Предыдущий выпуск (Виктор Топоров и Елена Шубина. И ответы Олега Зайончковского) читайте здесь

Короткая справка из Википедии: Андрей Новиков-Ланской — русский поэт, прозаик и публицист. Заведующий кафедрой телевизионной критики Высшей школы (факультета) телевидения МГУ имени М. В. Ломоносова. Действительный член МЕАТР (Международная евразийская академия телевидения и радио (МЕАТР)). В повести-притче «Кто против нас?» (2002) изображена Сталинградская битва в её религиозном аспекте, по мотивам повести снят документальный фильм. Роман «Аристократ» (2007) исследует психологические корни аристократизма, номинация на премию Национальный бестселлер в 2008 г.

Есть ли среди Ваших знакомых писатели, чьи тексты отказываются издавать, хотя эти тексты вполне достойны быть изданными и прочтенными публикой? Если возможно, назовите, пожалуйста, примеры. Каковы причины отказов?

Я думаю, у большинства писателей, включая замечательных, есть тот или иной объем текстов, которые они не могут издать. Главная причина – экономическая цензура. У издательств есть четкое, хотя порой и ошибочное, представление о рентабельности форматов. Главное ошибочное представление – о нерентабельности малых жанров, сборников повестей и рассказов. Писателям с коротким дыханием – Пушкину и Чехову, Бунину и Куприну — издаваться сегодня было бы крайне трудно.

Есть ли в литературном произведении некая грань, за которую писателю, желающему добиться успеха (например, успеха, выраженного в признании читателями), заходить не следует? Может быть, это какие-то особые темы, которые широкой публике могут быть неприятны и неудобны? (Если да, то приведите, пожалуйста, примеры). Или, возможно, существует какая-либо особая интонация, которая может вызвать у читателя отторжение и из-за которой весь потенциально вполне успешный текст может быть «самоуничтожен»?

В модернистской (по сути романтической) традиции, которую современная элитарная литература никак не может преодолеть, грань неперехода предельно отдалена, сливается с горизонтом. Я сознательно культивирую классицистскую (в широком смысле) эстетику, посему ограничений здесь куда больше, чем вольностей. Но ограничений скорее стилевых и вкусовых: при деликатном обращении со словом возможны любые темы. А что касается литературы популярной, там, где читательская аудитория понимается как клиент, действует закон рынка: предлагать то, что покупают, потакать массовому вкусу и меняться вместе с ним.

Если такие темы и интонации, по Вашему мнению, существуют, то держите ли Вы в уме эти вещи, когда пишете? И насколько это вообще во власти писателя – осознанно управлять такими вещами?

Я думаю, что любая интонация и тема имеют своего потенциального читателя. Но маргинальная поэтика ограничивается маргинальной аудиторией. Если амбиции автора не знают границ, то эти границы должны присутствовать в его творческом сознании. Профессиональный автор обязан уметь контролировать себя, конечно. Во всяком случае, контролировать в процессе редактуры.

Что приносит писателю (и, в частности, лично Вам) наибольшее удовлетворение:

— признание публики, выраженное в том, что Ваша книга издана и люди ее покупают, читают, говорят о ней?

— признание литературного сообщества (выраженное в одобрительных отзывах коллег и литературных критиков, а также в получении литературных премий и попадании в их шорт-листы)?

— или более всего Вас удовлетворяет метафизический и психологический факт самореализации – т.е. тот факт, что произведение написано и состоялось (благодаря чему Вы, например, получили ответы на вопросы, беспокоившие Вас в начале работы над текстом)? Достаточно ли для Вашего удовлетворения такого факта или Вы будете всеми силами стремиться донести свое произведение до публики, чтобы добиться первых двух пунктов?

На мой взгляд, масштаб авторской личности возрастает как раз от первого пункта к третьему в этой схеме. Но все три по-своему важны, конечно.

Что Вы думаете о писателях, которые активно себя раскручивают – как лично, так и через друзей и знакомых? Должен ли писатель заниматься этим не совсем писательским трудом?

Лично мне нарочитый самопиар кажется неприличным, но, в конечном счете, это больше говорит о человеческих, нежели творческих качествах автора. Гений и прагматик-карьерист – две вещи вполне совместные.

* * *

Далее: ответы Марты Кетро.

Также вскоре мы ознакомимся с ответами Ильи Стогова, Юрия Милославского, Виталия Амутных, Елены Колядиной, Александра Иличевского, Михаила Гиголашвили, Сергея Болмата, Игоря Яркевича, Романа Сенчина, Валерия Осинского, Александра Мильштейна и других.

* * *

Предыдущее:

Новый Опрос. Вопросы к писателям
Виктор Топоров и Елена Шубина. И ответы Олега Зайончковского
О романе Валерия Осинского «Предатель», внезапно снятом с публикации в журнале «Москва»
Точка бифуркации в литературном процессе («литературу смысла не пущать и уничтожать», – Лев Пирогов)
Курьезный Левенталь
ответы Валерия Былинского
ответы Олега Павлова
ответы Сергея Шаргунова
ответы Андрея Иванова
ответы Владимира Лорченкова
Где литературные агенты
Более ранние части Хроники (Оглавление) — здесь.

* * *

КНИГИ ПРОЕКТА НЕУДОБНАЯ ЛИТЕРАТУРА:

ВАЛЕРИЙ ОСИНСКИЙ. «ПРЕДАТЕЛЬ»
ОЛЕГ СТУКАЛОВ «БЛЮЗ БРОДЯЧЕГО ПСА»
ОЛЕГ ДАВЫДОВ. «КУКУШКИНЫ ДЕТКИ»
СУЛАМИФЬ МЕНДЕЛЬСОН «ПОБЕГ»
ДИМА МИШЕНИН «МОТОБИОГРАФИЯ»
УШЛЫЙ ПАКОСТНИК. «ДРОМОМАНИЯ»
ПАВЕЛ ТЕРЕШКОВЕЦ. «ДЖАЗ НА ОБОЧИНЕ»


НА ГЛАВНУЮ БЛОГА ПЕРЕМЕН>>

ОСТАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ: