Несколько месяцев назад я опубликовал здесь, в Блоге Перемен свою статью «Проекция нового мира» — своего рода Манифест Перемен, в котором была сделана попытка объяснить смысл существования сайта Peremeny.ru да и вообще смысл существования Перемен и Людей Перемен. Одной из целей Людей Перемен и нашего сайта был назван поиск другого варианта энергообмена — более совершенного и многостороннего, чем «потребительский», товарно-денежный вариант… «Мы хотим нащупать альтернативную, «широкодиапазонную» систему координат. Не такую скучную и примитивную, как система усредненных частот, которой сейчас пользуется почти весь мир. Кто-то, возможно, знает, что эта альтернативная система существует, и уже живет в ней, а кто-то только чувствует, что она должна бы была существовать и если ее нет, то ее надо бы придумать… Эти люди и есть – наша аудитория».

И вот читаю я сейчас новую современную литературу, а именно — Александра Секацкого «Дезертиры с острова сокровищ»…

1000405868.jpg

Вначале было скучно, но потом как-то втянуло, и понемногу я стал видеть переклички с упомянутой статьей «Проекция нового мира» — антипотреблятские настроения, перпендикулярное бытие… Даже дается, собственно, как раз альтернативный способ энергообмена. Называется он в этой книге «Подвеска». Вот как описывается, например, подвешенное кафе:

«Допустим, приходят посетители и что-нибудь заказывают: кофе, пиво, орешки, какое-нибудь горячее блюдо. Заказ оплачен, но предположим, что орешки в конце концов остаются нетронутыми. И, уходя, компания говорит: а орешки подвесьте, пан. И пан записывает мелом на доске: орешки. А в подушечку втыкает булавку с цветной лентой. Теперь орешки подвешены, и любой следующий посетитель имеет право получить их бесплатно — если, конечно, ими заинтересуется. Можно что-нибудь подвешивать, вместо того чтобы давать чаевые. Или, например, блюдо, которое тебе понравилось, можно заказать повторно — на подвеску. Сняв подвешенное угощение, можно взамен оставить что-нибудь приглянувшееся тебе. Но никакого эквивалента соблюдать не требуется, любой посетитель имеет право воспользоваться подвеской, ничего не оставив взамен. Не важно, есть ли у него деньги или нет — может, ему просто так хочется».

Это речь шла о первом подвешенном кафе, в Праге. А потом такие кафе и не только кафе, но и разнообразные другие структуры распространились по всему миру, и уже «прямой заказ отошел на второй план, уступив место депонированию и востребованию»… Возникли целые племена нестяжателей, которые жили целиком с подвесок и так далее (бытие поперек, возврат к идеологии раннего христианства, жизнь в трущобах, короче — бегство с «острова сокровищ», каковым и является современная цивилизация — время в романе отнесено к недалекому будущему).

И вот читаю я это все, и вроде бы оно мне даже понятно и созвучно моим идеям, но нет-нет, да и ловлю себя на мысли, что есть в этой книжке что-то такое «не то». Что-то, постоянно вызывающее сомнение и подозрение. Какая-то что ли крайность неприятная… Возможно, как и во всякой утопии, в этой есть корень антиутопии…

И вдруг присмотрелся — а ведь это и есть антиутопия. Не знаю, пока, сечёт ли сам Секацкий это или нет (не дочитал еще до конца, хотя, кажется, уже и так все ясно)…

Пройдя процедуру «очищения от родового проклятия товара» (будучи «подвешенной», то есть выдернутой из товарооборота и помещенной в контекст иного энергообмена), вещь, в соответствии с теорией Секацкого, теряет свою стоимость и как бы перестает иметь отношение к миру потреблятства. Но тут стоит еще добавить, что на самом деле вещь, если уж доводить эту теорию и практику до конца, теряет не только стоимость, но и теряет вообще цену и ценность. А в итоге пропадает и сама… Становится невесомой, растворяется.
Практика «подвешивания», такая милая и симпатичная на первый взгляд, это антиутопия уже потому, что последствия такой практики неизбежно ведут не к райской жизни, а к разложению (до степени «ничто»). По крайней мере так это для материального мира, в который мы заброшены. Потому что в материальном мире все же нужны деньги, нужен товарооборот и необходим (да и неизбежен) материальный эквивалентный энергообмен. Не только он, конечно, и даже не он на первом месте. Но он в числе прочих. И никак без него. Без него жизнь прекращается. Сейчас поясню.

