Садху Ом. Высшее значение Само-исследования. Избранное. 3 | БЛОГ ПЕРЕМЕН. Peremeny.Ru

ПРОДОЛЖЕНИЕ. НАЧАЛО — ЗДЕСЬ. ПРЕДЫДУЩЕЕ — ЗДЕСЬ.

2 января 1978

Как только мы всем сердцем выбрали Бхагавана своим гуру, нам не о чем больше беспокоиться: мы теперь как дитя на руках у матери. Конечно, мы не можем ожидать, чтобы Бхагаван выбрал нас своими учениками, потому что с его точки зрения нет никаких других, так что это только для нас – решить, что он наш единственный гуру и заступник.

Когда мы всем сердцем решаем, что это так, мы действительно создаем связь или сатсанг с ним. Это подлинный сатсанг, такой, о котором он говорит в первых пяти стихах «Улладу Нарпаду Анубандхам»* (*Дополнительные стихи к поэме «Сорок стихов о Том, что есть»). Коль скоро мы окунаемся в благодать этого сатсанга, он будет работать изнутри и снаружи. Снаружи он будет оформлять наиболее подходящим образом наши физические обстоятельства, а изнутри он будет работать глубоко с нашим cittam (умом), вычищая наши васаны путем сожжения, иссушения, взбивания или поступая с ними каким-либо иным наиболее подходящим для этого способом. Возможно, мы не заметим никаких изменений, потому что ум – это не подходящий инструмент для определения нашего духовного прогресса.

Степень влияния его тишины, конечно же, зависит от нашей восприимчивости, от готовности получателя. Как он сказал в «Nan Yar?» («Кто я?»), мы должны неотступно следовать пути, который показал нам гуру. В своей любви к нему мы должны быть искренними. Он говорит, что он сияет в каждом из нас как «Я», так что если мы действительно любим его, мы естественно и счастливо будем удерживать внимание в этом «Я». И когда, тем самым, мы находимся в его руках, он сделает так, чтобы мы делали всё то, что необходимо. Когда мы должны пребывать вниманием в Естестве, он сделает так, чтобы это было именно так, а когда нам нужны какие-то другие переживания, он организует и их. Если Бхагаван был действительно эффективным гуру (нашим реальным Я), когда он проявлялся в теле, тогда он также должен быть эффективным гуру сейчас. Но тогда он был со всеми его (брахмановскими) пятью аспектами (sat-cit-ananda-nama-rupa [бытие-сознание-блаженство и имя-и-форма]), тогда как сейчас он не имеет аспекта nama-rupa, своего ложного аспекта, и поэтому он сияет беспрепятственно как чистая sat-cit-ananda. Поэтому его сила теперь бесконечна.

Он часто говорил, что его тело скрывает его истинную природу, и что те, кто смотрят на тело как на гуру, будут разочарованы. Теперь его тело ушло, он остался с нами без внешней формы, за которую можно было бы цепляться, поэтому у нас нет никакой альтернативы, кроме как принять как гуру только это «Я есть».

Я обнаружил, что многие ученики, которые пришли к нему уже после того, как он оставил тело, более искренни и имеют более ясное понимание, чем большинство из тех, кто пришел до того. Он спасает нас теперь от ошибочного понимания, будто он тело, так разве мы получили бы какое-то преимущество от хождения по другим телам, даже если они имеют репутацию великих махатм? Он говорил, что величайший махатма внутри, так почему бы нам не забыть о тех других махатмах и не пребывать в покое как этот внутренний махатма (наше реальное Естество)?

Используя помощь, которую дал нам Бхагаван, мы можем теперь видеть, что любой, кто собирает людей и бродит по миру, думая, что ведет других, не настоящий гуру, потому что гуру не видит никаких джив, которых нужно было бы вести. Бхагаван никогда не пытался никого вести, но просто пребывал покоем, и для него самого это всегда было великим чудом, когда люди приходили к нему со словами: «Бхагаван, я не знаю себя, пожалуйста, покажи мне путь к себе». Что он мог ответить? Он мог лишь задать встречный вопрос: «Кто не знает какого себя? Кто этот Я?»

*

Мантра – это набор священных слогов, это слово буквально означает «то, что защищает в ходе медитации», оно происходит из того же корня, что и manas (ум) и manana (медитация или размышление). Кто должен быть защищен? Эго! Имя Бога, по крайней мере, ведет нас к Богу, а мантра только защищает нас (эго, ум или индивидуальность) от Бога. В Индии так много разговоров было о мантрах, что в наши дни люди не удовлетворены, если им не дадут мантру. Однако мантры существуют только для мирских вещей, поэтому Бхагаван и Рамакришна никогда никого не посвящали в мантры.

Инструкция Бхагавана, касающаяся мантра-джапы [практики повторения мантры] была следующей: найдите источник, из которого поднимается звук мантры. Что это означает? Поскольку звук возникает из того, кто повторяет мантру, ему следует игнорировать мантру и вместо этого твердо держаться само-внимания.

Ум должен стать однонаправленным и придерживаться только одной единственной вещи, но для этого нет необходимости практиковать концентрацию на втором или третьем лице, например, на нашем дыхании или на мантре или на имени Бога. Мы точно так же можем начать нашу практику концентрации путем отдачи всего нашего внимания первому лицу, «Я». Если вы хотим научиться ездить на велосипеде ради того, чтобы доехать на нем до Тирукоилура, то почему бы не начать нашу практику прямо на дороге в Тирукоилур? Подобно этому, если наша цель – истинное Я, почему бы не начать с того, чтобы отдать все внимание Я?

Некоторые говорят, что сохранять внимание в «Я» сложнее, чем обращать внимание на другие вещи, однако как они могут доказать это? В первой части книги «Путь Шри Раманы» я объяснял, что сложно, а что просто. Куда бы и когда бы ты ни пытался направить внимание, тебе требуется подтянуть его к этой цели, и это сделать легко – является ли этой целью «Я» или какой-либо объект. Сохранять внимание на первом лице есть нечто, что происходит «по умолчанию», и направлять внимание на что-либо другое ни в коем разе не может быть легче. В самом деле, практика концентрации на каком-либо объекте лишь увеличит склонность ума выходить наружу, и это будет мешать нам, когда мы попытаемся развернуться к истинному Я.

*

В «Кто я?» Бхагаван говорит: «…Когда тело умирает, ум схватывает и уносит прану прочь». Это означает просто, что когда ум утихает в своем источнике, склонность или привычка дышать тоже стихает. А потом, как только ум поднимается вновь, проецируя новое тело, функция дыхания возобновляется автоматически и сразу. Там, где есть сознавание тела, есть и дыхание. Дыхание – это неотъемлемая привычка ума, и если мы попытаемся рассмотреть, как начинается дыхание, ум утихнет. Это еще один маяк для само-внимания [потому что то, откуда начинается дыхание, это не что иное, как мы сами].

<…>

Бхагаван часто говорил, что сновидения – это деятельность наполовину запутанного ума, а бодрствование – это деятельность полностью запутанного ума. По сути, и сам ум – это сплошная путаница. У нас очень много запутывающих убеждений. Например, что мы рождены, что у нас есть прошлое и будущее и проч. Но если мы как следует рассмотрим все эти вещи, то увидим, что они становятся известны только после того, как мы начинаем существовать в виде этого ума. Если мы внимательно и тщательно изучим, как возникают все эти мысли, то обнаружим, что лишь «Я есть» остается всегда. Прошлое и будущее – это только мысли, которые существуют сейчас, в настоящий момент.

Именно поэтому я завзятый атеист. Я говорю так: не верьте ничему, чего вы не знаете! Единственная вещь, которую вы знаете непосредственно и точно, это «Я есть». Мы знаем о своем рождении только от других, но мы знаем этих «других» уже только после того, как знаем себя. Наше нынешнее знание о прошлом – это всего лишь идеи, почерпнутые из памяти или внешних источников, которые есть второе и третье лица, но эти второе и третье лица мы знаем только после того, как знаем первое лицо. Наша вера в существование будущего также полагается только на второе и третье лица, а именно на способностях нашего ума к реконструкции. Даже наши переживания настоящего момента известны нам не непосредственно, а только через ум и органы чувств. Стало быть, все знания – это просто отражение нашего изначального знания, «Я есть». Все они – жалкие отражения нашего собственного само-осознавания, и кажутся реальными и устойчивыми только в силу нашей ментальной запутанности, которая исчезнет, если мы как следует рассмотрим первое лицо или же настоящий момент.

В «Кто я?» Бхагаван говорит, что те, кто получат милостивый взгляд гуру, точно будут спасены. Однако взгляд гуру – это не просто взгляд физических глаз. Если мы хотим знать, смотрит ли на нас кто-либо, мы должны посмотреть на него, и поскольку Истинное Я – это гуру, мы должны развернуться к себе и посмотреть, смотрит ли на нас Истинное Я. На самом деле, гуру всегда смотрит на нас, так что для спасения мы должны только обратить на него внимание, смотреть на того, кто сияет как «Я».

