Обновления под рубрикой 'Проекты':

Предлагаем вашему вниманию стенограмму фрагмента сатсанга Ананты (об Ананте можно подробнее прочитать здесь). Этот сатсанг прошел 14 мая 2019 года в Бангалоре. Здесь Ананта комментирует известный диалог Раманы Махарши и его ученика и проясняет многие вещи, которые, вероятно, до этого оставались кому-то неясными. По сути, этот фрагмент содержит квинтэссенцию самых важных указателей линии передачи от Раманы Махарши к Муджи. Видеозапись этого фрагмента — с русскими субтитрами! — вы найдете на этой же странице, непосредственно под текстом.

Ананта: Ты говоришь: «ОК, если я всегда знаю Себя, почему выглядит так, что я страдаю?»

Дело в том, что это знание Себя свободно от концепций и независимо от восприятия. А ты хочешь конвертировать его в одно из этих двух. Ведь какая трудность у людей возникает обычно во время сатсанга? Они говорят: «Но почему я не переживаю этого как свой опыт?» Видишь, ты хочешь получить восприятие Себя. Но ты – за пределами восприятия.

Но хотя ты за пределами восприятия, мы в то же время можем сказать, что всё воспринимаемое – это ты. То есть хотя ты ждешь какого-то переживания, любое переживание, которое у тебя есть, это уже ты. (далее…)

Эстетика в старом виде в настоящее время почти невозможна.

Авторская работа

Может быть, только как творение очень простых душ. Таких, которые способны радоваться завтраку перед казнью.

Или возможна какая-то невозможная эстетика. Чужая. Пришедшая из других миров.

Всё остальное звучит лживо или откровенно слащаво.

Кстати, они иногда рядом, эти другие миры. Пикассо не пришлось далеко ходить. Уже в припортовом магазинчике он узрел совершенно космически чужую эстетику.

Сейчас же возможна только эстетика прямых цитат из жизни, откровенных, как сводки с поля боя.

На советы вроде: «Примите валерьяновых капель, сходите на йогу, поститься надо», — можно только ответить: — «О, sancta simplicitas!» (далее…)

На первый взгляд метод самоисследования, предписанный Раманой Махарши, очень прост: нужно обратить внимание на чистое ощущение «Я» и затем — не требуется делать вообще ничего, кроме того, чтобы просто мариноваться в этом чувстве «Я», не смешивая его ни с какими мыслями и чувствами и, если внимание ускользает к мыслям и чувствам, тут же возвращая его обратно к «Я». Однако Рамана, если внимательно почитать его высказывания, довольно часто признавал, что ум (внимание) не способен длительное время держаться в «Я», не будучи до некоторой степени подготовлен и очищен такими техниками как пранаяма, медитация, повторение мантр или имен Бога и так далее. Впрочем, методом очищения ума может послужить и сама настойчивость в самоисследовании — постоянное возвращение внимания к своему Источнику.

В этом выпуске «Указателей Истины» мы собрали в основном как раз такие высказывания, в которых акцент приходится не только на простоту самоисследования, но и на необходимость проявить настойчивость и последовательность. В этих цитатах не идет речь о том, что практики – необходимое условие для самореализации, а лишь указывается на причину, по которой неподготовленный ум соскальзывает в майю даже после того, как, казалось бы, была распознана его истинная природа как Чистого Сознания. В то же время главным пунктом учения Раманы, несомненно, можно назвать то, что, поскольку Истинное Я присутствует всегда и везде и только оно реально существует, мы уже есть только То. Уже сейчас и всегда. И для того, чтобы быть тем, кто мы есть, ничего делать не требуется. (далее…)

Виктор Качалин. Прощание Алексея. М.: Выргород, 2019. 56 с.

Виктор Качалин. Современный фисиолог. Владивосток: niding.publ.unltd, 2019. 56 с.

Виктор Качалин

У поэта, художника, автора рукописных книг Виктора Качалина вышли сразу две книги. Необычные во всем — малым, «поэтическим» размером (а внутри проза, хоть и стихи случаются), форматом, оформлением, с собственными рисунками. «Прощание Алексея» — в издательстве, привычным нам по книгам Егора Летова, Александра Башлачева и Янки Дягилевой, с предисловием — одного из лучших переводчиков с немецкого и издателя-популяризатора по-панковски же редких, аутсайдерских писателей от Х.Х. Янна до П. Зальцмана Татьяны Баскаковой. Удивление не оставит и на последующих страницах.

Например, вот вопрос «внекнижный» — как так вышло, что об Алексее, человеке V века, в прошлом году выходила книга переводчика же Александра Ярина «Жизнь Алексея». Почему, как? Какая метанойя («перемана ума», «переосмысление») тому причиной, что именно сейчас, именно о нем? Вопрос социологам и филологам, теологам и антропологом, за правильный ответ — экзамен автоматом. (далее…)

Мы уже не раз писали о Муджи, поэтому для сведений о нем можно обратиться, например, сюда. А в этой публикации собрано еще несколько очень сильных указателей Муджи. Как всегда, прямых, непосредственных и ясных. Стоит добавить, что 2 июня 2019 года в Москве состоится онлайн-встреча с Муджи (с переводом на русский язык), два двухчасовых скайп-сатсанга. Подробности по этой ссылке.

ЦИТАТЫ

Не трать время, пытаясь изменить то, что по природе своей изменчиво. Не трать время, пытаясь сохранить преходящее. Не трать время, пытаясь контролировать ум. Используй время, чтобы убедиться, что ты – Сознание, само наблюдение, а не объект восприятия. Познай, что ты осознаешь всё, но не можешь быть познанным. Это самый прямой путь. Пытаясь контролировать ум, ты попадаешь в ловушку. Ум подобен большому дереву баньян: как только срезаешь одну ветку, вместо нее появляется три новых.

Да, нужно уделять время и силы тому, что происходит в твоей жизни, но это не должно быть в центре твоего внимания. Внимание нужно вернуть к Источнику, который и есть ты. Когда ты подтвердишь это, ничто не сможет затронуть тебя. Ты не будешь мертв для жизни, но течение жизни не сможет больше захлестнуть тебя с головой. В этом и есть перемена.

Мы привыкли мгновенно реагировать на то, что заставляет сердце биться сильнее, а затем испытывать растерянность, бессилие, страх, беспокойство. Однако всё, что появляется в проявленном мире, рано или поздно исчезает. Всё проходит. Только осознавание остается.

Будь тем, что никогда не проходит, наслаждайся карнавалом существования, наблюдай театр сознания, в котором ты также играешь роль времени, созерцаемого из вечности. Осознай это. (далее…)

В.Коларич

Мое пребывание в Москве в октябре 2008 года, когда по приглашению Института мировой литературы Российской Академии наук и представительства Республики Северная Осетия-Алания я выступал на праздновании юбилея великого русского писателя осетинского происхождения Гайто Газданова, — было связано с тремя художниками. (далее…)

Анатомия бюрократического идиотизма

Отступление русских войск после Мукденского сражения

Сегодня тема мирного договора с Японией и судьбы Курильских островов широко обсуждается и на межгосударственном уровне, и в общественном пространстве. Это вполне объяснимо. Однако за новостями последнего времени остаются как бы в тени события начала минувшего века. Между тем, именно в наши дни исполняется 115 лет началу Русско-японской войны (27 января по старому стилю). И неплохо бы с высоты прожитого обратиться нам к тем событиям, чтобы извлечь необходимые уроки.

Поможет в этом яркий документ того времени — книга замечательного писателя и, что особенно важно, живого участника роковых событий В.В.Вересаева. Надо сразу отметить — его записки «На японской войне» до сих пор издаются и находят своего читателя. Почему? Да, прежде всего, потому, что мы имеем дело с умной книгой человека, болеющего за судьбу России, и, в то же время, умеющего глубоко разобраться в причинах нашего позорного поражения в той войне.

Врач по профессии, Вересаев стал военным медиком и служил в полевом госпитале в Маньчжурии в 1904-1905 годах. Соединив в одном лице профессионализм писателя и врача, он смог разобраться и показать читателю симптомы, ход болезни и ее итог, что поразили тогда и русскую армию, и все общество. Уроки той войны неплохо бы извлечь и нам, живущим сегодня. (далее…)

Ранджит Махарадж родился в Бомбее 4 января, 1913 года. В возрасте 12 лет он встретил своего мастера, Сиддхарамешвара Махараджа, великого гуру своего времени (он был также гуру Нисаргадатты Махараджа).

Ранджит не начинал учить вплоть до 70-ти лет, когда в 1983 году все больше и больше ищущих стали обнаруживать в нем Мастера. Его учение неразрывно связано с учением Сиддхарамешвара, отличающимся простотой и прямотой языка.

Особенность учения Ранджита Махараджа в его радикальной позиции и прямоте: «Все есть иллюзия, «я» есть иллюзия, поэтому что бы «я» ни делало — это тоже иллюзия». Он не даёт никакого метода, чтобы улучшить иллюзию, а только вновь и вновь указывает на ее иллюзорную природу. Иногда его высказывания столь бескомпромиссны, что это может оттолкнуть неподготовленных ищущих, однако правда в том, что он всегда говорил с позиции Абсолюта, и не признавал никакой реальности за тем, что только кажется реальным. (далее…)

Муджи: То есть ты говоришь, что, в некотором смысле, мы можем освободиться в любой момент? Просто ты как будто не готов и поэтому предпочитаешь несвободу? А что такое свобода? Как это было бы – быть свободным?

Г.Д.: Я бы не смог описать это. Это как… Это просто понять, что ты уже свободен.

Муджи: Я думаю, что это нечто большее. Это больше, чем просто понимание, что ты уже свободен. Нечто большее. Потому что есть какие-то рефлексы, тенденции, привычки, которые не растворяются просто так по щелчку пальцев. Ты возвращаешься к поведению, которое приносит тебе боль и другим людям тоже. И ты говоришь: «Но я свободен, я свободен, это просто мой ум так себя ведёт». Но может ли это быть так, чтобы твой ум вёл себя очень-очень плохо, и тебя бы это совершенно не заботило, совершенно, и что же, он будет продолжать вести себя очень плохо? Я всех спрашиваю (обращается к санге, которая присутствует при интервью): может ли быть так, чтобы у вас был ужасный, ужасный, ужасный ум, просто мерзкий, вот такой, но вы не даете ему никакой энергии, совсем никакой энергии, это даже не так что «это мой ум», а «я вообще не знаю, чей это ум», и он продолжает оставаться таким, возможно ли это?

Г.Д.: Нет.

Муджи: Нет, это невозможно. Невозможно. Потому что нет такой вещи, как ум. Он не смог бы существовать. Он не смог бы существовать сам по себе. Как что он мог бы существовать? Как второй ты? Нет, он не смог бы существовать. Он не может существовать сам по себе, он всегда нуждается в жизненной поддержке. Твое эго живёт за счет машины жизненной поддержки, называемой «Я». Он не может жить без тебя. Если у тебя нет совсем никакого интереса, я даю всего лишь несколько дней, и он просто умрёт от голода, закончится. Ты должен чувствовать это. Полностью интервью с Муджи

Раджи

«Было просто чистое желание, которое ничего ни о чем не знало. Но будучи соединенным с креативностью это желание приобрело тело. Ведь Сознание это креативность, это Создатель всего.

Вот почему еще одно имя Бога — Создатель. Но Создатель не усилием, а безусильностью. Все просто разворачивается, вещи происходят сами по себе без всякого усилия. Никто не создает ничего, но тем не менее вещи создаются. Как бы выходят прекрасным образом. Итак, Оно обретает тело. То, какое тело оно обретёт, зависит от того, какой именно опыт Оно хочет переживать в этот момент. Если Оно хочет прожить опыт дикой природы, дикой страсти, то оно обретает тело животного. И так Оно проходит через разные формы опытов. Через разные тела, посредством которых Оно проживает опыты.

И однажды этот опыт заканчивается. И по ходу проживания опытов достигается чувство отделенности. Я сказал «достигается», и здесь нет ошибки, это именно достижение Жизни, когда в человеческой форме достигается чувство чистой отделенности. Не во всех людях, а в тех немногих, которые ясно осознают свое существование в теле. И когда это происходит, Оно уже больше не особенно интересуется опытами. И вот тогда начинаются страдания, настоящие страдания начинаются. И это уже не страдания от тех или иных обстоятельств, в которых оказывается человек, а страдание как зов твоей истинной природы. И вот тогда ты начинаешь вспоминать, какова твоя природа. И теперь ты хочешь вернуться к своей природе. Вот почему ты начинаешь чувствовать это удушье. Вот так».

