Умер Джером Сэлинджер («Над пропастью во ржи»). Ему был 91 год. Текст Димы Мишенина о нем.

Атлантида тонула медленно. И вот ее не стало. И теперь уже вряд ли кому-то посчастливится ее найти. Вот если я сделаю себе чашку крепкого кофе, полечу на Камчатку и вылью остывшее кофе в Охотское море? Кофе растворится и станет частью безгранично ледяной воды, подобно мне, растворяющемуся в толпе кретинов.

Поверьте, я готов надеть норковую шубу и вступить в ряды Гринписа. Никто меня не упрекнет в болезненности моих замыслов, ибо, смотря на мир сквозь пелену здравого смысла, забываешь об одном: в гробу мы все лежим одинаково.

Кофеварка хорошая. Выдает 15 бар. Я до отказа набиваю ее кофе, утрамбовываю его и закрываю крышку. Тишина резко нарушается стуком внутреннего механизма. Пока происходит этот таинственный процесс, на меня обрушивается какое-то совершенно непонятное ощущение. Чувствую сильнейший дискомфорт и не могу сообразить, что случилось.

Что-то очень похожее на дежавю. Я просыпаюсь с утра в теплой постели. Перевернувшись на левый бок, обнаруживаю рядом свою девушку. Она смотрит на меня.

Я делаю нам обоим кофе и что-то рассказываю ей про Атлантиду. Опять забираюсь в постель. Мы выпиваем кофе. С ночного столика я беру журнал и начинаю его читать. Моя любимая соскальзывает вниз и кладет свою голову мне на живот, закрывшись одеялом.

В прессе пишут столько всякого говна, и изо дня в день мы продолжаем мириться с этим. Если нам говорят, что общество цветет, то мы либо верим, либо, не веря, продолжаем читать дальше. Но мы держим в руках бумажную взрывчатку, нам просто необходимо, чтобы наступил коллапс мозга. Это, согласитесь, приводит в тонус. Как и кофе, который я сейчас пью. Он нужен мне с утра. Я хочу его выпить.

Вдруг рука моей девушки соскальзывает в пределы моего нижнего белья, и уже через секунду моя елда ласкается ее розовым язычком. Это происходит настолько неожиданно, что дыхание мое сбивается и я конвульсивно пытаюсь сосредоточиться на утреннем кофе с журналом. Глупо. Я делаю вид, что ничего не происходит, и продолжаю читать дальше. Меня это заводит. В не меньшей мере это возбуждает и ее. Я только вижу, как одеяло то поднимается, то вновь опускается.

Я запрыгиваю на нее. Ровно четыре минуты. А дальше я иду курить на балкон. Она все равно не успела.

Все мои мысли об Атлантиде были напрасны. Секс заставил меня забыть о ней и выкурить сигарету.

Я по-прежнему стою на кухне, а кофеварка по-прежнему стучит. Я включаю ее в режим подачи пара, наливаю в кофе последние сливки, полагавшиеся кошке, и струей пара взбиваю пену на образовавшемся напитке.

Белый потолок на кухне слишком белый. Я смотрю поочередно то на кофе, то на потолок. Голова начинает кружиться. Может, выпить потолок, а кофе пустить на побелку?

Из окна на город открывается широкая панорама. В зависимости от погоды вглубь города просматриваются семь-десять километров. Видна телебашня. Видны три дороги. Видна автостоянка. Еще видно поле, прямо перед окном. Огромное поле, куда я хожу летом, чтобы просто лежать, думать о чем-то, колосками чтобы ковыряться в зубах. Это то место, где я беззаботно могу лежать, впитывать энергию земли и читать интересные книги. Это то место, куда я всегда могу прийти, если погибаю. Здесь я остаюсь один. Наедине сам с собой. Тут тихо, а справа – небольшой лес. Туда я еще никогда не ходил, хотя до него – рукой подать. Наверное, я не иду туда лишь затем, чтобы знать, что еще не везде побывал, и чтобы быть уверенным в том, что где-то еще осталась нераскрытая тайна.

