Обновления под рубрикой 'Культура и искусство':

          Памяти Л. Яруцкого

        «Ничего подобного, — много лет спустя вспоминала она, — у меня в жизни не было…»

        Это случилось в Париже после первого представления «Арлезианки». Нет-нет, не оперы, а балетной феерии, созданной несравненным месье Дюваль.

        Александр представил незнакомца после спектакля, постучав, как обычно, в дверь уборной массивным рогом французской трости.

        «Вы были совершенны, как Кшесинская», — склонился он в поцелуе.

        Со смесью удивления, благодарности и некоторой брезгливости она отметила лошадиную — блоковскую — узость его бледного лица и огромный некрасивый лоб.

        «У тебя прелестная жена, Александр», — обратился он к стоявшему в стороне и со скукой наблюдавшему за «поклонением волхвов» барону Александру Деренталь.

        «Рад, что ты замечаешь не только тонкости дипломатии, — принужденно засмеялся Александр, теребя цепочку наследственных часов. — Не сделай себе из этого профессии…

        — Однако, нам пора».

        И обратился к жене сухо:

        «Поезжай домой, тебе нужно отдохнуть. Я буду утром…»

        Когда Александр заявлял, что у него неотложные дела, и домой он приедет поздно или совсем не приедет, голос у него становился злым и неприятным. (далее…)


        Фото из одноимённого мюзикла. Автор фото: Светлана Яковлева

          «…У каждого человека есть свой Бог, имя которому – совесть».
          Чингиз Айтматов «Плаха».

        Написание портрета предполагает безжалостное отношение к модели.

        Бог распят. Призыв «Побойся Бога!» не действует. У сатаны не хватает сил осуществить угрозу «Побойся смерти!» Бессовестность правит бал. Вот картина «Мастера и Маргариты», масштабного романа-антиутопии. (далее…)

        Памфлет – забытый жанр. Но как иногда он уместен в нашей жизни. А еще уместнее – античная диатриба. Потому что на моральные темы как не поговорить в нашей «жизни на фукса». А здесь недалеко и до апологетики. Итак…

        Много лет назад, в Бостоне, мы с мужем сидели в гостях у нашего доброго друга Наума Коржавина и рассуждали о хитросплетениях судеб и роли лжи и поклепов в жизни эмиграции. Не стану называть имен, которые возникали в нашей беседе, но начальный тезис Наума был таков: правда имеет характер нетворческий, она скучна и статична; а вот ложь может унести нас в такие фантазийные дали, откуда не хочется выбираться, и потому так много клеветников.

        «Ну, возразишь ты: нет, он не стукач, он не был агентом КГБ, – и что? – размышлял Коржавин: – Ну, не агент, – добавить-то больше нечего, скучно, негде страстям разгуляться. А скажешь глубокомысленно: «Да он же агент КГБ…», подержишь паузу подольше – и пошла гулять мысль, образ на образ наскакивает, фантазия на фантазию, сюжет на сюжет…». (далее…)

        Рецензия на роман Ольги Погодиной-Кузьминой «Сумерки волков»

        Романом «Сумерки волков» драматург, сценарист и писатель Ольга Погодина-Кузьмина завершает трилогию, в которую кроме него вошли романы «Адамово яблоко» (2011) и «Власть мертвых» (2013). Трилогия в целом – это попытка автора отрефлексировать «жирные времена» в России – начало и середина «нулевых».

        Сначала показалось, что некоторые персонажи романа намекают на конкретных действующих лиц тех времен, но по мере развертывания текста понял, что нет, дело тут совсем в другом, и намек куда более сложен: капитализм есть завуалированная форма рабовладения. С одной поправкой – русский капитализм. (далее…)

        rain

        Перебирая старые бумаги, нашел пару своих старых стихотворений, написанных примерно в 2005-2009 годах. В связи с этим немного перетряхнул свой сборник стихов, опубликованный в проекте «PDF-поэзия» в 2009 году. В обновленном виде сборник можете скачать на странице проекта (номер 5!). Или по этой ссылке.

        Одно из этих новых стихотворений (вновь найденных и дополнивших сборник) вот такое:

        * * *

        Синие ночи
        Прохладный коктейль
        Сверчки позолочены
        (Не хочешь – не верь)

        Прошлогодняя изморось
        натолкнулась на явь,
        Среди громкого пиршества —
        яркая грязь

        Заблудились, мы скрылись, попрятались —
        Как воробьи среди ржавых авто,
        Как вороны в метро, как ничто и никто —
        в прозрачных пальто и в домино

        Мы украли на свалке
        последние ласки
        и распилили их,
        как в старой сказке

        В подмосковье луна на пустыре,
        среди кукол линялых в истершихся платьях,
        где обломки машин и кринолин,
        обмылки, бутылки, небесная синь

        Мы кривили душой, затыкали рот миру
        И будили наивно мертвую диву,
        В картонной коробке заснувшую криво
        Под огромным и теплым майским дождём

        Ведущий: обозреватель Canadian Art Дэвид Бэлцер (David Balzer). Перевод Ирины Вишневской.

