ОБНОВЛЕНИЯ ПОД РУБРИКОЙ "БЛОГ ПЕРЕМЕН"


Неудобная литература. О романе Андрея Коровина «Ветер в оранжерее»

О романе Андрея Коровина
Глеб Давыдов представляет роман Андрея Коровина «Ветер в оранжерее». А также рассказывает о некоторых особенностях «неудобных романов». «Автор, в попытке понять, проанализировать, отснять себя прорывается к таким тайнам, о которых обычному человеку знать страшно, некомфортно».


В отсутствии задника

teatr
Колонка актера и литератора Игоря Тарасевича о состоянии современного российского театра и, в частности, о том, куда и почему девалась профессия «театральный художник». «Отказ от оформления спектакля становится неким признаком времени, его интересантов, его реалий, его проблем. Вместо полнокровной картины жизни мы видим комок недозированных эмоций».


Доказательство бытия самого себя

Бродский
Текст Олега Давыдова (Хабаровск) по поводу книги Бенгдта Янгфельда «Язык есть Бог. Заметки об Иосифе Бродском». «Поэтическое слово прорывает покрывало забвения и удерживает от падения в ничто… Биография Бродского есть биография Времени».


Почти по Шекспиру: жизнь — бродячая тень, тень бродячей собаки

Бродячая собака
Игорь Фунт совместно с известными биографами Серебряного века вспоминает Новый год в «Бродячей собаке», 100 лет назад. Волшебная новогодняя ночь 1913-го надолго запомнится всем присутствующим. Гимн, чтение пародийных телеграмм, вручение орденов «Собаки», шансонетки, пантомимы в масках, нескончаемые хохот и веселье…


Заговор. Из уроков российской государственности

Жизнь и смерть Григория Распутина
В ночь с 29 на 30 декабря (по н. ст.) 1916 года был убит Григорий Распутин. О том, кому была нужна смерть Распутина и по какой причине, кто не любил и кто любил Распутина, какую роль играл Распутин в политике и какую роль сыграла в истории его убийства Государственная Дума, а также о том, кто конкретно и как убил Григория Распутина — рассказывает Виктория Шохина.


Плоское небо

19 век
Заметка Андрея Тесля о сущности XIX века и его философии. «Простота XIX века – это простота убежденности, что жизнь прожить легко, причем легко ее прожить, полагаясь на свой ум, свое понимание. И отсюда – то «подпольное», что есть в XIX веке, вырастающее «по краям», в моменты, когда закрадывается сомнение – сомнение в своем уме, в возможности прожить жизнь».


Венецианская дама, или Рождественская история

Исповедь итальянки
Игорь Фунт представляет маленький фрагмент готовящейся к изданию книги-компиляции о литераторе и художнике Максиме Канторе. Сначала эту историю прислала давняя итальянская подруга Кантора – Кристина Барбано. Узнав, что вариант Кристины немного отличается от собственных его воспоминаний, Максим Карлович предложил И. Фунту опубликовать оба варианта.


Устричный свитер

pieta
Небольшое эссе Александра Чанцева о 18-м фильме Ким Ки Дука «Пьета», получившем «Золотого льва» на Венецианском кинофестивале. «Ким Ки Дук с железной и красивой жестокостью своих лучших фильмов обыгрывает иконографический прием оплакивания Богоматерью убитого Христа».


Светкины косы

Великие Луки
Александр Павлов, автор этого текста — строитель из города Великие Луки. Он рассказывает о своих школьных годах, о том, как в 60-е прошлого века люди ждали прихода коммунизма и верили, что «нынешнее поколение советских людей будет жить при коммунизме». Какие мифы и надежды были связаны с этим обещанием и что произошло, когда оно не было исполнено. Рассказ, в котором отразилась судьба поколения.


Жизнь командора

Константэн Григорьев
Четыре года назад, 22 декабря, как раз в день празднования двадцатилетнего юбилея самого помпезного и вызывающего поэтического объединения постперестроечной России — Ордена куртуазных маньеристов — умер один из главных участников этого объединения, поэт, прозаик и композитор Константэн Григорьев. О том, как жил и творил Григорьев, рассказал «Переменам» его ближайший друг и соратник по ОКМ Андрей Добрынин.


Письмо товарища Сталина либеральной общественности

Сталин
Превратившись в медиума, публицист Ник Зимний записал письмо, продиктованное товарищем Сталиным и адресованное либеральной общественности. В свой день рождения, 21 декабря, Сталин благодарит Захара Прилепина за хорошее отношение и критику либерализма. И слегка журит тех, кто отрицает роль личности в истории.


Монополизация протеста


Заметка Андрея Рудалева о причинах, по которым стух протест, начавшийся было год назад. Полностью называется так: «Скоморохи в храме подрубили протест, или Монополизация протеста, а точнее – его импотентность». Реакция на недавнее выступление в сети коммерческого беллетриста, ставшего вдруг властителем протестных дум, Бориса Акунина. И попытка понять, откуда берутся ставшие модными нападки на Православие.


Путин и инерция кумиропочитания

stal
Андрей Рудалёв о персонифицированном восприятии истории, отождествлении фигуры Путина со всеми современными проблемами, а также о реальных причинах коррупции. «Наша вера в «вождизм» негативно сказывается не только на восприятии истории, но и в создании негативного образа настоящего. Кумиропочитание ведь состоит не только в устроении культа личности…»


Анархист в тенетах революции


170 лет назад, 9 декабря (27 ноября) 1842 года родился Петр Кропоткин. Он с отличием окончил престижный Пажеский корпус и был назначен камер-пажом императора Александра Второго. Его ждала завидная, блестящая карьера. Однако камер-паж попросился в Сибирь. И там утратил «всякую веру в государственную дисциплину». О пути Кропоткина и роли революции в его жизни — текст Виктории Шохиной.


Грань: эйдос 80-х. Фарца и боги – спикуль и диссидентство


Игорь Фунт о грани, «на которой зиждился элемент безнравственности парней 80-х, спекулянтов. Это была эстетическая грань – вплоть до экстатической. «Эйдос 80-х», на первый план выставивший – в противовес совку – инициативу мыслящего индивида. Выживший в той мясорубке – из тех, кто стал олигархом или мнит себя им, – отнюдь и далеко не дурак».


Бох и порок


Алексей Колобродов разбирает второй роман Натана Дубовицкого «Машинка и Велик». По слухам, Дубовицкий это креатура Владислава Суркова, и исходя из этого автор рецензии смотрит на роман. «Где бессильны политологический анализ и цифирь социологии, выручает литература. Антипедофильская истерия в российском обществе может иметь объяснением чрезвычайно похвальный нравственный идеал от одного из первых лиц государства».