1). При этом человек может думать, чувствовать, говорить и работать, не сознавая этого. «Ваша главная ошибка состоит в том, что вы думаете, будто уже обладаете сознанием, что оно обычно или постоянно присутствует, или постоянно отсутствует. На самом деле сознание – это такое качество, которое постоянно меняется… Как сознание, так и его разные уровни необходимо понять в самом себе посредством ощущения, так сказать, почувствовав его вкус». Гурджиев полагал, что наука и философия не в состоянии определить сознание, потому что они хотят определить его там, где его не существует. «Необходимо различать сознание от возможности сознания» (см. эпиграф). Насколько далеко за прошедшие десятилетия продвинулась научная психология в понимании природы сознания? В завершающей книге, посвящённой развитию вероятностно ориентированной философии, учёный-энциклопедист Василий Налимов обобщая представления о природе сознания со времён Древнего Египта, отметил, что всякое упрощение – «персонально капсулизированное видение сознания оказывается ущербным и философски несостоятельным» (2). (далее…)

«Цивилизованные» и «культурные» люди живут совершенно также, теми же интересами, что и самые невежественные дикари.
Современная цивилизация основывается на насилии, рабстве и красивых словах. Георгий Гурджиев

Нужно подчеркнуть, что если когда-нибудь и существовала цивилизация рабов в массовом порядке, то это именно та, в которой мы живём.
Юлиус Эвола

Автор концепции расчеловечивания как неизбежного процесса по мере становления ноосферного человейника биофизик Алексей Яшин (1), будучи по совместительству писателем и шеф-редактором литературно – художественного и публицистического журнала «Приокские зори», в очерке на эту тему отметил, что в конце 19-го века сверхординарное мышление и гениальность начали характеризовать как патологию – выход за рамки гуманитарно-социумной нормы (2). Он полагает, что первую серьёзную попытку обосновать творчество в высшей форме – продукта гениальности как выхода за пределы нормы сделал психиатр Чезаре Ломброзо. Яшин обратил внимание, что во второй половине 1920-х годов также психиатр Григорий Сегалин ввёл в научный оборот термин эвропатология (от слова эврика – В.Е.) как определение гениальности, свойственной лишь немногим людям. На взгляд Яшина, в части литературной сверхочевидно, что творческая составляющая жизнедеятельности человека на этапе биосферно-ноосферного перехода нивелируется и предельно упрощается, примитивизируется. «Тем самым исчезает необходимость в [эвропатологических] высших талантах и, тем более, в гениях». Афористичный вывод логика и философа Альфреда Уайтхеда можно считать предвидением этого процесса: «Наиболее правдоподобная общая характеристика европейской философской традиции состоит в том, что она представляет собой серию примечаний к Платону». Некоторые аспекты перехода к ноосферному человейнику рассмотрены в статьях автора (3-5). (далее…)

ПРЕДИСЛОВИЕ К ТОМУ 3- ЗДЕСЬ

Ом
Там Полнота, здесь Полнота,
от Полноты — лишь Полнота есть,
ведь если отнять от Полноты,
Полнота Полнотой остаётся.
Ом Шанти, Шанти, Шанти

АДХЬЯЯ ПЕРВАЯ

Брахмана Первая

1.1.1+[11]
Заря — голова жеребца поднесённого[12],
Его глаз — это Солнце, дыхание — ветер,
его зёв — огонь Вайшвана́ры.
Торс коня — это год, а спина — небеса,
его брюхо есть воздух, груди́на — земля,
а бока его — сто́роны света, четыре,
его рёбра — четыре меж ними.
Ткани о́рганов — го́да сезоны,
сочлененья — недели и месяцы.
Ноги — ночи и дни, ко́сти — звёзды.
Мясо, мышцы его — облака́.
А остатки еды в нём — песок,
а сосуды его — это реки.
Печень, внутренности — это горы,
а на теле волосы — тра́вы
и деревья, а весь его пе́ред —
это солнца восход, круп — закат.
А когда он всем телом тянется —
это молнии полыхают,
а когда он встряхнулся — то гром,
а когда помочился — дождь.
Его ржанье — звучание речи. (далее…)

Трёхтомник «Наивысшие Упанишады» включает в себя переводы одиннадцати важнейших Упанишад, выполненные Глебом Давыдовым (Сидартом). Это первый русскоязычный опыт эквивалентного перевода древних священных текстов индуизма. Здесь адекватно и точно передана не только смысловая составляющая, но и дух, поэтическая энергетика исходных откровений. Третий том составила «Брихадараньяка Упанишада». Многие стихи прокомментированы через призму традиции Адвайта-Веданты.