        Джулиан Барнс
        Фото: Ellen Warner

        Беседа английского писателя Джулиана Барнса перед публикой, прошедшая 10 мая 2016 года в Галерее искусств шт. Онтарио, организованная по инициативе «Canadian Art Foundation» в связи с выходом книги Барнса Keeping an Eye Open – cобрания эссе писателя о его взглядах на искусство, о художественных выставках в современном мире, о дидактических сопроводительных текстах. И о счастье научиться доверять своим собственным чувствам во взаимоотношениях с искусством.

        Как искусствоведение может сочетаться с литературным трудом? Способствует ли нюансированному пониманию искусства чуткость писателя к слову? Такие вопросы возникли в связи с выходом «Собрания эссе об искусстве», книги британского писателя Джулиана Барнса, обладателя премии Маn Booker, снабжённой множеством репродукций картин Редона, Валлоттона, Брака и комментариями к ним. (далее…)

        ОКОНЧАНИЕ. НАЧАЛО ЗДЕСЬ

        Часть II. Анатолий Николин. Anna adultera. Цикл стихотворений

        Анатолий Николин — поэт и прозаик, живёт в Мариуполе, только что стал лауреатом Алдановской премии за повесть о чешских событиях, в которых участвовал как солдат действительной службы.

        ANNA ADULTERA1

        Памяти А.Ахматовой

        I

        Есть в Петербурге дом для встреч и для гаданья,
        В какую сторону крутнется колесо.
        Я говорю вам вместо слова «данья»2,
        «Пришлите мне когда-нибудь «пимсо»3.

        Пришлите хоть куда-нибудь. Навеки
        Я связан с вами ниточкой мостов,
        Невой, стремящейся в другие реки,
        Как вся ладонь в созвездие перстов.

        И белыми ночами – это стая
        Таких стихов, что сумрака нежней.
        И зимами, подобьем горностая
        Залегшими средь белых площадей.

        И если я когда-нибудь приеду
        В тот дом, где так царили вы,
        Не празднуйте. Не празднуйте победу
        Дрожащих рук и белой головы.

        Мы молоды, но только понаслышке,
        Застенчивы, но только на словах.
        Сегодня крепкозубому мальчишке
        Вы, как и встарь, опять явились в снах. (далее…)

        От редакции:
        К 50-летию со дня ухода Анны Андреевны Ахматовой (5 марта 1966 г.) Мина Полянская и Анатолий Николин подготовили литературный эксперимент с необычной композицией. Воспоминания Мины Полянской об Анне Ахматовой плюс стихи Анатолия Николина и разбор двух из них, проведенный Миной Полянской.

        AKHMATOVA

                  Это тебя поминаю я, Anna,
                  Это тобою сочатся катрены

                  А. Николин

                Часть I. Приближался не календарный — Настоящий Двадцатый Век1

                          Так вот когда царю приснился странный сон:
                          Сам Дионис ему снять повелел осаду,
                          Чтоб шумом не мешать обряду похорон
                          И дать афинянам почтить его отраду.

                          А. Ахматова

                        Бывает, что в памяти, словно в узорной укладке, по выражению Ахматовой, обнаруживаешь вдруг, что хаотичные обрывки воспоминаний выстраиваются вдруг в событийную связь, и спасательная нить, вероятно, всё той же Ариадны, дочери грозного царя Миноса, приводит к единому сюжету.

                        Для меня, юной студентки ЛГПУ им. Герцена был ещё «легкий предрассветный час», когда я относительно легко преодолела ступени на второй этаж в Доме писателей на улице Воинова, где гроб стоял, тогда, как выяснилось потом, многие друзья Анны Андреевны Ахматовой не смогли в огромной толпе протиснуться к гробу с её телом. Из воспоминаний Томашевской: «Толкотня и беспорядок. Войти невозможно. Закрывают двери. Мы (Лева, Надежда Яковлевна Мандельштам и я) остаемся на улице. Лева находит, что нам здесь самое место. Надежда Яковлевна негодует». (далее…)

                        Прозаик Богословский издал, наконец, роман «Трубач у врат зари»: «Дикси-Пресс», М.; 2016 г. 224 стр.

                        Роман, сильно переработанный относительно рукописи, выдвигавшейся год назад на «Национальный бестселлер». Именно тогда я его прочел впервые, теперь отмечу дальнейшую работу над текстом – издатель превратил рукопись в книгу, автор, упорной редактурой, – если не в шедевр, то в событие.

                        Знакомый литератор – известный критик и опытнейший редактор, восхищался опубликованным в своем журнале романом и его мало кому известным автором. Интересно звучала формулировка:

                        – Надо же, на таком гнилом материале сделать прекрасную вещь. Тонкую, трагическую, отлично прописанную… (далее…)

                        В профиль девушки вовсе не было, а в фас немножко было. Пели «Боже, царя храни…»

                        coverstation

                        Писатели отличаются свойством наливать вино только себе, забывая о сидящих рядом дамах. Поэтому, наверное, они не cмогли справиться с царём. Девушка, которая высоким голосом вытягивала из глоток захмелевших писателей восторженный рокот в защиту царя, была здесь единственной читательницей. Не писательницей, а читательницей, что необычайно располагало к ней писателей, хотя она не прочла ни одной из написанных ими книг. (далее…)

                        lab

                        Сегодня «Перемены» перезапускают первый российский арт-блог «Лабиринт» (третья кнопка верхнего меню нашего журнала). https://www.peremeny.ru/maze

                        Очевидно, что обыкновенные блоги устарели и больше не интересуют читателя. Миром правит Фейсбук, Россией правит Вконтакте. Щебетом правит Твиттер. Прошлым правит ЖЖ. Бросив свежий взгляд на открывшийся еще в 2005 году флэш-арт-блог «Лабиринт», мы видим, что он в значительной степени опередил свое время и, возможно, именно сейчас такого рода необыкновенный интерфейс и хаотичная логика в большей степени адекватны восприятию и происходящим в сознании пользователя процессам.

                        Поэтому сегодня — перезапуск «Лабиринта». Мы не меняем дизайн. Но меняем подход. И, разумеется, меняем сознание. «Лабиринт» становится более герметичным, менее связанным с внешним интернетом. Во многом это потому, что сайты имеют тенденцию исчезать, и мы видим, что очень многие ссылки, добавленные в «Лабиринт» раннее, уже просто неактуальны и ведут на пустые страницы. Но теперь «Лабиринт» становится более связанным с внутренним миром смотрящего. Каждый день (или почти каждый) мы будем публиковать в «Лабиринте» отдельные картинки. Почти без пояснений и ссылок.

                        Код этого перезапуска — «Лабиринт. Алхимия». Эти алхимические картинки, самые разнообразные по контенту и происхождению, отобраны специально и способны при внимательном их созерцании менять сознание, способствуя быстрой внутренней трансформации. Все это мы будем иногда разбавлять все еще работающими ссылками на другие сайты из старой коллекции «Лабиринта», а иногда и новыми находками.

                        О том, как пользоваться «Лабиринтом», а также его старую концепцию и историю, можно прочитать ЗДЕСЬ.

                        1234986591

                        1234986557

                        1234988127

                        1234986519

                        О книге: Сергей Кудрявцев «Заумник в Царьграде. Итоги и дни путешествия И.М. Зданевича в Константинополь в 1920 – 1921 годах» (М.: Grundrisse, 2016).

                        Биография Ильи Зданевича (Ильязда) по сей день остается чем-то еще более таинственным, чем его творчество.

                        Во всяком случае, она так обширна и богата событиями, что исследователям оказывается весьма непросто к ней подступиться. Путь, вроде бы ведущий от русских футуристов и лучистов к французским дадаистам и сюрреалистам, пролегает здесь окольными тропами, едва ли укладываясь в привычный стереотип писателя-эмигранта. (далее…)

                        19 век против террористической угрозы века 21-го…

                          «Русского солдата зачастую можно приравнять
                          к французскому каторжнику, сосланному на галеры».

                          Из немецкой «Всеобщей газеты», 1844

                        «…если бы вы могли взвесить на правдивых весах злополучные последствия русского варварства и английского просвещения – быть может, вы признали бы более своеобразности, чем преувеличения, в заявлении того человека, который, будучи одинаково чужд обеим странам и равно их изучивший, утверждал с полнейшим убеждением, что в соединённом королевстве существует по крайней мере миллион людей, которые много бы выиграли, если бы их сослали в Сибирь!..» Фёдор Тютчев

                        Западный мир издревле как бы обязан нас ненавидеть. Само начало русской цивилизации внушает Европе отвращение, не менее: ни феодализма, ни папской иерархии, ни религиозных войн, ни инквизиции, ни крестовых походов, ни даже рыцарства! (далее…)

                        Размышления о сочинениях Натальи Громовой

                        В последнее время заметно усилился интерес к литературе нон-фикшн. И это прекрасно! Читателей привлекают биографии писателей, свидетельства очевидцев, документы, дневники – все то, что можно обобщить словом достоверность.

                        Отдельный разговор о попсовых «исторических расследованиях», наполненных сплетнями и дешевой сенсационностью. Но такие, как правило, видны уже по оформлению. Тем обиднее натыкаться на более изощренную подмену, когда видимость интеллектуального труда маскирует все ту же недобросовестность. (далее…)

                        …Назавтра назначен джаз-экзамен.

                        Там была какая-то дико длинная пьеса какого-то дико допотопного би-боп-классика приснопамятных американских 40-х.

                        И я всё выучил.

                        Мало того, сделал партитуру на 8 инструментов – и, купив положняковую дозу портвейн-благодарности, пошёл к другану на Васильевский записать всё на компьютер. В начале 80-х это было схоже с чем-то космическим – в домашних условиях взять и закатать на кассету целый оркестр.

                        Типа нынешнего караоке. Только о караоке тогда не слыхали: в кабаках пели «машину», Корнелюка и «траву у дома». Было также массированное вторжение в Россию инновационных западных технологий. Которые приняли на грудь в первую очередь кабацкие музыканты-лабухи. Будучи наиболее подготовленными… в плане денег. А стоило это неподъёмное цифровое счастье огромное их зелёное количество. Не суть впрочем. (далее…)