Интервью с Раджи, духовным учителем из Пуны (Индия), учеником Муджи можно прочитать полностью по этой ссылке.

Заметки на полях романа Евгения Сорокина «Пуштунвали»

Предстоящей 39-й годовщине начала боевых действий в Афганистане и 30-летию вывода советских войск посвящается.

***
Что сейчас для нас и прежде всего для поколений ещё «советских» — та далёкая, не совсем понятная нам тогда Афганская война?.. Боль отдалённых знакомых, свежие похороны молодых орденоносцев на Хованском, изредка — бодрые военные сводки по программе «Время»…

Да, теперь мы осознаём, что многое было сделано неправильно. Никто наверху не учел условия, приведшие к трагическому столкновению культур, религий, обычаев двух разных миров и — в конечном счёте — к неизбежным военным неудачам.
Да, тема бессмысленности войны, войны «спрятанной» от глаз россиян, тема абсурда и неприятия войны вообще пронизывает практически каждое современное произведение данной тематики. При этом принято считать, что для нашей новейшей военной прозы характерна множественность точек зрения на современные конфликты.

Так, в общем-то, и есть: с 90-х годов в афганской прозе присутствуют две главенствующие тоники — обличение и героизация. Олег Ермаков, сам ветеран, уже почти «афганский классик» (Арифметика войны, Знак Зверя, Возвращение в Кандагар, Афганские рассказы), «эту войну не одобряет и не оправдывает. Читателей ранних афганских рассказов, должно быть, поражали сцены, где советские солдаты убивали ни в чем не повинных или едва-едва подозрительных афганцев, снимали с трупов часы». (далее…)

ПРОДОЛЖЕНИЕ. НАЧАЛО ЗДЕСЬ. ПРЕДЫДУЩЕЕ ЗДЕСЬ

Шерлок Холмс в преисподней

Из «страшного мира» романтиков — мрачного мира, полного тайн, зловещих предзнаменований, обреченности и чудовищных обстоятельств, ломавших судьбы персонажей, — вышел светлый герой, принимавший все эти превратности судьбы с иронической и чуть надменной улыбкой; герой, который не бежал от ужасов этого мира, а, напротив, искал их, чтобы разоблачить их призрачную суть; солнечный герой, не пугавшийся ночи, но любивший ночь и ее чудовищ. Речь идет о персонаже нескольких детективных рассказов Эдгара Алана По С.- Огюсте Дюпене, интеллектуале и мечтателе, занимавшемся раскрытием преступлений ради собственной забавы.

Лаконичное описание Дюпена, данное Эдгаром По, не оставляет сомнений в истоках происхождения этого образа:

«Еще молодой человек, потомок знатного и даже прославленного рода, он испытал превратности судьбы и оказался в обстоятельствах столь плачевных, что утратил всю свою природную энергию, ничего не добивался в жизни и меньше всего помышлял о возвращении прежнего богатства».

В этом описании без труда прочитывается герой французского «комического» романа, рыцарь и плут, образ которого характеризуют «проделки, совершаемые ради одного удовольствия» и «проделки с намерением наказать порок». Разумеется, Дюпен — не Франсион и даже не Жиль Блас. Французский «комический» герой переосмыслен Эдгаром По в контексте романтизма; более того, ему переданы некоторые черты характера самого По. И тем не менее, истоки образа Дюпена очевидны.

Некоторые авторы, впрочем, полагают, что на создание образа Дюпена Эдгара По вдохновил небезызвестный Эжен Франсуа Видок, мошенник и каторжник (получивший прозвище «король риска» и «оборотень»), ставший главой полицейской бригады «Сюрте», а позднее — первым частным сыщиком. Автобиография Видока «Мемуары Видока, шефа полиции Сюрте» пользовались в свое время большим успехом и, по всей видимости, были знакомы Эдгару По. (далее…)

О книге Юрия Нечипоренко «Плыви, силач!»

Худ. Н.Подколзин

Ещё не вечер. Мы сидим с писателем Юрием Нечипоренко в золотом и хрустальном дворце, какой бывает лишь в волшебных сказках. Дворец называется кафе «Пушкин».

Почти двадцать лет назад, на строительстве кафе, Юрий Нечипоренко руководил здесь бригадой художников-оформителей. Они и создали это блистательное чудо. Из-за дружеской прихоти мы заказали чайник чаю и один пирожок.

Чай выпили, пирожок преломили, как это делали в прошлые века все ребята-школята. Мы обменялись подарками. Я ему — повесть для подростков «На спине у ветра». Он мне — повесть для них же (и не только) «Плыви, силач».

Сфотографировались. Это теперь, как ритуальное царапанье ладони лезвием ножа.

Итак, проза о русском богатыре «Плыви, силач!»

Юрий Нечипоренко написал сенсационную повесть. Сейчас поясню, почему она неординарная.

В ней «наше всё», солнце русской поэзии выглядит не как записной бретер и развратник с разными уклонами. Он даже не негр, которому поставили памятник в Эфиопии. (далее…)

ПРОДОЛЖЕНИЕ. НАЧАЛО ЗДЕСЬ. ПРЕДЫДУЩЕЕ ЗДЕСЬ

Мифопоэтика Достоевского

Наиболее полно мифопоэтика «страшного мира» выразилась, впрочем, не у «ясных» французов, а у «мрачного» Ф. М. Достоевского.

Мифопоэтические мотивы пронизывают все творчество Достоевского; их осмыслению посвящены работы самых разных авторов: от Н. А. Бердяева, характеризовавшего мир Достоевского как «мир огненных человеческих отношений» до В. Н. Топорова, описавшего мифопоэтику «петербургского текста», где Петербург Достоевского был представлен как преисподняя («Петербург — бездна, «иное» царство, смерть», но «творчество … всегда происходило над бездной, во всяком случае то, что связано с высшими взлетами художественного, научного, философского и религиозного гения»).

Такое проникновение мифопоэтических мотивов в творчество Ф. М. Достоевского было обусловлено его ранним детским переживанием, создавшим предпосылки для развития всей его психопоэтики:

«Когда я в детстве жил в Москве в больнице для бедных, рассказывал Достоевский, где мой отец был врачом, я играл с девочкой (дочкой кучера или повара). Это был хрупкий, грациозный ребенок лет девяти. Когда она видела цветок, пробивающийся между камней, то всегда говорила: «Посмотри какой красивый, какой добрый цветочек!» И вот какой-то мерзавец, в пьяном виде, изнасиловал эту девочку, и она умерла, истекая кровью. Помню, рассказывал Достоевский, меня послали за отцом в другой флигель больницы, прибежал отец, но было уже поздно. Всю жизнь это воспоминание меня преследует, как самое ужасное преступление, как самый страшный грех, для которого прощения нет и быть не может…»

(далее…)

Олег Шишкин. Последняя тайна Распутина. — М.: АСТ, 2018

…Среди вороха пожелтевших новостей и бесчисленного количества инсинуаций эта книга — настоящая сенсация, о которой хочется сказать, используя официальный стиль: «Написанному верить».

Дело в том, что новое расследование Олега Шишкина основано на секретном до недавнего времени «Деле об убийстве Распутина», которое было найдено автором в архиве Министерства юстиции Российской империи. И стоит сразу отметить, что упомянутая выше «сенсационность» — не преувеличение, поскольку этот документ полностью переворачивает представления о покушении на царского фаворита, влияние которого на государственные дела в Российской империи во времена Первой мировой войны называли «параллельным самодержавием».

В принципе, неудивительно, что история судебного дела об убийстве Распутина кануло в лету, время от времени выплывая на свет то в конторе немецкого антиквара, то на страницах эмигрантских газет. В конце 1916-го—начале 1917 года это самое дело велось Петроградской судебной палатой, после, еще до февральских событий его затребовал к себе Николай II и якобы уничтожил в Царскосельском дворце как опасный документ. Однако это все это лишь легенды, которые традиционно сопровождают тень Распутина. (далее…)