Также появились страницы: Все авторы Перемен (в алфавитном порядке со ссылками на соответствующие страницы; в список включены все авторы, имеющие в основных разделах сайта более одной публикации либо очень активно публиковавшиеся в Блоге Перемен) и Все тексты о людях. Обе страницы доступны с Главной страницы Перемен (ссылки на них есть в боковой колонке слева).

АГЕНТ СМИТ:
Одна жизнь имеет будущее. Другая — нет.
(разговор в кабинете)

Льюис Кэрролл, настоящее имя – Чарльз Лютвидж Доджсон (Додсон). Дата рождения: 27 января 1832 года. Место рождения: тихая деревушка Дерсбери, графство Чешир, Великобритания. Национальность: великобританец до мозга костей. Особые приметы: глаза ассиметричные, уголки губ подвернуты, глух на правое ухо; заикается. Род занятий: профессор математики в Оксфорде, дьякон. Хобби: фотограф-любитель, художник-любитель, писаталь-любитель. Последнее подчеркнуть.

Наш именинник, на самом деле, личность неоднозначная. То есть, если представлять его числами, то получится не один, а два – или даже три. Считаем. Читать дальше »

В программе:

1. Сообщение «Абстракционизм – разрушение или созидание?»

— Истоки: краткая история абстракционизма от Кандинского до Поллока;
— О чем с нами говорит абстрактное;
— Абстракционизм как выражение мистического опыта художника;
— Свобода самовыражения и ее границы в абстракции;
— Линия, пятно, цвет, фактура, композиция, равновесие и ритм в абстрактной картине;
— Прочтение абстрактного изображения.

2. Мастер-класс «Рисуем абстракцию». Читать дальше »

Появилась страница под названием «Избранные Перемены». Она будет еще корректироваться и дополняться, но уже сейчас у вас есть возможность опубликовать ее на своем сайте или блоге.

За помощь в создании страницы спасибо Саше Яцутко )

И снова мы шествуем по стопам западной цивилизации. Что и говорить, отставать Беларусь от своих западных соседей никогда не желала и не станет этого делать. Всем понятно, что мы, как-никак, — центр Европы, а это, черт возьми, обязывает. Подглядев в замочную скважину, наше правительство решило, что наша страна ничем не хуже и что нужно следовать современным тенденциям. В этом году 23 февраля станет для мужчин и женщин-любителей выпить летним вечерком крахом светлых надежд. Утвержден законопроект, запрещающий распивать спиртные и слабоалкогольные напитки в общественных местах, т.е. везде, кроме вашего дома на амбарном замке и глухой кабинки в привокзальном сортире.

У нации, потерявшей все надежды, разбитой и опущенной, которой только и остается что бухать от зари и до полночи, забирают самое сокровенное – выпивку. Конечно, можно и дома под селедочку сорок градусов точить, но соседи – штука мерзкая и после одиннадцати, как правило, требуют тишины. А широкая белорусская душа требует простора, чтобы было, где размахнуться. А власти тем временем клетку ужимают, так что перья в створках скрипят.

Улица – это наша романтика. Здесь мы тырчем в хлебала незнакомым, поем песни под несуществующую гитару и устраиваем бесконечные родео в кустах или под елкой – дело вкуса. Здесь мы ненавидим наши органы правопорядка, здесь мы любим непринужденность и бессмысленный риск. Это что же, теперь у нас забирают родные переулки! Нам оставляют лишь небольшие улочки с заглушками на двух концах. Нам оставляют улицы лишь для того, чтобы по ним ходить. А как же блевотина под супермаркетом? Как же кровь чужака посреди тротуара? Пьяные разговорчики посреди проспекта? Безусловно, депутатам этого не понять: они блюют в алмазные мусорки. Мы – крысы, и нас сливают в канализацию. Я люблю нашу страну. Я горд за нее. Что может быть лучше, чем родная помойка?

Америка, услышь зов нашей республики! Дрожащей дланью тянемся мы за тобой, вдыхая сероводород Европы! Нам нужны перемены, и мы их создаем!.. Мы пердим в свои котлы, чтобы чугунное эхо дошло до твоих побережий, услышь нас, Америка…

Тем временем, пока пердеж распространяется по свету, белорусские форумчане с визгом неудовлетворенных поросят изливают свои эмоции, кричат в бездну, но дьявол глух: 23-ее число безнадежно испорчено. А ведь невинная бутылочка пива в руках, когда идешь мимо городских киосков, мимо безвкусицы витрин и застывших в них голых манекенов, мимо регулировщиков и мимо безнадежности, — это чуть ли не панацея! Кажется, что из киосков тебе бесплатно готовы отдать весь тираж «Плэйбоя», витрины приобретают новогоднее свечение, регулировщики, словно забыв о движении, улыбаются тебе с самой середины перекрестка, а безнадежность становится лишь веселым колоритом здешних пейзажей. И все это – одна бутылочка пива! Ну две. Пусть три. Да хоть четыре, едрена вошь, не в этом суть. Летние посиделки с гитарой и пивом у городской реки, беснующиеся прохожие и молоденькие девушки на коленях – это единственный луч света во всем этом царстве мракобесия.

И если в Америке для того, чтобы заглянуть к вам в пакетик, из которого вы уже с семи утра отхлебываете ставший теплым виски, нужен чуть ли не ордер на обыск, то у нас мотивирует ментовская дубинка (о протоколе досмотра с привлечением двух понятых нашему среднестатистическому милицейскому, как показывает практика, совершенно ничего не известно). Но это все пустые доводы. Мы пили, пьем и будем пить. С подачи Горбачева мы и «Шипр» пили – и ничего, живы! А теперь уж тем более как-нибудь исхитримся, все-таки еще не сухой закон. Мы все еще верим в светлое завтра, а нас все еще бьют кнутами по жопе. Но наши жопы крепки, и да пребудет с нами сила!

Привычке курить, на мой взгляд, есть только одно оправдание.
То, как ты это делаешь, должно быть чертовски красиво!
Как, например, в этой подборке «Сигареты и кинематограф» с сайта Toutlecine

Fred MacMurray, Film Noir

ГРЯЗНАЯ ПЕНА МОРСКАЯ
В МОМЕНТ ПОМЫШЛЕНИЯ
Вот
я иду
Мне не холодно
Под кожей моей
много чего интересного
и презабавного действует
и промышляется
сплошная деревесина кайфа
плоть мне заменяющая
дельфинов стая
заплутавшая
с лиловыми и чуть глумливыми
лыбами
в хлябях глубинных
давимыми
этими в даль
вновь ускользнувшими
хитрыми рыбами
где-то призрачно мерцающими
в моем океане
И если рассматривать
моей головы содержимое
то оно не серо-зеленое
и совсем не материя
хотя сам так думал пока не
убедился в обратном
Там в голове океан
настоящий
omg Читать дальше »

На этот суперкомикс я обратил внимание, читая мемуары Федерико Феллини. Режиссер писал:

«Я верю, что есть особенно чувствительные люди, которым доступны измерения, находящиеся за пределами восприятия большинства. Я не отношусь к этим избранным, хотя в детстве переживал необычные ощущения и фантазии. Вечерами, перед сном, я мог в своем сознании перевернуть спальню, сделав пол потолком, что проделывал в комиксе Маленький Немо, и это было настолько убедительно, что я крепко держался за матрас, боясь свалиться с потолка. Мог заставить комнату кружиться, словно дом подхвачен вихрем. Я боялся, что когда-нибудь мне не удастся вернуться в обычное состояние, но даже это меня не останавливало, так хотелось опять пережить эти волнующие моменты».

Заинтересовавшись, я отыскал этого «Маленького Немо» и сразу же понял, что это не просто хороший комикс (специалисты по комиксам называют его в один голос «прекрасным и новаторским комиксом, изменившим судьбу жанра»), но – визионерский шедевр, определивший в фильмах Феллини очень и очень многое – все эти клоуны, выступающие как агенты других миров, тоннели, по которым герои фильмов головокружительно спускаются вниз, в запутанные миры своего бессознательного – все это есть в этом комиксе (особенно много параллелей с фильмом «Город Женщин», который Феллини считал самым сновидческим своим произведением).

Комикс «Little Nemo In Slumberland» был придуман канадским художником по имени Уинзор МакКей. Читать дальше »

В 2010 году, возможно, наконец будет снят и выпущен в прокат китчевый полнометражный фильм, главным героем которого станет сам Доджсон-Кэрролл. Фильм, который поддерживают такие мэтры кинематографа, как Джеймс Кэмерон и Алехандро Ходоровский. Фильм в новом (придуманном) жанре «хоррэпилейшен» (sic!) «Фантасмагория: Видения Льюиса Кэрролла» снимает – кто бы вы думали? Ни кто иной, как… Мэрилин Мэнсон! Да, и чтобы вы не сомневались, в главной роли (доброго одноглазого сказочника Кэрролла) сыграет, конечно, тоже он. Вот так. Излишне говорить, что и музыка в фильме будет корчиться под дудку бледного крысовода.

Картина, под которую Мэнсон выделил более 4 млн. долларов и съемки который уже более десяти лет (sic!) как должны были начаться в Румынии, будет состоять из четырех сюрреалистических новелл-короткометражек, творчески замешанных на звучащей в ней музыке. Для саундтрека к фильму М.М. отобрал самые сочные треки из все той же мрачной игры “American Mc’Gee’s Alice” (композитор Крис Вренна), а также собственные неизданные, невиданные миром одноглазые слёзы – песни разных лет, которые до сих пор не подходили под формат ни одного из его альбомов (sic!).

Что за жуть это будет, можно только догадываться, но помочь нам в этом может тизер-трейлер, выложенный на сайте г-на Мэнсона. Уже сейчас можно сказать, что здесь тоже покопался собственной персоной «ацкий сотона», которого дьякон Доджон (Доджсон. Чарльз Доджсон) не подпускал ближе чем на расстояние выстрела, хотя сам Мэнсон и заверяет журналистов, что «все будет в рамках приличий. Непристойности в фильм не войдут». Сомнительно. Например, первая новелла из четырех должна повествовать о «вполне реальных, настоящих» сексуальных отношениях сестер-близняшек Труляля и Траляла!

Сюжет фильма крутится (как Вий) вокруг бессонницы Кэрролла, которой он якобы страдал (это не доказано), и фантазий, которые якобы приносила Доджсону каждая бессонная ночь. О чем, по версии Мэнсона, были фантазии Кэрролла? Ну уж конечно, не о высшей математике? Не о шахматах и не о новых головоломках для детей? Правильно, о сексе! С девочками, девушками, женщинами… В том числе, с Алисой, которую сыграет 18-летняя лолитообразная топ-модель Лили Коул, и с несуществующей женой, которую сыграет вечномолодая Тильда Свинтон – та самая ангельская дьяволица из «Константина». «Опустим же завесу милосердия над концом этой сцены…» Одно хорошо: Доджсона уже давно съели черви, иначе, как пить дать, вертеться ему в гробу «сумасшедшими, злыми ночами».

А почему вообще Кэрролл, резонно спросить? То ли ради паблисити, то ли взаправду, Мэнсон нашел в дьяконе Доджсоне собрата по разуму. Раздвоение личности, потусторонние видения, неординарное отношение к семейным ценностям и поиски своего собственного странного счастья – все свои милые причуды Мэнсон каким-то образом усмотрел и в английском писателе, любимце невинных детей. «Я хочу взять детскую сказку, которую все мы знаем, и показать ее кошмарные корни, из которых выросли все эти детские метафоры, — заявил он на презентации своего еще не снятого, но уже нашумевшего фильма. – Герои (Кэрролла) могут быть абсурдными и окруженными загадками, но сам автор – вот история, которая мне действительно до боли близка. Льюис Кэрролл гораздо сложнее, чем всеобщее представление о нем как о тихом дьяконе, математике и одиночке, одержимом лишь фотографированием маленьких девочек. Возможно, он был одной из самых расколотых душ, живущих в собственном аду, — душа, которую мир никогда так и не узнал по-настоящему». Ну что ж, действительно, чужая душа – потемки. Неизвестно даже, на что теперь надо надеяться – на то, что вся эта история с фильмом, который даже не начинали снимать, не окажется просто шокирующей рекламной пустышкой (как слепой глаз Мэнсона), то ли на то, что вся эта неуемная хоррорпиляция так и останется на бумаге, как остались на ней вырезанные страницы дневника Кэрролла.

Мой текст о Льюисе Кэрролле читайте здесь.

На днях мне показали отличный сайт. Большой архив классической музыки, открытый. То есть каждый может зарегистрироваться и внести свой вклад. Незарегистрированные пользователи могут только слушать — есть удобный алфавитный поиск по композиторам и отдельно такой же по исполнителям. Можно составлять свои плейлисты и все такое. Я, например, вот нашел 23-й концерт Моцарта для фортепиано и оркестра в исполнении Марии Юдиной (исполнение, которое я давно хотел скачать да нигде не находил). Короче, вот ссылка, пользуйтесь. Регистрируйтесь и закачивайте. А я надеюсь, что мы вскоре уже сделаем на Переменах свое радио. Собственно, уже сделали почти. Осталось оформить.

Что там у нас? Выборы на Украине? Желаю им выбрать такого президента, чтобы поскорее присоединил Украину обратно к России. Очевидно, что отделение Украины — дурацкая, необъяснимая ничем, кроме как жажадой наживы некоторой части украинских чиновников и американскими происками, невероятная нелепость. Исторически Украина и Россия (и Белоруссия) должны быть единым сильным цельным государством. Мы одна страна. Все остальное глупо и неосуществимо.

Я смотрю в твой зрачок
и там — нечто большее
чем захват фашистской
Германией Польши
чем сразу грамм героина
чем мертвая мама
Там отражается…
Я смотрю в себя сам

***

Остается пустота
Вслед за падением листа
Остается пустота
За горизонтом из под моста
За вычетом сна из сна
За вычетом ста из ста
Остается пустота

***

Сорок минут — и нас ест нигде
Сорок тюльпанов и сорок ракет
Сорок сорок и сорок запястий
Рок сопряжен с невидимым счастьем
Сок его полнит сорок осок…
Маты матросы матэ и песок…

***

Пять слогов. Затем
Идут семь слогов. После
Снова пять слогов.

***

Чайник вскипел
За пару минут
жызни

Уже больше не загораются надписи «не курить», «пристегнуться».
Я на самом нижнем уровне. Уровне 0. Мой лайнер идёт в крутое пике. Города просто туман. Я призрак в них. И рука на трубке мобильника с застывшими цифрами авиа-компании, что бы лететь домой. Или оставаться здесь и медленно погибать.

Работа-дом-работа-суши. Буэээ…

Самое время снова изменить жизнь. Может снова сесть в тюрьму. Устроить самодепортацию. Убить человека. Уехать работать на Север. Снова уехать в Монреаль. Написать блог-книгу. Уйти в армию. Уехать в Афганистан. Написать новый трип.

Я бы уехал давно домой, но я жду Знака, Знамения, что бы начать движение по линиям жизни.