Большая Лесная Упанишада

В предисловиях к этому трёхтомнику мы не раз уже цитировали индийского учителя по имени Шри Раманачарана Тиртха (он же свами Ночур). И та книга, которая сейчас перед вами, не станет исключением, ведь этот свами — один из немногих современных носителей ведийской традиции, говорящих и пишущих в наши времена (в частности, на отличном английском) о Ведах и Веданте доходчиво, ясно и живо — настолько, что за словами распознаётся не просто информационное знание и интеллектуальное понимание, а глубочайшая Суть. Вот что пишет[1] он об Упанишадах: «Упанишады — это не просто книги. „Upa“ означает „очень близко“, а „nisad“ означает „пребывание“. Это Знание, которое погружает вас в пребывание в Естестве — Вечном, Бессмертном, Блаженном, Целостном. Когда случается близкий контакт с Просветлённым Мастером, Упанишады работают как волшебные травы. Поэтому и сама встреча ученика с Учителем называется „упанаяна“. Божественное предначертание ведёт ищущего к Мудрецу, и в этой встрече его „упа-наяна“ — внутреннее око — открывается. Учитель смотрит на ученика не органом чувств — глазом, — но Высшим Бесконечным Оком. Поэтому Веды говорят: „Я созерцаю тебя через глаз Солнца! Проснись! Не томись! Стань Бесконечным! Проснись, ты — Вечный!“» (далее…)

3ряй на реку текущу, верх вод созерцает,
а таин, во в глубине сущих, не видает:
Подобно писание писменно читаяй
внешняя токмо его есть муж разсуждаяй.
Внутренних паки не видит, еже суть глубока,
преходяща зрение неискусна ока.
На сей глубине агнец смеренный плавает,
а слон великий удоб потоплен бывает.

Кажется, что русская поэзия началась не по-русски, а на каком-то другом славянском или даже околославянском языке, который ценой неимоверных усилий всё-таки смогла преобразовать в родную речь.

Симеон Полоцкий – позднелатинский поэт, которому приходилось писать на языках, в принципе непригодных для стихосложения, но, как говорится, «толцыте, и отверзется»: всего-то полтора века трудов, и Пушкин смог начать «Мой дядя самых честных правил…» Впрочем, язык претерпел заметные изменения уже у самого Симеона Полоцкого. (далее…)

Владислав Педдер. Опыт трагического. М.: Тотенбург, 2025. 392 с.

Есть ли большее удовольствие, чем найти книгу дотоле неизвестного автора, написанную более чем со знанием дела, захватывающую и притягивающую, как железная рука пьяного хулигана за шиворот? А еще и когда в снобистском самоослеплении полагаешь, что ничем особо не удивить, а тут целая новая область, новые имена веером?

Да и автор совсем не прост. Довольно молод еще, но крайне образован, что не может не вызывать симпатию. Переводит и пропагандирует Петера Весселя Цапффе, а также Эмиля Чорана, Томаса Лиготти, Дэвида Бенатара и Дэвида Чалмерса. Чорана, кстати, он, как в книге сообщает, презирает, а я так свечи на алтарь перед ним ставлю ежевечерне, но так тем и интереснее приобщиться к мысли того, в котором она иными путями ходит. (далее…)

У нас в школе был музей. В отличие от того, официального, на Лубянке, – настоящий музей Маяковского: во всяком случае, нам, ученикам, так говорили. И мне кажется, что это было правдой: музей поэта и должен быть шумным, многолюдным, молодым, безо всякой чопорности и войлочных тапочек.
Хотя нас заставляли носить «сменку»…

Школа наша находилась в Пролетарском районе. А где можно найти лучший адрес для музея автора «Летающего пролетария»?

При входе в школу висел портрет Маяковского с размашистыми строчками внизу:

Ненавижу всяческую мертвечину!
Обожаю всяческую жизнь! (далее…)

Алексей Андреев. Мастер Брака. М.: Золотой мальчик, 2025. 144 с.

Журналист (в бытность их) «Птюча» и TimeOut’a, переводчик разной литературы с английского Алексей Андреев написал необычную книгу. Необычную не только потому, что там свобода большая с жанрами (о чем воспоследует), а – потому что он про Москву 2023-2024 годов, с пылу с жару, еще забыть не успели. Хотя и успели – время сейчас мчится быстрее, каждый день буквально очередное известие в новостной ленте рушит мир и собирает его заново, Кали-юга на минималках и не только.

Когда только пошли тоннами книги с осмыслением 90-х, в лучшем случае нулевых, книга выходит про почти вчера. Такое, конечно, если покопаться в филологической памяти, бывало – и философ Татьяна Горичева издавала свои дневники о недавнем прошлом, и критик и эссеист Ольга Балла продолжает выпускать свой проект «Дикоросль» с микро-эссеистикой по мотивам недавнего прошедшего, а критик, поэт и культуртрегер Борис Кутенков запустил, кажется, сходный проект по изданию своих публикаций в Telegram’e. И, скажу от себя, дело это очень хорошее: записывать нужно сразу, пока помнится, горячо и страсти в крови кипят, – потом все это станет бесценным архивным и литературным достоянием. (далее…)

Сохранит ли человек свою индивидуальность в эпоху диктатуры коллективного разума?

Для сознания, находящегося внутри иллюзии, она есть полная реальность.
Владимир Шмаков

Критерия для оценки того, что мы считаем реальным, скорее всего нет.
Василий Налимов

Цель расчеловечивания – превращение человечества в роботизированную биомассу, где индивидуальное мышление индоктринируется в коллективное сознание.
Алексей Яшин

Размышляя в конце 20-го века об этике взаимодействия со средой обитания, выдающийся исследователь сознания, учёный – энциклопедист В.Налимов полагал, что человечеству страшны не только и не столько атомные устройства, наркотики, террор и грабежи, сколько телевизор и компьютер (1). «Думать стало некогда и неохота». В основательно разработанной концепции биосферно-ноосферного перехода (2) биофизик Алексей Яшин отметил ведущую роль виртуализации социума как базового инструмента расчеловечивания в процессе трансформации человека биологического в особь ноосферного человейника (т.е. человья, – В.Е.). Некоторые аспекты этой темы рассмотрены в статьях автора (3,4).

Технической основой создания виртуального социума становится цифровизация, которая на взгляд специалиста в области информационно-психологической безопасности Владимира Лепского, представляет собой одновременно и антропологическую революцию и антропологическую катастрофу (5). Исследователи социологии цифрового общества Людмила Василенко и Наталия Мещерякова, рассматривая гибридность современной среды обитания человека, обратили внимание на взаимопроникаемость виртуального и реального миров, которые существуют не параллельно, а взаимообусловлено (6). «Уже не существует дихотомии реальности и виртуальности, они соединились в целостную среду существования человека и общества». (далее…)

«“Мастерская разума” Робины Куртин. Как хиппи всемирно известной монахиней стала: буддийская механика». СПб, Нартанг, 2026

Одной из крупнейших международных буддийских организаций, в основном ориентированных на не-этническое буддийское сообщество, является «Фонд поддержания махаянской традиции» (ФПМТ), основанный тибетскими ламами Тубтеном Еше и Тубтеном Сопой Ринпоче. Сейчас в ФПМТ более 130 центров во многих городах мира, в том числе в Москве и Санкт-Петербурге.

Летом 2017 года в Москве, в программе московского центра ФПМТ «Ганден Тендар Линг», буддийская монахиня из Австралии Робина Куртин прочитала открытую лекцию «Мастерская разума», в ходе которой поделилась размышлениями о функционировании ума, его потенциале и проблемах.

Автор-составитель данной книги Наталья Рубанова также ранее приняла участие в некоторых других программах досточтимой Робины Куртин и взяла у нее личное интервью, задав интересовавшие ее вопросы. Объединив полученные материалы, Наталья подготовила их к изданию. (далее…)

Загадочный претендент на звание международного бестселлера. Загадочный, потому что автор скрывается под псевдонимом Красный Ягненок, на сайте лишь ИИ-сгенерированная картинка и скупые намеки, что автор иногда, дескать, снимает фильмы, иногда печатает рассказы. Говорят, за псевдонимом скрывается один из молодых представителей богатых американских кругов, яппи.

И это уже скорее резонирует с самим романом. Где герой – Джек Валентайн, имя, кстати, тоже нарочито гладкое, так героев классических нуаров звать могли – 27-летний работник шоубиза, что-то помогает записывать, продюсировать, поиск следующей большой звезды. Вокруг и рядом – режиссёры и певцы, девицы и дилеры, даже федеральные агенты под прикрытием, all that jazz, глэм, шик и креативные похмелья на следующий день. Много угара, садомазо даже, алкоголь и что покрепче. И тут думаешь, даже ностальгию определенную испытываешь – по всей этой литературе 90-х и начала нулевых, про вечных тусовщиков, так рано начавших и так рано сгоревших в огне вечеринок и стробоскопов. Пепел их блистает до сих пор. Крахт, Бегбедер, Брет Истон Эллис, Коупленд как летописцы столь яркой эпохи. (далее…)

ФРАГМЕНТ 1-го Тома и о книге «Наивысшие Упанишады» — см. ЗДЕСЬ.

Аннотация: Второй Том важнейших Упанишад в стихотворном переводе Глеба Давыдова (Сидарта) составила одна из самых древних Упанишад — «Чандогья Упанишада», которая поначалу являет собой мощнейший инструмент для очищения ума, а затем дает прицельные указатели на истинную природу всего сущего. Именно в этой Упанишаде прозвучала одна из главных махавакий Веданты — «Тат Твам Аси» (Ты есть То).

ПРЕДИСЛОВИЕ (от переводчика)

Ч(х)андогья

«Чандогья Упанишада» была создана приблизительно в период между VIII — VI веками до нашей эры. То есть, будучи явленной в первой половине I тысячелетия до н.э., она, наряду с «Брихадараньяка Упанишадой», оказывается одной из древнейших (и авторитетных) Упанишад.

Она входит в состав Самаведы, в которой учёные считают её наиболее поздним текстовым слоем. Название происходит от слова «чханда» («метр», «стихотворный размер») — «чхандогами» назывались жрецы, специализировавшиеся на пении са́ман, мелодичных метрических гимнов Самаведы.

Текст Упанишады состоит из восьми прапа́так (лекций), каждая из которых разделена на множество разделов (главок). В первых прапатаках дана философская, концептуальная и космогоническая база — разъяснение главных духовных элементов (например, «стобх») и ритуалов (упа́сан) Самаведы. Затем постулируется: «Всё есть Брахман».

3.14.1
Всё вот это есть Брахман, всё это
из Него появилось, в Него
возвращается, Им существует.
Нужно просто тихо внимать.

И только после этого всего, начиная с шестой части, даётся Брахмавидья — Знание Брахмана. (далее…)

КНИГА ПОЯВИТСЯ В ПРОДАЖЕ В ОКТЯБРЕ. ПРЕДИСЛОВИЕ К КНИГЕ — СМ. ЗДЕСЬ. ПРЕДЫДУЩИЙ ФРАГМЕНТ — ЗДЕСЬ.

АЙТАРЕЯ УПАНИШАДА

Об Упанишаде

Второе название «Айтарея Упанишады» — «Бахврича Упанишада», что означает «Упанишада многих ригов», то есть Упанишада многих гимнов Ригведы. «Бахврича» — это указание на бахвричу-шакху, то есть ветвь (sakha) Ригведы, к которой относится эта Упанишада. Тут стоит пояснить, что такое шакха. В ходе устной передачи Вед от учителя к ученику в течение тысячелетий постепенно в разных регионах и у разных групп браминов развивались свои уникальные способы произнесения, запоминания и интерпретации ведических текстов. Эти различия привели к возникновению множества «ветвей», или «школ», каждая из которых имела свою версию (шакху) той или иной Веды, зачастую отличавшуюся от других шакх — иногда минимально, а иногда существенно. Иногда та или иная шакха (или, можно сказать, редакция Веды) имела уникальные, только ей присущие Брахманы, Араньяки и Упанишады. (далее…)

Упанишады — это Веданта, последние, вершинные тексты Вед (божественных откровений, полученных в глубокой медитации древними индийскими риши примерно за 12 столетий до нашей эры и затем устно передававшихся от одного мудреца к другому). В Упанишадах даются указатели для выхода из самсары — окончательного освобождения. Перевод Глеба Давыдова — это первый эквивалентно-поэтический и адекватный перевод этих текстов на русский язык (т.е. перевод сохраняет не только точность наставлений, но и их энерго-информационную составляющую). Упанишады вновь становятся живым Писанием, — это вовсе не сухое академическое изложение неких малопонятных абстрактных концепций, а точный перевод Живого Слова на русский язык. НА ПЕРЕМЕНАХ — ОЗНАКОМИТЕЛЬНЫЙ ФРАГМЕНТ КНИГИ: Предисловие от переводчика, а также первые Упанишады, вошедшие в Первый Том трехтомного издания. Первый Том появится в книжных интернет-магазинах в октябре.

ПРЕДИСЛОВИЕ (от переводчика)

Введение

Литературный памятник? Нет, Упанишады не просто «литературный памятник». А точнее, совсем не «памятник». И даже не му́рти*. Они — живое Слово. В то же время Упанишады нельзя обозначить как сугубо религиозные или философские тексты. Даже слова «древнейшее поэтическое произведение» не могут в точности передать, что это такое, — в слове «произведение» уже затаилась неточность. Как, впрочем, и в слове «древнейшее». Скорее Упанишады можно назвать высокочастотными откровениями, которые хотя и были зафиксированы в поэтической форме великими провидцами (риши) древней Индии несколько тысяч лет назад, остаются и сейчас в полной мере актуальными для любого подлинно живого человека. Перед нами одновременно и поэзия, и духовное учение, и священное Писание, и преисполненные трансцендентного вдохновения мантры-заклинания, трансформирующие ум читателя и доставляющие его в наивысшие планы бытия.

В этой книге — первая попытка поэтического перевода Упанишад на русский язык. При этом термин «вольный перевод» (или «переложение») здесь не работает. Сохранены мельчайшие смысловые нюансы оригиналов. Послания и дух этих Писаний переданы настолько точно, насколько это возможно на русском языке, и при этом — перевод литературный, не академический. (далее…)

ПРОДОЛЖЕНИЕ. ПРЕДЫДУЩЕЕ ЗДЕСЬ. НАЧАЛО ЗДЕСЬ

Глава 3. Магия сказителей

В оный день, когда над миром новым
Бог склонил лицо Свое, тогда
Солнце останавливали словом,
Словом разрушали города…
Николай Гумилев

Тотальная психотерапия архаичных знахарей и шаманов основывалась прежде всего на вербальном воздействии на психику их соплеменников. Различные манипуляции с телом больного (например, извлечение вредоносного предмета, кровопускание, очищение водой или огнем) служили материальным подтверждением слов лекаря, не более того. В слове шаман выражал сущность страданий человека, в слове описывал свою борьбу с духом болезни, словом утверждал «исцеление» человека. Иными словами, он вербально «блокировал» страх и паническое состояние больного, иногда «оттормаживал» боль вплоть до того, что больной переставал ее чувствовать, активизировал психофизический потенциал человека, внушал ему мысли о его «исцелении» и «спасении». В каких-то ситуациях такая психотерапия приводила к реальному облегчению страданий больного и даже к его выздоровлению, в других — не приносила никаких результатов. Как бы то ни было, убежденность в магической силе слова присутствовала во всех архаических терапевтических практиках. (далее…)