Любителям «клубнички» посвящается. От дочери шведки Ингрид Бергман и итальянца Роберто Росселлини. От леди, получившей премию «Лучшая актриса» в фильме Девида Линча «Синий бархат». Нет, это не порнуха от Гринпис. Это восемь 1-минутных фильмов о том, как этим занимаются насекомые. Черви, стрекозы, пчелы, мухи, светлячки, улитки, богомолы и пауки.

Изабелла Росселлини наглядно показывает нам, как трахаются меньшие наши и как нужно трахаться нам, если вдруг теория Дарвина не оправдается и мы эволюционируем в насекомых. Изабелла элегантно бегает по съемочной площадке в поисках сексуальной насекомодобычи и тщетно пытается изобразить прелести догги-стайла, так как ей все равно не понять, как это выглядит сзади. Интересно?

Если вам этого мало, и вы жаждете продолжения «насекомой» темы, прочтите «Жизнь насекомых» Пелевина, который в прошлой жизни, безусловно, был одним из них. Может, оно и поможет.

Желтый свет фонарей придает оттенок своего я улице. В огромных витринах отражается противоположная сторона тротуара. Шелест листьев, дрожащих от ветра. Трамвай, проезжающий со звоном, выставляет на показ своих пассажиров, как бы гордится ими, и это кажется красивым. Я, словно в нетерпении, разгуливаю между прохожими, и мне это доставляет ощущение независимости. Каждый торопится своим делам.
Под землей люди.
На земле люди.
Я — человек. Это материально. Основания реальны. Моя жизнь – это искусство. Все, что я делаю, имеет всемирное значение. Нет ничего, чего бы я не мог придумать. Все движется. Трамвай движется, но любое движение должно иметь основу, по которой тело или объект движется, перемещается, а значит есть нечто большее, чем земля и трамвай, и по большому счету, все стоит.
Неопределенность мыслей. Неопределенность желаний… Хаос, происходящий во всем этом. Но это красиво…

Фрески серых, печально-размытых облаков на эффектно темно-синем небосводе вдыхали невидимый пар, исходивший от множества спешащих, стоящих, остановившихся людей. Некоторые из них источали больше тепла, тем самым привлекая к себе остальных. Тысячи огней зажигались и гасли, их призыв доносился до мозга, как впрочем и звуки из логично выстроенной окружающей среды обитания большинства людей, в тот момент находившихся рядом или нет. Я стоял или смотрел на все это, а может быть просто задумывался о происходящем, желая при этом использовать все это, чтобы выжить.

Автобус очарователен. Он останавливается именно там, где я его жду. Меня тяготила… Да нет. Мне нравилось. Я чувствовал гармонию с этим миром. Он так очевиден, прост, доступен и понятен в тот момент. Сейчас мое мировоззрение стоит твердо на ногах, я (Alex) тоже стою твердо на ногах и смотрю на все это. Машины — как припаркованные, так и ведомые кем-то — являются неотъемлемой частью мира. Я такая же часть, но большая, чем могу себе представить. Даже самое ужасное место в моем сознании, кошмарнейший отдел моего подсознания (хотя я считаю, что подсознание это самая органичная система и вместе с тем считаю эпитет «кошмарнейший» просто игрой на публику)… в этом всем есть определенная радость, радость жизни, которую я никогда не смогу открыть иначе (как говорил З.Фрейд, осознать значит решить) станет скучно. Всё.

11.04—12.07 2009
Фонд культуры «Екатерина»
ул. Кузнецкий Мост, 21/5, подъезд № 8, вход с ул. Большая Лубянка
11.00—20.00, кроме пн.
Тел.: +7 495 621 5522

Кто такой Дэвид Линч, рассказывать особого смысла не имеет. Достаточно сказать, что это режиссер, который снял «Синий бархат», «Потерянное шоссе» и «Малхолланд драйв», жуткие и красивые фильмы, исполненные мистицизма и крутизны.

