Человек обретает знания только с помощью тех, кто им обладает.
Нужно учиться у того, кто знает.
Георгий Гурджиев

К Абсолютному a priori ведёт только один путь
и этот путь есть интуиция. Владимир Шмаков

Основные представления о гурджиевской системе четвёртого пути приобретения знания – «пути хитреца», изложенные в книге самого известного ученика Георгия Гурджиева – Петра Успенского, сформировались у последнего, по-видимому, в 1916 г. – в процессе общения с учителем, регулярно приезжавшим в Петербург из Москвы для встреч и лекций (1). Эту книгу я впервые прочитал в начале 2000-х годов по совету Андрея Якушкина, моего первого наставника в «новой жизни» (2). Она оказала на меня сильное впечатление, но я понял, что без группы и учителя соответствующего уровня этот путь для неофита недоступен, а потому при содействии Якушкина решил начать «поиски чудесного» с московского филиала Школы Золотого Розенкрейца, основанной в начале 1930-х годов в Голландии Яном ван Рэйкенборгом; к этому времени я уже познакомился с фундаментальным трудом Макса Генделя (3).

Интересно, что как выяснилось позднее, Владимир Шмаков в начале 1920-х годов руководил в Москве школой розенкрейцеров, а при создании учения о Великих Арканах Таро (4) использовал теоретические и практические концепции, лежавшие в основе Ордена Розенкрейцеров (5). Система эзотерической философии этого гениального мыслителя меня просто очаровала, и с середины 2000-х годов началось моё «погружение» в её глубины.

Шмаков отметил, что знания практического эзотеризма передаются и воспринимаются только внутренней мистической работой. Многие мои статьи, в том числе опубликованные в интернет-журнале «Перемены», посвящены сопоставлению отдельных доктрин этой системы с концепциями представителей современной науки, не зашоренных догмами атеизма и примитивного материализма. С 2022 г. наибольший интерес к теме вероятного направления эволюции планетарного человечества вызвали у меня работы биофизика Алексея Яшина, который полагает что неизбежным этапом перехода к ноосферному человейнику является расчеловечивание, обусловленное исчерпанием человеком биологическим своего эволюционного предназначения (6).

После опубликования последней статьи мне показалось, что эта тема исчерпана. Но вскоре спонтанно пришла мысль, что эволюция человека – главная тема учения Гурджиева. Решил перечитать книгу Успенского (1) и посмотреть в интернете, в каком состоянии находится это учение. Оказалось, что в 2008 г. Аркадий Ровнер – авторитетный исследователь творчества Гурджиева, стал инициатором создания международного Гурджиевского клуба, на сайте которого размещено много литературы о жизни и творчестве Гурджиева и его последователей. Моё внимание привлекла статья А.Ровнера «Гурджиевская традиция – продолжение следует», в которой он подробно изложил свои представления о современном состоянии традиции и её возможных перспективах; статья, по-видимому, была подготовлена в конце 2000-х годов. Он полагал, что доктрины, созданные на основе учения Гурджиева его основными интерпретаторами, П.Успенским и Д.Беннетом, с течением времени также превратились в рационалистические системы, которые потеряли пластичность и способность к развитию. «Подводя итоги нашего обзора нынешнего состояния традиции Гурджиева, мы можем сказать, что в целом ситуация выглядит как комбинация паралича и хаоса».

По существу, этот вывод Ровнер обосновал в эпилоге своей книги (7), отметив, что в основе гурджиевской космологии лежит идея, что процесс обречён на энтропийную деградацию и упадок, который наступает неизбежно в том случае, если в определённые моменты к нему не приложена добавочная энергия. «После смерти Гурджиева этот закон работал в течение полувека, и гурджиевская «работа» всё более деградировала. Со смертью Гурджиева для множества людей, вовлечённых в орбиту его влияния, а также влияния учеников его учеников, наступила новая эпоха – существования в пустыне без живого источника». Вклад Успенского и его упомянутой выше книги в то, что учение Гурджиева стало доступно искателям чудесного во многих странах, хорошо известен; необычный взгляд на личность этого выдающегося исследователя различных аспектов эзотеризма изложен в книге Гэри Лахмана (8).

Параллельно с просмотром материалов Гурджиевского клуба я приступил к повторному чтению книги Успенского (1). В третьей главе мне попалась «исчерпанная» тема – ответ Гурджиева на вопрос: «Как следует понимать эволюцию?» Некоторые аспекты этого ответа, на мой взгляд, весьма актуальны для эпохи киберфизических систем и гибридных войн, поэтому уместно их конспективно изложить.

Человечество не прогрессирует и не эволюционирует; как и все виды органической жизни, оно существует на Земле для нужд и целей планеты. На протяжении того периода времени, который способен охватить ум человека, в жизни планет не происходит существенных изменений, поэтому не могут происходить никакие принципиальные перемены в жизни человечества. Эволюция больших масс людей противоречит целям природы, поэтому существуют особые силы планетарного характера, которые препятствуют эволюции всего человечества и удерживают его на определённом уровне, соответствующем потребностям планеты на данном этапе её развития. В то же время, как отметил Гурджиев, у отдельных индивидов существуют возможности эволюции, которые можно развить с помощью определённого знания и соответствующих методов. «Эволюцию человека можно понимать как развитие в нём тех сил и возможностей, которые никогда не развиваются сами по себе, механически… Ничто не эволюционирует механически; механически протекают лишь дегенерация и разрушение». Причём такая эволюция необходима только самому человеку, она возможна против интересов и сил мира планет. Более того, силы, препятствующие эволюции человечества в целом, препятствуют и развитию отдельного человека. «Человек должен их перехитрить. И один человек способен это сделать, а всё человечество – не может». Гурджиев полагал, что в нынешнем положении человечества нет ничего, что указывало бы на протекающую эволюцию. «Одно не вызывает сомнений: рабство человека возрастает и усиливается. Человек делается добровольным рабом… Для современной культуры требуются автоматы».

Аркадий Ровнер выделил ряд главных штрихов портрета этого легендарного искателя Истины, определив его как ситуативного гения. Поскольку Гурджиев был выдающимся мистиком, у меня возникли вопросы: почему важный, переломный этап своей жизни – учительство, он начал именно в Москве, где встретил своего знаменитого ученика? Было ли это логически обоснованное решение или интуитивное озарение? Может быть, «голос безмолвия» подсказал ему, что это место наиболее благоприятно для начала передачи истинных знаний?

В изложении своего понимания доктрины Аркана 12 (Повешенный), Шмаков подчеркнул, что решив предпринять подвиг учительства, человек должен дать решение всем вопросам, уметь разрешить все сомнения, которые только могут возникнуть (4). «Такой человек должен на время оставить личное развитие и своё сознание перенести вниз, благодаря чему всякое Учительство есть чистейший, классический и высочайший из видов жертвы». Примечательно, что рассматривая систему Арканов Таро, Успенский расположил Аркан 12 в конце системы – как символ завершающего этапа пути искателя Истины, полагая, что он воплощает идею жертвы (9). «Тот, кто в состоянии пожертвовать всем, сможет сделать всё… От его головы исходило золотое сияние. И я услышал Голос, который говорил мне:
– Смотри! Это человек, увидевший Истину».

Размышляя о происхождении учения Гурджиева, Ровнер в упомянутой выше статье сделал такой вывод: «У нас достаточно причин для того, чтобы опираясь на нашу интуицию и опыт, утверждать следующее: учение Гурджиева было результатом его глубокой интроспекции, в то же время оно было добыто им вместе с группой его сотрудников и получено от контакта с источником высшего знания. Поэтому традиция Гурджиева являет собой пример Легомонизма или манифестации истинного знания».

Появление перечисленных вопросов связано с тем, что в 2004 г. один из моих наставников Лев Клыков познакомил меня с Василием Липовенко, который в течение многих лет занимался исследованиями в области, которую можно назвать метагеографией. Он был весьма эрудирован в различных направлениях эзотеризма, в том числе в астрологии и нумерологии; по образованию – инженер-химик. На нашей первой встрече с Липовенко у него дома моё внимание привлекло множество географических карт на столе. Уточнив цель моего приезда и моё отношение к эзотерике, он подробно рассказал, чем занимается после того, как его осенило, что Божественный План эволюции человечества запечатлён в ландшафте нашей планеты.

Его концепция включала в рассмотрение не только контуры природных образований, но и созданные человеком (границы стран, дороги и т.д.). На мой вопрос – пробовал ли он опубликовать результаты своих многолетних исследований в этой области, Липовенко ответил, что такая публикация требует очень трудоёмкой работы по изготовлению иллюстраций на основе топографических карт различного масштаба, поэтому ни одно издательство за это не возьмётся. По его словам, он «облазил» по картам всю поверхность планеты и определил, что главным сакральным центром – своеобразном пультом управления эволюцией человечества, является Москва, имеющая уникальную кольцевую структуру. Наши встречи продолжались до 2015 г., после чего на мои звонки ответа не было. Мне довелось вместе с Львом Петровым присутствовать на организованных Липовенко встречах ритуального типа, напоминающих молебен в православии. В интернет-журнале «Перемены» есть мои статьи о Петрове и его миропонимании (10); во время и сразу после таких встреч он «наблюдал» на тонком плане необычные явления.

Возможно, Гурджиев мистически предвидел предназначенность Москвы к миссии планетарного масштаба и приехал туда примерно в 1912 г. Но через два года началась мировая война, в ходе которой Российская империя прекратила своё существование. В своей книге (7) Ровнер, эмигрировавший в США в 1973 г., отметил, что Гурджиев приехал в Россию в период редкого расцвета русской культуры, которая в её религиозно-философском, литературном, музыкальном и художественном аспектах «достигла высочайшего развития и обрела устойчивый вертикальный вектор, став одной из ведущих (если не ведущей) культур Запада». На его взгляд, Гурджиеву не посчастливилось найти на Западе такого же чистого резонатора своих идей, каким был Успенский. «Нельзя не отметить, что все западные ученики Успенского и Гурджиева по большому счёту не состоялись». Аркадий Ровнер полагал, что Запад, на который с надеждой смотрели поколения российских мечтателей, предпочёл чечевичную похлёбку праву духовного первородства и окончательно вошёл в стадию «царства количества»; он отметил, что по оценке Гурджиева, уже в первой половине 20-го века это был мир специфических условий, переводящих человека из разряда искателей истины в разряд утилизаторов истины.
________________________
Литература
1.Успенский П.Д. В поисках чудесного. СПб., 1996.
2.Ерёмин В. От Судьбы не уйдёшь. Мои первые наставники в новой жизни. // peremeny. ru / blog /, публ.29054, 15.12.2024.
3.Гендель М. Космоконцепция розенкрейцеров. СПб., 1994.
4.Шмаков В. Великие Арканы Таро. М., 1916.
5.Ерёмин В. «Кто кончил жизнь трагически, тот истинный»…гений! // peremeny. ru / blog /, публ.25102, 06.07.2020.
6.Ерёмин В. Хроники перехода к человейнику. Там же, публ.30016, 14.02.2026.
7.Ровнер А. Гурджиев и Успенский. М., 2002.
8.Лахман Г. В поисках П.Д. Успенского. Гений в тени Гурджиева. СПб., 2011.
9.Успенский П.Д. Новая модель вселенной. СПб., 1993.
10.Ерёмин В. Какие семь печатей должен был снять победивший Лев? Вместо предисловия. // peremeny. ru / books / osminog /, публ.14721, 17.04.2018.

НА ГЛАВНУЮ БЛОГА ПЕРЕМЕН>>