Многие говорят мне: «Это само-исследование очень сложная штука, поэтому, пожалуйста, расскажи нам об отдаче себя». Но в «Кто я?» Бхагаван говорит, что единственная отдача себя – это само-внимание: быть полностью погруженным в atma-nistha [само-пребывание], не давать ни малейшего пространства возникающим мыслям, оставаться только в atma-cintana [само-созерцании] – вот что такое отдать себя Богу.

<…>

Цель всех йог – сделать ум однонаправленным, так чтобы у него появилась сила пребывать устойчиво в своем источнике. Вот почему я всегда рекомендую людям оставаться с одним гуру и всем сердцем следовать его учению. Даже если это ненастоящий гуру, искренняя гуру-бхакти и однонаправленность ума вскоре дадут вам ясное понимание, что он ненастоящий. Вот почему Бхагаван критиковал людей, которые посещали многих махатм. Например, в стихе 121 «Гуру Вачака Коваи» он говорит: «Ты, так стремящийся увидеть и восхититься тем махатмой и этим махатмой! Если ты исследуешь и непосредственно узнаешь природу своего собственного махатмы [великого Естества] внутри себя, [ты увидишь, что] каждый махатма – это всего лишь тот единственный [твое собственное Естество-Я]».

Если ты встретишь настоящего махатму, он научит тебя тому, что атма в тебе – это та же атма, которая во всех махатмах, и поэтому бессмысленно ходить к другим махатмам. Однонаправленная гуру-бхакти необходима для подлинной практики само-внимания.

Другое указание на само-внимание – это совет попытаться увидеть когда в точности, как и откуда возникает мысль. Внимание к этому автоматически заставит ум стихнуть. Мысли возникают только тогда, когда присутствует невнимательность к Я (pramada), внимание к любому «не Я».

3 января 1978

Вопрос: «Внимание к настоящему моменту – это то же самое, что и само-внимание?

Садху Ом: «Да, или скорее это подсказка, ведущая к само-вниманию. Внимание к любому второму или третьему лицу невозможно в каждый конкретный настоящий момент, потому что мысли, которые возникают при передаче внимания второму или третьему лицу, всегда в движении. Такое движущееся внимание никогда не может привести к знанию того, что реально, потому что для того, чтобы знать, что реально, внимание должно оставаться неподвижным [ведь именно неподвижность есть природа реальности].

Если вы ищете настоящий момент во втором и третьем лицах, вы никогда не найдете его там, но найдете только постоянное движение от прошлого к будущему. Однако если вы направите внимание на первое лицо, внимание остановится, а когда внимание неподвижно, оно растворяется в своем источнике. И тогда вы узнаёте, что Я всегда присутствует как «сейчас», и что всё прочее не существует.

Когда предлагаешь людям направить внимание на «сейчас», они обнаруживают, что не могут этого сделать, потому что они привыкли направлять внимание только на второе и третье лица. Указание удерживать внимание на Себе очень важно, потому что только так мы можем понять, что такое на самом деле настоящий момент.

В первом предложении первого стиха посвящения «Ulladu Narpadu» («Скоро стихов о Том, что Есть») Бхагаван спрашивает: «Без [или кроме как] того, которое есть, может ли быть сознавание бытия?» То есть, если бы не было того, которое есть, а именно «Я», могло ли бы быть осознавание «есть»? Это осознавание «есть», которое само-сияюще, ясно показывает, что существует что-то реальное, и что это реальное не может быть чем-либо другим, кроме как этим осознаванием [потому что осознавание «есть» — это осознавание первого лица – осознавание только самого себя, и ничего кроме]. Это предложение ясно указывает на существование и осознавание «Я», а не какого-либо объекта, потому что мы знаем, что все объекты зависят от «Я».

Поскольку реальность «Я» существует за пределами мысли, в Сердце, а потому называется «Сердцем», как мы можем медитировать на нее? Это ясно показывает абсурдность медитации. Все религии учат, что мы должны думать или медитировать о реальности, или Боге, но ведь коль скоро он существует вне пределов мысли, как можем мы думать или медитировать на него? Поэтому Бхагаван учит нас, что пребывать в Сердце и как само Сердце, как «Я есть» — это единственно возможная правильная медитация. То есть единственный способ, каким мы можем по-настоящему медитировать на реальное, это оставаясь теми, кто мы есть, без мысли. И поскольку то, что реально, пребывает за пределами мысли, мысль никогда не может привести нас к этому. Чтобы достичь этого, мы должны бросить все мысли [включая первое лицо, «я», которое думает] и просто быть как оно есть.

4 января 1978

Сейчас, в состоянии бодрствования, мы говорим так много вещей о состоянии [глубокого] сна, потому что у нас нет ясного представления о том, что такое этот сон. Если мы как следует исследуем сон, мы обнаружим, что нет никакой разницы между сном и джняной. Мы можем использовать сон как пример счастья, которое есть в отсутствии «я», мира и Бога. Наша любовь к состоянию сна подтверждает нашу любовь к состоянию, свободному от эго – вот что имеет в виду Бхагаван, когда говорит в стихе 3 «Ulladu Narpadu»: «[…]
это состояние, свободное от «я», любимо всеми». То, что мы называем сном сейчас, выглядит ограниченным, потому что по пробуждении мы вновь возникаем как «я», но в джняне нет такого ограничения, и поэтому счастье джняны безгранично.

<…>

Говорится, что это мы проецируем мир, однако же это не означает, что видящий и есть проецирующий. Мы как видящий (он же ум, или эго) – лишь часть этой проекции. Как Бхагаван говорит в стихе 160 «Гуру Вачака Коваи»: ложная личность (или душа), которая ведет себя как «я», появляется как одна из множества картинок-теней [в картине этого мира, который подобен кинофильму].

Кто же это «Я», которое мы называем проецирующим? Посредством исследования «кто я?» будет вскрыто не-существование и проектора, и проекции. Аргументы по поводу мира и Бога мелки, как Бхагаван учит нас в стихах 2 и 3 «Ulladu Narpadu». Множественность мира допускает такие пары противоположностей, как «реальное-нереальное», «сознательный-несознательный», «счастливый-унылый». Там, где есть двойственность, будет и сомнение. Естество едино, свободно от двойственности, поэтому Знание Естества [Себя] не оставит никакого места сомнениям. Так что мы должны избегать того, чтобы исследовать Бога или мир, а вместо этого исследовать только «Я». Тогда «я» исчезнет вместе с Богом и миром. И останется в результате «состояние, свободное от эго и любимое всеми» («Ulladu Narpadu», стих 3), которое показано нам в переживании глубокого сна.

5 января 1978

Если «Я» принимается за форму, то мир и Бог тоже будут переживаться как формы (см. «Ulladu Narpadu», стих 4). Даже концепция «бесформенного» Бога – это ментальная форма или образ. Nirguna dhyana, или поклонение Богу без формы – это пустые усилия, подобные тому, которые совершал бы человек, пытающийся добежать до горизонта, чтобы коснуться вездесущего пространства (см. «Sri Arunachala Ashtakam», стих 3). Реальность не может быть найдена ни в какой медитации, которая бы происходила с привлечением ума и его образов. Она может быть найдена только через не-медитацию, которая есть само-внимание. Однако Бхагаван сказал, что нам не следует думать, что поклонение saguna [поклонение Богу как форме] бесполезно. Нам нужно практиковать либо поклонение saguna, либо само-внимание.

В стихе 4 «Ulladu Narpadu» Бхагаван спрашивает: «Может ли то, что видится, быть чем-то отличным от глаза [который это видит]?» Это значит: природа того, что переживается, не может быть чем-то другим, чем природа переживающего это. Посему появляюшийся мир и Бог зависят от появления видящего, «Я», и их формы зависят от формы видящего. Слово «Глаз» также используется в тамильском языке для обозначения джняны [знания или сознания], так что «бесконечный [безграничный, беспредельный] глаз» — это Естество, которое, будучи безграничным и бесформенным, может видеть только бесконечность и бесформенность. То есть Оно никогда не может видеть никаких имен и форм и вообще ничего другого, кроме как Себя. Оно имеет экспириенс исключительно бесформенного само-осознавания, «Я есть». Именно это выразил Бхагаван в стихе 27 «Свадебного венка Аруначале»: «О Аруначала, солнце с яркими лучами, которое съедает всё [всю явленность вселенной] …» (см. также Sri Arunachala Pancharatnam, 1). Это значит: в свете чистого само-осознавания, который есть Аруначала, исчезают эго-«я», мир и Бог. Если бы ни одна из пяти оболочек не переживалась как «Я», то ни мира, ни Бога не было бы видно («Ulladu Narpadu», 5). Мир и Бог поэтому созданы ошибочным отождествлением тела с «Я». Следовательно создатель и мира, и Бога – это только «Я», которое ошибочно принимает себя за тело, и поэтому мы должны исследовать «кто этот я?». Отсюда мы можем заключить, что и мир, и Бог реальны лишь постольку, поскольку реальна идея «я есть это тело», и раз это отождествление с телом нереально, то и мир и Бог нереальны тоже.

