
7 августа 1955-го родился Ребров, один из убойной бригады, мчащей по страницам романа «Сердца четырёх», тогда же родился и Владимир Сорокин. Что из этого следует? А что следует из того, что Достоевский позволил генералу Иволгину по-гаерски употребить надпись с могилы своей матери («Покойся, милый прах, до радостного утра»)? Да ничего! Или – почти ничего. Текст Виктории Шохиной.
ОБНОВЛЕНИЯ ПОД РУБРИКОЙ "БЛОГ ПЕРЕМЕН"

Пападжи — один из самых необычных и загадочных учителей XX века. Публикуем избранные цитаты из книги «Истина есть». «Сохраняя в уме мысль, ты не можешь пребывать в покое. Поэтому не позволяй ни единой мысли задерживаться в твоем уме. И тогда ты увидишь различие. В течение всего лишь одной секунды не позволяй ни единой мысли находиться в твоем уме».

Эссе (с элементами фельетона) В.М.Зимина о русском языке и русском мате написано в 1999 году, но вопросы в нем поднимаются вечные и важные. О чистоте русского языка, о языковых реформах и о месте мата в русском языке. «Ругаться можно, даже нужно, если умело, и красиво, и по делу, если нет — нельзя. Мат — это наше национальное достояние, а потому и обращаться с ним нужно соответственно — разборчиво и бережно».

Проект «Указатели Истины» продолжается. В этот раз будут опубликованы более развернутые или глубокие цитаты из тех Мастеров адвайты, чьи слова уже появлялись в проекте. Начинаем с Нисаргадатты Махараджа. Избранные места из книги «Сознание и Абсолют», а также из видео, получившего распространение под названием «Утерянный сатсанг».

Александр Чанцев поговорил с русистами-переводчиками Ацуси Саканивой (Япония) и Лю Вэньфэем (Китай) об изучении русского языка, переводах русских книг и образе России в Японии и Китае. «Сейчас в Японии люди относятся к русской культуре нейтрально, без предрассудка. Самое главное – не превратить эту нейтральность в равнодушие. В этом современной русской литературе принадлежит большая роль».

Репортаж Тимофея Усикова из пещерного монастыря под Пензой, на грани между киносценарием, поэмой и фантастическим рассказом. История монастыря, жизнь монахов, их голоса, молитвы и быт. «Триста с лишним лет назад… Здесь замуровали себя заживо монахи-отшельники. Бог знает, о чем молились православные схимники в этих кельях-склепах».

В чём сегодня смысл памяти о войне и победе? Как — часто незаметно для нас самих — менялся и продолжает меняться в нашем обществе образ Второй мировой войны в последние, особенно в постсоветские, десятилетия, и почему? Неизбежна ли происходящая на наших глазах мифологизация войны и что можно ей противопоставить? Об этом Ольга Балла говорит с историком русской общественной мысли Андреем Теслей.

Константин Мамаев рассказывает о символической для Японии церемонии — харакири — «сэппуку». Поскольку во многих культурах сохранность тела оборачивается либо залогом, либо знаком вечного спасения или хотя бы загробной жизни, сэппуку — это отказ от потустороннего бытия. Жизнь с её удовольствиями, также как внеземное существование с его внетелесностью при сэппуку оказываются «по ту сторону».

Виктория Шохина к 75-летию журнала «Новый мир». Речь идёт о наиболее заметных вехах на пути журнала с 1925 по 2000 годы. Понятно, что вехи эти как были, так и остались, поэтому редакция «Перемен» считает возможным опубликовать текст без изменений. А также в расчёте на то, что история «Нового мира» будет несомненно дописываться.

В этом году «Новый мир» отпраздновал 90-летний юбилей. В память о Владимире Лакшине, правой руке главреда 1960-х А.Твардовского – времён невероятного творческого взлёта «новомирцев», – Виктория Шохина задала по нескольку вопросов современным писателям, редакторам и критикам: В.Бондаренко, А.Василевскому, Р.Сенчину и др.

«Она была из тех, кто увлажняет сны женатого человека. Кроме того — венецианкой», — так написал Иосиф Бродский об итальянке Мариолине Дория де Дзулиани, чьё очарование захватило московскую богему 70-х годов. И посвятил ей эссе «Набережная неисцелимых». Поэт полюбил мечту. А мечта полюбила Россию. Интервью Кристины Барбано с музой навязчивого, «невоспитанного» Бродского.

При всей известности публикуемых текстов, «Бесчеловечный театр» – первый сборник пьес на русском языке, сконцентрированный на эволюции авангардной драматургии. Объединяя тексты Арто, Введенского, Жарри, Олдисса, Топора, Хармса и др., он заставляет задуматься о том, что Арто или Тцара заслуживают большего внимания российских издателей. Обзор Анатолия Рясова.

Андрей Тесля оценивает творческие и жизненные периоды Сергея Дурылина. Юношеское толстовство, революционные увлечения, декадентские опыты. Есть и совсем иная жизнь – после принятия священства. Лучшие свои тексты Дурылин написал о том, как верят «немудряще»: дети, старики, «простые люди» – эта вера будет для него поистине подлинной.

Андрей Тесля рассуждает о влиянии книг и, более того, их собраний – библиотек – на душу и ощущения человека, который любит читать и мыслить. Каждая книга, каждый текст претендует на неповторимость – их перечитывают и заботливо откладывают до времени, чтобы потом поднять по необходимости. Уникальная значимость письменного слова – вот самый большой авторитет и ценность.





Несколько лет Олег Давыдов странствовал по русским монастырям в поисках мест силы, изучал, фотографировал и фиксировал свои находки, разбирая историю каждого места, жития святых, связанных с этим местом, и другие источники. Мистическая география России - суть настоящего проекта. 111 мест силы Русской Равнины.
«Аштавакра Гита» — один из классических индийских текстов, сконцентрировавших в себе мудрость учения Адвайта-веданты (недвойственности). Его рекомендовали к прочтению такие великие духовные учителя как Рамана Махарши, Ошо и Рамакришна. Перевод Глеба Давыдова — это первый перевод «Аштавакры» с сохранением изначального санскритского стихотворного размера.
Перевод последних бесед индийского Мастера недвойственности Нисаргадатты Махараджа. В течение последних двух лет своей жизни Махарадж совсем не уделял внимания вопросам, касающимся мирской жизни и её улучшения. Он учил лишь высочайшей истине, и по причине слабости тела в некоторые дни говорил совсем мало. Но даже всего-навсего одно предложение было подобно Упанишадам.
Книга Олега Давыдова о великом психотерапевте и шамане Карле Юнге. Внутренняя алхимия, визионерская "Красная книга", загадочные практики и сны, исполненные знаков из потустороннего мира, их толкования. Пограничные состояния, рискованные интерпретации и странные отношения с Зигмундом Фрейдом.
Психоанализ жизни и творчества А.С. Пушкина, основанный на грезах его поэзии и на свидетельствах современников о некоторых странностях поведения Солнца русской поэзии. Текст написан с любовью к Пушкину и его произведениям, но ярым фанатам Александра Сергеевича лучше его не читать.
Серия интервью-сатсангов, в которых Ма Деваки, ближайшая ученица индийского святого и гуру Йоги Рамсураткумара, рассказывает о его жизни, транслирует его учение и проясняет многое насчет того, кто такой гуру, говорит о различных духовных практиках, служении и других вещах, которые важно знать всем, кто находится на пути духовного поиска.
Эссе Глеба Давыдова о сущности и значении искусства в жизни человечества. Попытка разгадать тайну того воздействия, которое оказывают произведения искусства на нашу жизнь. Что можно считать настоящим искусством, а что нет? Взгляд на искусство через адвайту. С примерами из классической литературы.
Этот эквиритмический перевод, т.е. перевод с сохранением ритмической структуры санскритского оригинала, читается легко и действует мгновенно. В «Рибху Гите» содержится вся суть шиваизма. Бескомпромиссно, просто и прямо указывая на Истину, на Единство всего сущего, Рибху уничтожает заблуждения и «духовное эго». Это любимое Писание великого мудреца Раманы Махарши и один из важнейших адвайтических текстов.
«Очерк по вершинной психологии». О странностях судьбы и особенностях характера Михаила Лермонтова. Дмитрий Степанов показывает, как жизнь Лермонтова была предопределена его воспитанием и взрослением. И дает ясные иллюстрации того, каким образом страхи и выверты характера Лермонтова проявляются в героях его произведений.
Лев Толстой и самореализация (просветление). Тема почти не исследованная. Глеб Давыдов изучил дневники Толстого последних лет его жизни. Из них ясно, что Толстой практиковал самоисследование - почти в той форме, в которой его дал миру в те же годы Рамана Махарши. Насколько же далеко продвинулся в этом писатель?