Если вы понимаете в фотографии, то для вас есть очень простой способ быстро-быстро определить, хороший фильм вы смотрите или нет: нужно просто пару раз в произвольном, абсолютно любом месте фильма нажать на паузу и посмотреть, какой кадр получится. Оценить этот кадр с точки зрения фотографии. Как правило, это работает: любой кадр из хорошего фильма превращается в хорошую фотографию. Это работает и в случае с фильмами Дэвида Линча. Так что никого не должно удивлять, что Линч балуется фотографией. А тех, кто знает, кто такой Линч, вовсе не должно удивлять так же то, что это будет не просто фотовыставка в традиционном смысле слова, а еще и перформанс…
И даже не просто перформанс… Это будет новый фильм Дэвида Линча. Фильм, который режиссер решил не снимать, а просто сразу показать.
Во-первых, кроме фотографий там еще будет в известном Линчу одному порядке расположены разнобразнейшие артефакты (которые Линч всю жизнь собирал и хранил в специальных коробках) – эскизы на туалетной бумаге, открытки, рисунки, инсталляции из скотча и всяческих странных предметов… А во-вторых, все это наверняка Линч лично приедет и оформит аудио и видео записями. Так, чтобы фильм был совсем уж полноценным. Не без режиссера. Впрочем, может и не приедет. Линч всегда был непредсказуем…

И вот еще две ссылки насчет Д.Линча:

Твиттер господина Линча http://twitter.com/DAVID_LYNCH

И совсем недавно открытый Линчем веб-проект: Телевидение Фонда Дэвида Линча.

Сегодня утром, продрав глаза, я окинул мутным взором полузатемненное пространство своей комнаты на отшибе мегаполиса. Прислушался к гудкам автомобилей. Сфокусировался на окне: мутное серое небо. И внезапно понял, в чем настоящая драма кино-сериала «Терминатор», в которой вот-вот выйдет четвертая серия — «Тerminator Salvation». Драма, товарищи, в том, что всех терминаторов в прошлое посылал никто иной, как сам Джон Коннор, человек с большими планами.

Да-да. Джон не был идиотом. Он рос талантливым хакером и военно-статегическим гением (спасибо генам папы!), и когда вырастет, хотел одного: покорить мир. (далее…)

Есть так же черты легкой влюбленности, которая загадочна и недоступна пониманию.

Бесконечный ряд людей, которые снуют каждый со своим маленьким мирком кто куда на сером асфальте с окурками, истоптанными ими же, банки с уже слезшей краской, в общем, мусор, но все это обставлено мусорными ящиками разных цветов, бесконечный ряд магазинчиков, размером не больше, чем трос. Человек, обнявшись, замерзает во льду. Какая-то дымка неизвестного свойства, пахнущая примесью еще чего-то к чему-то. В общем, Дым собственной персоной.

Именно здесь можно застигнуть сейчас. Да-да, собственно, это и есть место, в котором его можно застигнуть. Если он вам нужен, то ищите его там. В конце концов, образ его вы не спутаете ни с чем.

Речь, как вы, я надеюсь, уже догадались, идет о мире, о мире образов. То есть о вашем представлении о мире. Даже если вы будете настолько смелы, что скажете: «Это не мое представление о мире», вы ошибетесь.

Он всегда говорил жестокие вещи.
Если затаить дыхание, то время останавливается, и это не правда.
Сапоги ему очищали кухонной тряпкой.
Последние слова будут сказаны совсем шепотом. Нет, нет, только во сне может быть такая сладкая, такая чувственная близость. Ревность созревшего самца. Было шесть часов вечера. Так случилось после самоубийства.

Голова в этот же миг показалась ему сказкой, молчаливой, но к которой нужно чутко прислушиваться сквозь дремоту обыденности.
Женщина в белом на свалке.

Я взял интервью на этот раз у сценариста, режиссера и актрисы Ренаты Литвиновой. Она меня интересовала давно (хотя я, признаюсь, плохо знаком с ее творчеством). Выяснилось, что Рената — настоящая бизнес-леди… Выпустила вот свою линию женской одежды.

Рената Литвинова и еще одна бизнес-леди, Анастасия Рагозина (владелица ювелирных магазинов в Москве)… Нарядилась в платье от Ренаты
Признаться, когда мы закончили разговаривать, я не очень остался доволен. Все же пришлось вписаться в 12 минут (на остальные интервью «Вокзала» у меня было от получаса до двух часов). Я даже не хотел публиковать это интервью и на два дня забыл про него. Но потом, когда перенес результат в компьютер, увидел, что вышло в общем неплохо. И даже интересно.
Прочитать интервью можно здесь.

1/ Метро — это ад
2/ Нет ничего ужаснее людей, жмущихся друг к другу.
3/ Когда ты спускаешься по эскалатору вниз, становится жарче и жарче.
4/ Линия смерти прочерчена вдоль платформы.
5/ И машины, поглощающие людей, это пик уродства и дисгармонии.
6/ Вряд ли найдется выход сегодня, но, впрочем, кто-то уходит оттуда не взволновавшись.
7/ Эти люди святы, они не любят толпу, потому что толпа наказывает сама себя.
8/ Они только с наступлением ночи спускаются в ад для того, чтобы узнать, как еще меньше видеть людей.
9/ Но так было не всегда, раньше не было ада и не было людей.
10/ Люди появились, создали себе ад и научили создавать своих детей.
11/ Способов для этого придумано и использовано немало.
12/ Но все-таки это развлечение человечество придумало из-за скуки и для установления добра.
13/ Книги развращают нравы, и большего не стоит желать, иначе будет скучно, и погибнет все человечество.
14/ Ведь это и есть красота, которая спасет мир.
15/ Гармония всегда мертва. Совершенными люди никогда не рождаются.
16/ Но рождаются противоречия, в которых добро и зло едины.
17/ Люди называют их гениями, а гениям нет никакой разницы между черным и белым, цель и главное для них – счастие.
18/ Потому-то они и страдают от бесцельного стада.
19/ Даже Христос это знал, потому и стал самим собой.
20/ Он распял себя на символе вечного уродства – кресте.
21/ Крест – это человеческое лицо, которое, к счастью, несовершенно. Поэтому Христос и пострадал: он предал самого себя.
22/ Не зная элементарных вещей.
23/ Он думал, что идеален, а вернее универсален, и примерял свои речи в первую очередь на самом себе, а он был хуже других.
24/ Страдания несет религия, она заставляет лениться и не думать, слепо верить, а потому и мрачна и слезлива и, в конце концов, надоест.
25/ Но совершенно прост мир, в котором есть и ад, и рай.
26/ В виде магнитного поля этот мир, но правила мелочей извращены и игра неоднозначна.
27/ Судьба это не путь, это шанс, данный один раз, иначе это перестанет быть игрой и станет смыслом, а суть находится глубже.
28/ В недрах есть то, чего боятся и перед чем благоговеют, любят и превозносят в мыслях.
29/ Но конец, которого следует ждать по общей логике, не случится никогда.
30/ Только фигуры встанут по-другому, а суть останется та же.
31/ И всегда начало игры это рассвет, а конец – сумерки, середина это белый свет.
32/ Выиграть можно и выигрывают все, кто не играет, а остальные это основа.
33/ Переходы, которые проходят сквозь метро, связывают новое, и мы рождаемся.
34/ Эта круговерть и есть кольцо, в котором мы едем и думаем, что едем в метро.

Дата проведения: 26 марта — 3 мая 2009
Адрес: Московский музей современного искусства, Ермолаевский переулок, 17
Открытие: 25 марта в 19:00

Виктор Алимпиев, Мариан Жунин
Ода, 2002
одноканальное видео

Проект «История российского видеоарта. Том 1, 2, 3» это своего рода выставка-ликбез. Рассказ о том, как зарождалось видеоискусство в СССР, как развивалось оно на сломе эпох и государств и в каком состоянии пребывает сейчас… Это история видеоарта с самых первых дней его появления в 80-х и до нашего времени. По мнению организаторов проекта, «видео более других художественных средств позволяет получить бескомпромиссный образ художника того ключевого периода, когда советские времена сменялись постсоветскими. Видео было новым настолько же, насколько новостью для широкой публики оказалось современное искусство в целом. У видео не было традиции ни бороться, ни соглашаться. Это была территория чистого эксперимента».

Владислав Мамышев-Монро
Новое пиратское телевидение, 2004
одноканальное видео

Проект поделен на три части (три тома). Каждый том — отдельная выставка. «Том 1» уже прошел. В январе 2007 года. Это был экскурс по самым первым годам существования в России видео как художественной практики (1985-1999). Вторая экспозиция, которая состоится с 26 марта по 3 мая 2009 года — будет посвящена периоду российского зрелости видеоарта (1995-2005). На третьей выставке, запланированной на весну 2010 года, зритель будет иметь дело с новейшей историей предмета (2000-2010).

(далее…)

12 мая — 31 мая. 2009 года
Фотогалерея имени братьев Люмьер представляет персональную выставку Валерия Генде-Роте.

Писатели и читатели.1960-е

Валерий Генде-Роте – культовая фигура советской фотожурналистики. Время 1960-х – новый поворот в советском фотоискусстве, когда фоторепортаж обретает второе дыхание в лице молодых мастеров и занимает одно из ведущих мест в искусстве фотографии. Генде-Роте по праву считается одним из самых талантливых фотографов своей эпохи. Ярый приверженец репортажного метода съемки, он не признавал инсценирования человеческих чувств и жанровых сцен. Эмоции, зафиксированные на фотографии, должны быть подлинными — для него всегда было важно передать не поддельные человеческие эмоции.

Софи Лорен 1965

В.Клиберн с Белкой и Стрелкой.

www.lumiere.ru

Окна поезда, несущегося вдаль — это часть меня. Я могу быть внутри них. Человек, смотрящий на меня через стекло, пропускает меня сквозь него.

Мне нравится отлучаться от солнца, я его луч, потому что во мне часть солнца: его тепло и холод, его свет и тьма. Это не маразм, это часть мира. Возможно, скоро она исчезнет, но не в этом смысл. Давно, недавно, или наоборот… Я еду поезде потому, что он может раскрыть свою пасть и впустить меня. Я не один здесь. Но думаю об этом именно так только я, и даже мое отражение в окнах не делает этого в точности, как я. Сбивая логику, можно породить новую культуру. Логика бессмысленна, потому что имеет смыел, но пытается его найти. Пусть поймет каждый сам.

Наличие чего-то в большом количестве доказывает неоправданность количества – если этого много, оно бесполезно. Одна поправка может, впрочем, разрушить идею абсурда. Но абсурд становится логикой, т.к. это все форма, форма есть содержание содержимого в форме. Хорошее одно. Плохое одно. А если этого много, то это необязательно. Чем меньше, тем разумнее количество. Но масса этого не хочет, так как сила примитива является началом массы и многочисленности, а значит, не держится все, что дальше, пытаясь сделать подобное, называет себя двойкой… или тройкой и т. д. Уникальность возможна, но она, став уникальной, теряет привлекательность — так было всегда, так есть и будет. Это все необходимо, это банально, но банальность — это главная черта, вокруг которой строится или развивается все остальное. Человек, задумавшийся о банальности, хочет быть единицей, но не может стать ей, т.к. он — человек. Все действия, направленные куда-либо, приводят в исходную точку. Так человек, живший для того, чтобы построить дом, умирая, превращается в прах, разлагается, отдает все живое в нем в пищу другим живым организмам.

Их можно покормить кликом мыши. Взято с http://abowman.com

Меня никогда не поражал тот факт, что меня ничто не поражает.
И почему-то меня называли за это придурком или тормозом.
Но ведь я-то понимал, что я всех их поражаю своей поразительностью.
В итоге своих собственных умозаключений я понял, что мне нужно делать.
Сперва я попробовал поразить сам себя.
К счастью, ничего у меня не вышло, но это нисколько не повлияло на меня. Однажды я взял ружье и выстрелил из него.

— Ну и что теперь? — спросил я сам у себя.

— Ты мудак, — сказала мне мать после моих похорон, смотря на фотографию моего отца.

Я лежал в гробу, мне было все равно, где лежать, и в этом я не находил ничего поразительного.

Шли годы, а я все оставался таким же придурком или тормозом.
После моей смерти обо мне говорили, что я поразительный человек.
Когда я понял, что обо мне вспоминают, я умозаключил, что действительно я придурок и тормоз, потому что покончил с собой, и так и не поразил себя так, как поражал других.
После этого меня забыли.

Цвет не важен, есть воспоминание.
Музыка звучит, как голос прошлого земли.
Свет рассеялся по бодрой еще спальне.
Я прошу вас всех: «Давайте помолчим».
Послушаем сначала пение предметов
Всех тех, которые вокруг
Тогда не будет общепризнанных секретов,
Но все же всем не будет по пути.