Как удалить васаны [ментальные склонности или предрасположенности]? Сейчас мы принимаем эти васаны за «Я» и «мои». Наше плотное тело само по себе – плод этих васан. В глубоком сне мы не переживаем ни одну из них, поэтому мы предполагаем, что они остаются там в виде семени, и чтобы объяснить это кажущееся неведение глубокого сна (которое кажется таковым только с точки зрения ума состояния бодрствования), мы допускаем существование причинного тела, которое считаем суммой всех васан. Это причинное тело, как кажется, занавешивает наше чистое само-осознавание, и поэтому оно видит [в глубоком сне] только состояние темного неведения.

Однако, практикуя само-внимание в состоянии бодрствования, мы станем более ясно распознавать наше само-осознавание, несмотря на игру наших васан, и в результате будем более сознающими их даже во сне. Васаны тогда будут видиться нам как тени, созданные в тусклом свете нашего ума, который есть отражение яркого света само-осознавания. До тех пор, пока мы будем обращать внимание на васаны и на их производные (наши мысли и желания и на объекты мира), мы будем продолжать принимать их за «Я» или «мое» и тем самым будем оставаться их заложниками. Но если мы игнорируем васаны, а вместо этого сохраняем внимание только в «Я», мы их разрушим – ведь делая так, мы вскрываем их нереальность.

Сила наших васан и их кажущаяся бесконечной игра не должны вызывать у нас отвращение. Мы должны помнить: они появляются, потому что Я есть, но они не приходят досаждать нам в глубоком сне, даже несмотря на то, что в нем мы продолжаем существовать, а значит Я есть реально, а васаны нереальны. Оставаясь с такой устойчивой убежденностью, мы должны быть храбрыми и незаинтересованными своими васанами, продолжая непрерывное само-внимание.

Бхагаван дал нам следующее определение реальности: только то, что никогда не заканчивается, остается неизменным и осознает само себя, реально. [Поэтому ни что другое, кроме «Я», не может быть реальным, ведь все прочее преходяще, подвержено переменам и не знает себя никак иначе, чем через посредство «Я».]

Когда мы принимаем существование мира, который мы видим, мы должны признать существование той силы (можно называть ее Богом), которая ответственна за это и за разворачивание нашей прарабдха-кармы, которая есть всё то, что мы переживаем в этом мире. Как говорит Бхагаван в стихе 1 «Взлетных указателей»:

Послeдствия действий всегда обусловлены
волей Господней, в руках Его – всё!
Могут ли действия быть самим Богом?
У них даже Сознания нет своего.

Однако, поскольку Бог не является как объект, воспринимаемый через пять органов чувств, мы говорим, что не верим в него. Это как если бы мы говорили, что мы видим картинки на киноэкране, но не видим свет, благодаря которому они появляются там. Мир – это такие вот картинки, а Бог – это само-осознающий свет, «Я есть», которое делает возможным появление мира и функционирование кармы.

Мир не существует отдельно от тела или ума, как Бхагаван говорит в стихе 5 «Ulladu Narpadu». Мир – это лишь продукт ума, проецируемый посредством пяти органов чувств тела. Картинка мира проецируется на экран, который есть ум, и высвечивается умом, и наблюдается умом. Поэтому этот ум есть не что иное, как Естество. <…>

Принимать тело, которое есть одна из этих картинок, за «Я», и из-за этого чувствовать, будто мир (то есть все прочие картинки) – нечто другое, чем «Я», и находится снаружи, — это заблуждение (майя). Без этого заблуждения «Я есть это тело» никакой картинки мира видно не будет. Из-за того, что мы таким образом ограничиваем «Я», думая, что оно внутри тела, возникают концепции «внутри» и «снаружи». До тех пор, пока заблуждение «Я есть это тело» переживается как реальность, мир тоже будет ощущаться как реальный. Поэтому единственный способ получить экспириенс нереальности и не-существования мира – это исследовать это ощущение «Я есть тело». Если мы будем делать так, оно исчезнет, и тогда мы больше не будем смущены ложной явленностью этого мира. ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ

Один отзыв на “Садху Ом. Высшее значение Само-исследования. Избранное. 3”

  1. on 21 Янв 2023 at 11:18 дп Александр

    Как всегда — Спасибо!

НА ГЛАВНУЮ БЛОГА ПЕРЕМЕН>>

ОСТАВИТЬ КОММЕНТАРИЙ: