Путешествия | БЛОГ ПЕРЕМЕН. Peremeny.Ru


Обновления под рубрикой 'Путешествия':

Вышел в свет 4-й том шеститомника «Места Силы Русской Равнины». Приобрести книгу уже можно в магазине Ridero и других интернет-магазинах — как в виду бумажного издания, так и в виде электронной книги. (СТОИМОСТЬ ДОСТАВКИ БУМАЖНОЙ КНИГИ ПО РОССИИ НА RIDERO СОСТАВЛЯЕТ 345 рублей. ЕСЛИ ВЫ ВИДИТЕ КАКУЮ-ТО ДРУГУЮ СУММУ ЗА ДОСТАВКУ, ПРОСТО ВВЕДИТЕ СВОЙ АДРЕС, И ОНА ПОМЕНЯЕТСЯ.)

Олег Давыдов (1952—2017) начал проект «Места Силы Русской Равнины» в 2004 году и работал над ним около десяти лет. «Мистическая география России» — так обозначил он суть проекта. Несколько лет кряду он каждые выходные садился в автомобиль, брал с собой карты и gps-навигатор, путеводители, книги с житиями святых. И ехал в одно из мест, упомянутых в житии какого-либо интересовавшего его святого. А, вернувшись, подробно описывал эту свою поездку – с кем встретился, что видел, что чувствовал, что узнал, что открылось. Русские православные монастыри строились в основном на местах, где до этого располагались языческие капища. Дергая за эту ниточку, автору «Мест Силы» удалось раскрыть поразительные вещи. Например, то, что древняя языческая религия вовсе не была искоренена или вытеснена Православием, а просто ушла в подполье и существует и в наши дни. Тому, в каком виде она существует, отчасти и посвящена книга «Места силы».

В Четвертый Том вошли Места силы с 91 по 111, а также первая часть работы «Шаманские экскурсы», которая вытекла непосредственно из «Мест силы», когда возникла необходимость систематизировать и объяснить некоторые из находок и открытий, сделанных в ходе работы над проектом, и подвести под них научно-метафизическую теоретическую базу.

Информация по другим томам «Мест Силы» доступна здесь>>

Хорошая новость! Наконец-то увидел свет Третий Том шеститомного издания «Места Силы Русской Равнины», труда, созданного Олегом Давыдовым в ходе его сотрудничества с нашим сайтом в период с 2005 по 2014 годы.

Всего в книге Олега Давыдова «Места силы Русской Равнины» описаны 111 мест. В Третий том вошли подробные рассказы о 29 из них (с 61 по 90), включая Муром, Богородицк, Новый Иерусалим, Боровск, Дивеево, Пайгарму, Ярилину плешь, Коренную пустынь, Торжок, Святые горы и другие как очевидные, так и менее очевидные, но в не меньшей степени фонтанирующие мистической силой точки, в обилии рассыпанные по России, образующие ее метафизическую структуру и определяющие ее характер и развитие.

Олег Давыдов (1952—2017) начал свой проект «Места Силы Русской Равнины» в 2004 году и работал над ним около десяти лет, до 2014 года. Суть проекта он с самого начала сформулировал так: «Мистическая география России». С целью наметить контуры этой «мистической географии» он странствовал по просторам Русской Равнины и находил, исследовал и описывал то, что называл «Местами cилы». Фиксируя свои открытия и находки, Олег постепенно создал настоящую энциклопедию подлинных корней русской нации.

Купить книгу — как в виде электронного издания, так и на бумажном носителе с полноценной двусторонней обложкой и корешком — можно в книжных интернет-магазинах. Например, здесь.

Работа над четвертым томом ведется.

Места Силы Олега Давыдова

Дорогие читатели! Вышел Второй Том шеститомного издания книги Олега Давыдова «Места Силы Русской Равнины / Места Силы. Шаманские Экскурсы». Он содержит Места с 31 по 60-е — полные версии текстов и множество фотографий автора в черно-белых вариантах. (далее…)

Дорогие читатели! Вышел Первый Том шеститомного издания книги Олега Давыдова «Места Силы Русской Равнины / Места Силы. Шаманские Экскурсы» — издания, в которое войдут все тексты автора, опубликованные на сайте Peremeny.ru с 2005 по 2013 гг. в его личной колонке.

Первый том содержит Места силы с Первого по Тридцатое. Полные версии текстов. Черно-белые иллюстрации (в основном авторские фотографии Олега Давыдова).

На сайте Ridero.ru Первый том «Мест Силы» доступен как для скачивания в виде электронной книги (мгновенное скачивание в четырех разных форматах), так и для заказа по технологии Print-on-demand (то есть «печать по требованию» — книга будет качественно напечатана на прекрасной офсетной бумаге специально для вас и доставлена вам на указанный при оформлении заказа адрес примерно через неделю, доставка по всей России). Приобрести электронную и бумажную книги можно здесь.

Второй Том также уже вышел в свет, как и третий и четвёртый…

А чуть ниже – предисловие Глеба Давыдова к Первому тому «Мест Силы Русской Равнины». (далее…)

Как натрий

Сергей Соловьев. Улыбка Шакти. Москва: Новое литературное обозрение, 2022. 592 с.

Сергей Соловьев продолжает копать Индию. Вживаться в нее, погружаться. Он будто убирает границу между собой и страной. В индивидуальном порядке снимает границы.

Книга, кстати, тоже практически безгранична.

Это, конечно, травелог, но не очень привычный, продвинутый и расширенный, что ли. Соловьев не только путешествует по нетуристическим местам — да и не путешествует, живет — но по антитуристическим скорее. То прорывается в закрытые заповедники (его даже арестовывают), то селится в самых далеких деревушках, то — прекрасный авантюрист — оставив деньги и вещи в одной гостинице, с кем-то знакомится, просто едет в деревушку еще дальше, еще глубже. «Чуйке» следуя, а не картам.

И здесь будет все, все животные — слоны забредают ночью полакомиться на грядках, где-то рядом бродит тигр, ползают кобры, танцуют изящные, как у Гумилева, нильгау. И, родной всем, рассказчик «Шакти» знает о животных не меньше Дроздова: «Дронго вспорхнула, похожа на ласточку, черная. Медсестры лесные, сядет на нос нильгау, осматривает, чистит кожу, а тот терпит. И?так по всему телу. Дронго, говорят, знает около пятидесяти языков других птиц и животных и обладает когнитивными способностями, близкими к нашим». (далее…)

Инга Ильм. Обрывки из реальностей. ПоТегуРим / Инга Ильм. — [б. м.] : Издательские решения, 2021. — 222 с.

Инга Ильм – актриса, историк искусств, путешественница – написала весьма любопытную книгу, в каждой строке которой сквозит неподдельная любовь к Италии и собственно Риму: пресловутому городу на семи холмах, увековеченному знаменитостями всех видов и мастей (многие помнят в том числе и «Рим» маэстро Феллини) – городу, где ей довелось жить.

Те, кто не чувствует, что такое на самом деле Roma, вызывают у неё искреннее удивление, поэтому автор делает попытку понять инопланетян: «Неожиданно обнаружила, что некоторым Рим совсем не нравится. Растерялась. Пару дней бродила по нему и смотрела чужим, равнодушным взором. Ну да. Город как город. Старый. Весь в граффити. Местами грязный. И получше на свете бывают…». Но добавляет, словно не веря самой себе: «Я называю Рим: мой пансионат», уточняя, что «один из самых красивых городских рассветов — из тех, которые составляют мою личную коллекцию, — в Риме». (далее…)

Глеб Давыдов отвечает на вопросы Натальи Рубановой по поводу своей недавно вышедшей «Книги Трипов» и переводов индийских адвайтических священных Писаний — «Авадхута Гита», «Аштавакра Гита» и «Рибху Гита».

Мортен Тровик. Предатель в Северной Корее. Гид по самой зловещей стране планеты / Пер. с норв. Е. Воробьевой. Москва: Индивидуум, 2020. 368 с.

Группа Moranbong Band из Северной Кореи

Норвежец Мортен Тровик явно относится к таким слегка раздолбайским, но весьма симпатичным международным тусовщикам — везде бывал, всюду друзья-товарищи с первого часа, там немного бизнеса, здесь немного амуров, везде зажигательно. Истинный globe-trotter! А у таких бывает, что обычные страны им становится скучны, тянет на экзотику покруче. Не поэтому ли он учился в 1993 году в Москве в театре у Фоменко? Об этом только двухстраничный мемуар, но крайне забавный — стрельба, выгоревшие машины у дома, покупка запрещенных веществ у солдат, парень с колотой раной вежливо просит помощи. В последующие годы наша страна, видимо, поскучнела — Тровик перекинулся на Северную Корею.

Был там 20 раз, привозил норвежские культурные миссии, оркестры и коллективы КНДР отправлял к себе в страну. Высшее достижение — организация концерта Laibach в Пхеньяне. (далее…)

Будда, черный человек и сезонная поэзия

Красная птица: Детская литература Японии. СПб.: Издательство книжного магазина «Желтый двор», 2020. 224 с.

Выход этой книги — радость даже трижды. Во-первых, ее публикацией книжный магазин «Желтый двор» сигнализирует о появлении нового востоковедного издательства. Во-вторых, в «Птице» обилие оригинальных иллюстраций — и эта целая выставка потрясающе своеобычных и просто «каваий» рисунков первой половины прошлого века. В-третьих же, очень давно пора издавать не только буквально всего Мураками и искать срочно второго Мураками, а обратиться к истории японской литературы, освоенной у нас далеко не полностью.

История же «Птицы» любопытна тоже во многих планах. Это не только был практически первый детский журнал в Японии, но и каноны новой литературы для детей задавал он же. Создатели альманаха (1918—1936) даже поставили себе задачей отчасти изменить отношение к воспитанию, к самому отношению к детям. От традиционных «кандзэн-тёаку» (поощрение добра и порицание зла) и «риссин-сюссэ» (преуспевание и достижение жизненного успеха) акцент смещался на то, чтобы воспринимать ребенка как равную, полноценную личность, с собственным миром, на языке которого и пытался говорить журнал. Отсюда и появление новых жанров, тоже имеющих непосредственное отношение к журналу — «дова» — детский рассказ и «доё» — детское стихотворение. (далее…)

Ruth Finnegan. Time for the world to learn from Africa. Balestier Press, 2018, серия Hearing Others’ Voices

Когда нам приходится рассуждать об Африке, мы привыкли исходить из того, что Африка традиционно играет роль ученика и подмастерья, — а себе, представителям условно западного мира, мы также традиционно отводим роль учителя. Мнение это, хотя и в чем-то верно, все-таки крайне однобоко: ведь все культуры учатся друг у друга, это процесс взаимный и именно принцип взаимности позволяет культурам развиваться и, следовательно, существовать.

К сожалению, очень мало говорится и пишется о том, как и чему поучиться у Африки можем мы, представители западной цивилизации, и это при том, что африканский континент имеет богатейшее культурное наследие — это и предания м мифы, и музыка, и пословицы и афоризмы, и, традиционная медицина, различные духовные практики и связанные с ними инсайты, и многое, многое другое. (далее…)

«Мир, ты проиграл». Свидание было назначено на вечность, там, куда не потыкалось заблудшее стадо. Свидание, или дуэль? Твой выстрел ознаменовал конец времени колокольчиков, они стали беззащитными цветами, и – звон одинокого колокола, никого около… Ты смеялась и плакала в моих воспоминаниях, ранив то, что было твоим; вы пошли с ним туда, где не было никого, ты попала в цель. Это мог быть наш мир… Воссоздашь его с кем-то еще, ты умеешь, ты всё умеешь. Я же – только и могу подумать: «Мир, ты проиграл». (далее…)

Родился я при обстоятельствах довольно забавных. Не как остальные, но вследствие мнимой беременности. Это когда женщина внушает себе, а у нее взаправду вырастает живот, и прочие проявляются признаки. Только к развитию настоящего плода такая беременность не приводит. Я же, однако, не только развился, но даже вылез. Так вот я и родился, — считай, из ничего.

Отца у меня, получается, нет. А вот старшая сестра присутствует. Но она родилась уже простым способом. Родилась и родилась – нечего и рассказывать.

Только из нас двоих именно ей, почему-то, присущи всевозможные странности. Сам я – тих и порядочен; любой, кто хоть малость знает меня, подтвердит. Сестру мою тоже любят, но больше за внешность.

Она и правда хороша собой – всегда на нее засматривались и мужчины, и женщины, и даже дети. Волосы темные, кожа бледна, взгляд, как говорится, чарующий; в минуты особо возвышенных состояний она как вперит этот свой взгляд, и будет, не моргая, смотреть, пока несет полную чушь, — становится даже страшно.

Эти странности, впрочем, придают ее образу известного рода перчинку. Что нравится многим куда больше покладистости и кроткого нрава.

Но не мне; я всегда находил ее женщиной неспокойной и старался держаться вдали. Очень уж часто ее посещают идеи: может начитаться чего-нибудь эдакого, что, в ее случае, вредно. И не раз эти идеи касались меня. (далее…)

Выступление в Генуе, 2008. Из личного архива

Режиссер, поэт и художник Татьяна Данильянц о бессилии слов перед реальностью, Венеции, любимом кинематографе, русской и армянской родине, об идеале созидательной жизни, «Молодом папе» Соррентино и своей новой книге «В объятиях реки» (Воймега, 2019).

Александр Чанцев: Ты по-возрожденчески занимаешься столь многим — кино, поэзией и фотографией. Что-то на определенных этапах важнее? Что-то, возможно, вообще самое главное для тебя?

Татьяна Данильянц: Все эти занятия связаны с моими, назовем их так, органами понимания/ распознавания окружающей реальности, это результат их работы. Все эти занятия одинаково для меня важны. Работают эти «органы» несколько по-разному, попробую объяснить, как я это ощущаю.

Кино, в принципе, тотальное занятие. Проверено временем, что когда я делаю фильм: снимаю, монтирую, — то не могу писать стихи или делать арт-проекты. И связано это не только с чрезмерной занятостью. (далее…)

ОКОНЧАНИЕ. НАЧАЛО ЗДЕСЬ

Улиточный фаст-фуд. Уэззан, Марокко, 2009

Есть параллельная, косвенно связанная с Муаммаром тема: те же страны Залива, их аналогичная Ливии богатая «природная рента», и их стремление, — не повсеместное, но местами очень заметное, – применить богатство в благом ключе для общества.

Страны Залива, конечно, работают на условное благо своих граждан. Но пока что не всегда умело, так как опыт государственности у них крайне мал и, главное, всё осуществляется при помощи иностранных советников. Которые дают им советы по организации государственной работы, разумеется, в рамках своего, западного опыта. С другой стороны, думаю, что никто перед советниками не ставит задачи по внедрению в странах Залива демократических институтов.

Если присмотреться — там очень жёсткие механизмы контроля граждан, про неграждан и не говорю. Ну и, разумеется, они занимают крайне активную позицию во внешней политике. Последнее довольно долго не осознавалось западными странами — не по причине небывалой мудрости и прозорливости деятелей из стран Залива, а по совсем другим причинам…

По причинам углеводородным?

Это тоже, да ещё и разница менталитетов, которую никто не отменял.

До эпохи создания нефтяных концессий на Аравийском полуострове проживали враждовавшие между собой бедуинские племена, а до 1960-х (грубо говоря) даже концессии им не помогали зажить счастливо и богато. Откуда же им набраться опыта? Неужели за последние 50 лет? Жили они всегда так, как ты видел на Сокотре. Возможно даже хуже, потому, что на Сокотре ты, наверное, застал йеменский коммунизм: школы, какие-то подобия колхозов.

Твоё предположение звучит интригующе, но всё же: а были ли у йеменского коммунизма реальные преимущества перед традиционным аравийским племенным укладом?..

Думаю, что да, были — их дети всё-таки пошли в школы, существенно снизилась детская смертность, и пр. Вообще, на Сокотре вспоминают те времена хорошо, очень жалуются на воинствующий исламизм. В этом отношении мусульманским странам нелегко: критиковать закручивание гаек и стремление сделать так, как было во времена Пророка (к чему призывают консервативные проповедники) — значит критиковать самого Пророка, так что на открытый конфликт с радикально настроенными движениями власти большинства мусульманских государств не идут. А с другой стороны — свободы хочется, тем более что не так уж давно мусульманские ныне общества, включая и сокотрийское, вели вполне себе светский образ жизни. (далее…)

Лингвист, этнолог, переводчик, стипендиат Фонда Марии Склодовской-Кюри (MSCA), научный сотрудник Института изучения культуры и общества Университета Наварры в Памплоне Сарали Гинцбург — об Африке и Ближнем Востоке, о транзитивных текстах и «академическом варварстве», о магрибско-европейских поэтических батлах, о демократии и «свободных флиртующих интеллектуалах».

В роще драконовых деревьев на плато Диксум, о. Сокотра. Весна 2019

Игорь Сид: Когда Институт перевода готовил в Москве Русско-арабскую школу переводчика, нам порекомендовали пригласить руководителем тебя, на тот момент преподавателя Хьюстонского университета в США, — как одного из самых разнообразных, в плане кураторского и исследовательского опыта, арабистов и востоковедов. И вот первый вопрос: зачем (сейчас) нужны востоковедение и арабистика?

Сарали Гинцбург: Хороший вопрос, — потому что ответ может звучать неоднозначно. С одной стороны, в России сегодня довольно много вузов, предлагающих изучать различные аспекты востоковедения, их в разы больше по сравнению с годами, моего студенчества. Это должно бы говорить о том, что востоковедение всё более интересно обществу – и, заметим, одно из первых мест в списке востоковедных профессий занимает арабистика. С другой стороны, нет ощущения, что профессия востоковеда в этом самом обществе реально востребована. Аналогично, в Европе значительная часть крупных вузов, заметив низкую рентабельность этой профессии, закрыли или расформировали востоковедные свои отделения, предлагая просто курсы восточных языков, культуры и религии. (далее…)