Нет, не песни бабки моей Мариулы,
Не сказки дядюшки Римуса,
Просто сводки. Но хуже которых нет.
И просто водная гладь без примет.
Была подлодка. Она утонула.
Теплоход был. Он опрокинулся.

Буквально сразу нашли причину,
Кто бы чего ни впаривал.
Судно бесстрашно покинуло порт,
Крен имея на правый борт,
Так что первый же самый вал – опрокинул.
И стала тонуть «Булгария».

Руина. Старуха в маразме лютом.
Вся рассыпАется – тронь чего.
Господи, боже мой! Что за муть!
Разве это и значит – «стала тонуть»?
Всего какие-то три минуты –
И кончено. Да, все кончено.

Иллюминатор черен как дуло,
Плюется придонным силосом.
Потому что понятно: камнем на дно,
А на дне, понятно, черным-черно.
Подлодка была. Она утонула.
Теплоход был. Он опрокинулся.

Три минуты. Немыслимо! Ступор. Тупка.
Так, по памяти, у «Титаника»
ЭТО длилось два с половиной часа,
Ну а в три минуты – кого спасать?
Ни одной не спустили на воду шлюпки!
Даже музычку, мать их, в динамиках

Не успели вырубить – так он жадно
Всасывал реку корпусом.
А вроде окошком чуть зачерпнул
Волжскую клейкую эту волну,
Но все уже – мигом созрела жатва.
И жнец над работой сгорбился.

Конечно, «Титаник» – оно не в тему.
Там был океан и айсберги.
И главное, сам этот пароход.
Новый. С иголочки. Только вот
И наш был не из папируса делан,
А скончался при первом же насморке.

Ну, в смысле – дождике. Моросило.
Ветер. Гром погромыхивал.
И с палубы внутрь увели детей,
В Музыкальную комнату, чтобы те
Не промокли. Но тут и пришла та сила,
Что всегда приходит ex nihilo.

Из ничего. Не от мерзкого черта,
И не от пастыря доброго.
Или же это их воля видна,
В том, что слегка перелили говна
В септик (в бак!) по правому борту?
И то же самое – с топливом?

В том, что ушли на одном моторе,
Что мастерА – те еще?
Что безопасней плавать в гробу,
В ванне чугунной идти наобум
По синему морю, чтоб, значит, вскоре
Момент опробовать кренящий?

Хорошо. Пусть и впрямь была дрянь погода,
Доброхот нам заметит въедливый.
Только если надо судить по уму,
Надо б сказать доброхоту тому,
Что, как видно, баржи с врагами народа
Затапливались помедленней.

Шла недолго она от местечка Болгар.
У Сюкеево ласты склеила.
Но все еще можно купить билет
На сайте судна, которого нет,
И поплыть прогуляться – с чувством и с толком,
Плюя через тросы леера.

Можно торчать у ящика снуло
Или там, починяя примусы,
Никого не трогать. А только, блядь, –
Уже как-то и нечего починять.
Была одна страна. Утонула.
И другая – считай, опрокинулась.

На дне мы теперь. Все ДАВНО на дне мы.
И вот наш корабль расколотый.
Для рыб, для ныряльщиков – самый вид
Приятный. И только у нас свербит
Что-то там в головах, беззвучно и немо.

Что-то из Музыкальной комнаты.

12 июля 2011


НА ГЛАВНУЮ БЛОГА ПЕРЕМЕН>>

ОСТАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ: