ОБНОВЛЕНИЯ ПОД РУБРИКОЙ "ТЕКСТЫ О ЛИТЕРАТУРЕ"



Виктория Шохина даёт развёрнутую рецензию на книгу Захара Прилепина «Взвод». Где понятия войны и мира переплетены в причудливый клубок из противоречий и авантюр, литературного труда и военного искусства. А истинный патриотизм и жажда беззаветного служения отечеству — с пушкинской безалаберностью и весёлым прекраснодушием Дениса Давыдова.



Сегодня часто говорят о том, что в конце 1930-х годов массовые репрессии были необходимы, что они покарали исключительно тех, кто вверг страну в безжалостное пламя революции и затем гражданской войны. Но так ли все невинно? Александр Горбатов рассказывает о судьбе Григория Белых (соавтора «Республики Шкид») и Михаила Лоскутова. О том, как были перечеркнуты мечты, планы, сама жизнь.



Андрей Рудалёв о разделении отечественной литературы на «советскую» и «русскую». Где первая — ипостась всего плохого как тупиково-искусственная ветвь эволюции. Вторая, даже в советские годы, продолжала развивать всё хорошее. И где ритуальные отсылки к классикам марксизма-ленинизма не работают. Выстраивая вполне гармоничный церемониал следования либеральным трендам.



Развёрнутая рецензия Романа Борисова на книгу Виктора Перегудова «Сад золотой». Это сборник рассказов, написанный человеком пассионарным, очень любящим жизнь. Вместе с тем глубоко совестливым. Имеющим в этой жизни свой крайне цельный и довольно жёсткий свод правил — нравственных и художественных… Притом по-перегудовски ёмких, образных, чётких.



К 60-летию со дня смерти Алексея Ремизова представляем фрагмент книги Игоря Попова «Страсти по Ремизову». Сам Ремизов о своих художествах говорил с обычной для него самоиронией: «Как ни зайдёшь вечерком на огонёк, сидит Ремизов, пишет — и пишет с удовольствием: разводы пером разводит — дело увлекательное, только проку мало: товар на любителя — и кому это нужно, да и понять ничего нельзя».



Александр Чанцев углубляется в застойные 1970-е годы. Где балом правят творчески неприкаянные, но вполне признанные социумом гении. Каждый в своём амплуа. В отличие от героя текста — Владимира Казакова. Отмеченного… неутолимым молчанием. И скупым упоминанием в немногочисленных справочниках. Автора, полностью растворившегося в русской литературе и драматургии.



Александр Горбатов рассказывает об очередной акции Петра Павленского, а также проводит несколько исторических и литературных аналогий. «В середине 20-х годов появился в нэповской Москве французский писатель и дипломат Поль Моран. Он оказывал помощь в работе недавно прибывшему в Советский союз послу Франции и общался с загадочной молодой советской творческой интеллигенцией».



Алексей Колобродов о новом романе-трилогии Дмитрия Быкова «Июнь». «Выход романа «Июнь» — настоящий детский утренник для начинающего структуралиста, — сообщает Колобродов. — Столь велик соблазн разобрать его на камушки и колесики, а затем собрать, как кубик Рубика». Посмотрим теперь, что же имеется в виду…



Александр Чанцев о жизнеописании Александра Трокки — одного из тех, кто напрямую отвечал за тектонические сдвиги контркультуры в прошлом веке. Без обиняков считавшегося Оруэллом или Джойсом послевоенного поколения. Как де Сад и Кроули рвавшего общественную мораль ради утверждения того, что можно обрести лишь за гранью. На моррисоновской — другой стороне.



Ирина Вишневская рассказывает об английской семье Дарреллов, талантливых, разносторонне одарённых людях, подаривших миру множество замечательных идей и книг. Дарреллы — блестящие мастера фабуляции, сказочники, в смысле виртуозных украшений своих рассказов и романов индийской вязью. Ведь Индия — их малая родина.



Олег Демидов о новой книге Игоря Куницына — поэта и врача (окончил Архангельский «мед», учился в Литинституте им. Горького), автора сборника «Некалендарная зима», — в которую вошла лирика 2008—2016 годов. «Банка пива, пачка «Явы» —/ это все, что нужно мне./ Я мечтал добиться славы, но остался в стороне.// Все поэты ходят вместе,/ переписываются./ Я один топчусь на месте,/ зубы стискиваются…»



90 лет назад Ильф и Петров получили заказ на написание романа «12 стульев». Представляем текст Александра Горбатова о том, как события 1927 года отразились в романе. И какова судьба и роль в истории нашей страны прототипа одного из главных героев — Ипполита Матвеевича Воробьянинова.



Литературный критик Алексей Колобродов о новом, четвёртом по счёту романе Натана Дубовицкого. Одного из самых загадочных персонажей отечественной словесности. Интерес к которому угасает обратно пропорционально увеличению количеству написанного. Удивляя публику также крайне небогатым критическим наследием.



Андрей Рудалёв о новой книге Всеволода Непогодина «Выльторъяс». Рекурсивно подражающей, вторящей и «Левиафану» Звягинцева, и быковскому «Дураку». Впитав дух советских журналов «Крокодил» и «Чаян», автор превращает неплохую, по мнению критика, задумку, в некое постперестроечное шоу в стиле киножурнала «Фитиль».



Начинающий политик, лауреат премии «Нонконформизм» Алина Витухновская печатается с начала девяностых. Перемены представляют по-чеховски физиологическую рецензию Натальи Рубановой на новую книгу Алины. Сложенную из разных частей, афоризмов, стихов и прозы. Которую автор собирала в течение длительного времени.



Андрей Рубанов долгое время занимался сценарной работой. Самые известные кинопроекты: «Викинг», «Мурка». Но дело не в этом. А в том, что почти через 5 лет молчания наконец-то выходит его новый роман «Патриот». После чего злые языки поспешили назвать Рубанова исписавшимся. Увы, до этого ещё далеко, — считает рецензент свежеизданной книги Олег Демидов.



Александр Чанцев о плюсах и минусах новой биографии Лимонова, вышедшей на этот раз в ЖЗЛ. И почему это не совсем биография, а скорее история восторженной рецепции Эдуарда Вениаминовича и нацбольский мемуар. Однако, по мнению рецензента, книга этим и хороша.



1 июня — 40 дней со дня смерти Олега Давыдова. К этой дате мы публикуем один из текстов, вошедших в его книгу «Демон сочинительства». Эссе о «Записках охотника» Ивана Тургенева. В этой книге вводится тезис о «Народе как божестве» — одно из фундаментальных открытий Олега Давыдова, которое было исследовано и в некоторых других его текстах.