Секацкий в своем тексте говорит так (от имени своего героя Бланка): «Радость, доставляемая вещью, напрямую зависит от способа ее приобретения. Скажем, имущество, заработанное честным трудом, — это предмет законной гордости. Нет на свете выше звания, чем честный труженник, так думает каждый честный труженник, к радости жрецов идолища поганого… Ведь эти подобия мыслей — прекрасная закваска для зависти и жлобства, а следствие нелепой гордости — добровольно принудительное порабощение»…

Для людей, которых описывает Секацкий (нестяжателей, бланкистов), — идеал это вообще ничего не делать, ну то есть нужно просто гулять и собирать «подвески» и все… главное не участвовать в систематическом труде, и даже более того — лучше в принципе отказаться от использования денег, от хождения в магазины, от персонифицированного «эквивалентного обмена», от авторства и копирайта… И вот тут как раз и начинается корень крайности. Он прав, конечно, этот Секацкий, когда говорит о том, что свою жизнь не нужно менять на деньги и на вещи и не нужно становиться рабом своих (сгенерированных непонятно как и кем) желаний и кормить своей жизнью всю эту Гидру-матрицу. Но взамен он предлагает другую крайность: не любить деньги, послать всю эту систему на хрен, маргинализироваться… А ведь что дальше? А дальше человек сначала становится паразитом (ну то есть насекомым таким), а потом и вовсе перестает быть человеком, а потом перестает быть… Закон сохранения энергии, который действует в этом мире, просто не позволит человеку жить и быть, если он попытается миновать «эквивалентный обмен».

Секацкий и его герой Бланк как-то забывают, что настоящая жизнь, настоящий Обмен Токами происходит только тогда, когда ты действительно что-то даешь и со-здаешь и получаешь обратно. А его герои ничего не создают. Они очистили свою жизнь от труда вообще, в том числе и от труда, который нужно приложить, чтобы что-то создать. Они только пользуются тем, что создают другие…
«Подобно тому, как с вещей смывается их товарная форма, то есть необходимость платить хотя бы персонально адресованной признательностью, с ленточных носителей «смывается» имя автора». Это верно. И даже больше… Стирается на самом деле не только имя. Стирается все — остается только пустота, бесплодная и неоплодотворенная, как во время мастурбации…

«Подвешенные вещи экологически чисты именно потому, что их «отправитель» не рассчитывает на компенсацию даже в том смысле, что ему это когда-нибудь «зачтется», а получатель, испытывая благодарность, никак ее при этом не персонифицирует». Это да, экологически чисто.. Просто стерильно, никаких бактерий… Но только теряется главное — жизнь… Теряется коммуникация, прерывается поток. Безадресная благодарность это ведь что значит? Это значит просто расплескивание благодати в пустоту (то есть на кого Бог пошлет… собственно и весь принцип подвесок — в этом) — может быть попадется к кому-то, а может и нет…

Короче говоря, Секацкий предлагает альтернативный вариант энергообмена, который, как мне кажется, нежизнеспособен. Не будет он работать (к счастью, наверное).

Я под другим вариантом энергообмена подразумевал не совсем то, что подразумевает Секацкий. И уж точно я не предлагал отказываться от денег и товарооборота. Это просто глупо было бы… Деньги это хорошо, их любить надо. И тратить. И получать. И опять тратить… Они просто материальное выражение внутреннего благосостояния человека… И от удовольствия получить какую-нибудь приятную вещицу (благо, выраженное на материальном носителе) тоже отказываться неправильно. И от удовольствия улыбнуться кому-нибудь в ответ на его улыбку — ну, неестественно это, отказаться от такого удовольствия.
Я говорил в своей «Проекции нового мира» о другом… О том, что не нужно себя ограничивать, упрощать и усреднять. И в этом смысле секацкая жизнь поперек — имеет смысл. Не знаю, как насчет бегства с острова сокровищ… хотя «остров сокровищ» — символ хороший. Тут на днях traсktor в Блоге Перемен опубликовал (потом стер правда) историю:

«Есть у меня один знакомый, зовут его Сергей. Сергей — коматозник. Он работает в магазине продавцом. Продает детали для автомобилей и, уходя в пятницу вечером в бар, очухивается только в понедельник утром. Вот так. А самое чудесное то, что он может без запинки от и до рассказать “Остров сокровищ”.

Вот про это я говорил… Не нужно в кому впадать от беспрерывной работы и забывать, что кроме нее и потребительской деятельности (сидения в баре, например) есть еще множество всего интересного на свете.

В общем, продолжаем искать альтернативную систему энергообмена. Вариант Секацкого не катит.


комментариев 6 на “«Дезертиры с острова сокровищ»”

  1. on 02 Май 2007 at 8:36 пп nyddle

    да, там довольно дешёвая философия…

  2. on 09 Май 2007 at 5:43 пп paragvaii

    Секацкий — гламурный философ)

  3. on 13 Май 2007 at 8:05 пп кай

    по-моему, «не то» здесь то, что предлагается получать материальные вещи без вложения материальных средств. а вопрос не в этом. а в том, как получить вещи нематериальные, которые никакими материальными средствани не купишь, только вложением _дофигищи_ времени и воли. вот здесь уже можно рассуждать, как направить парадигму Дофигищи в ту или иную сторону, где ослабить, где прибавить. а в кафе и так можно сходить :)

  4. on 25 Май 2007 at 1:10 пп сосискин

    Речь идет всего лишь об одной из эффективных техник очищения своего собственного мировосприятия от «товарной бирки». Противостояние пользоприношению — форма не-делания. Яркий пример, как сознание (и самонацеливание) на приношение пользы губит самые благородные порывы — это средняя и старшая школа как институция, где приобретение знаний и умений доведено до психопатологии со звонками, перебеганием из кабинета в кабинет «по звонку» и другими «замороженными» формами жизни и т.д.

    В «Дезертирах…» можно усмотреть и форму трудовой

  5. on 25 Май 2007 at 1:15 пп сосискин

    Речь идет всего лишь об одной из эффективных техник очищения своего собственного мировосприятия от «товарной бирки». Противостояние пользоприношению — форма не-делания. Яркий пример, как сознание (и самонацеливание) на приношение пользы губит самые благородные порывы — это средняя и старшая школа как институция, где приобретение знаний и умений доведено до психопатологии со звонками, перебеганием из кабинета в кабинет «по звонку» и другими «замороженными» формами жизни и т.д.

    Еще пример того мышления, от которого уже тошнит: надеваю темные очки в учительской. Подходит коллега. «Тебе так удобней? Или глаза болят? Или модно?» Нет, говорю, я просто сижу в темных очках. Люди постоянно ищут известных объяснений явлениям мира. Это есть следствие «потреблятского» отношения к самому миру, поиск в нем чего-то, чем можно ВОСПОЛЬЗОВАТЬСЯ, надеть свою (или чаще чужую) метку.

    В «Дезертирах…» можно усмотреть и форму трудовой деятельности будущего: нет «постоянного места работы», где человек может сделать «карьеру». Наоборот, я еще не знаю, кем я буду завтра, я предоставлю это «хаосу», но с его поМОЩЬю стану еще больше собой, чем раньше. (читайте речь «послушай Дункель!»)

  6. on 14 Фев 2015 at 5:21 пп Tishkez

    по-моему, это самая практический труд

НА ГЛАВНУЮ БЛОГА ПЕРЕМЕН>>

ОСТАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ: