Блог Перемен и Неизменности

Памятник Достоевскому работы Рукавишникова. Установлен в 1997 году перед зданием Российской государственной библиотеки

Думаю, каждый, во всяком случае, каждый русский, понимает, что такое литература.

Это не просто слова на бумаге, выстроенные в некий сюжет. Это слова, ведущие к катарсису, к переосмыслению жизни, дающие возможность человеку обрести гармонию в отнюдь не гармоничном мире.

Маяковский написал: «Но поэзия — пресволочнейшая штуковина: существует — и ни в зуб ногой». И еще: » Ведь, если звезды зажигают — значит — это кому-нибудь нужно?»

Это значит: поэзия (литература) нужна и поэтому никуда не денется.

Но вот русская литература на бумаге (я имею в виду прозу), выдав два мощных заключительных аккорда — «Доктор Живаго» Пастернака в 1957-м и «Уже написан Вертер» Катаева в 1980 году — скрылась, что называется, с радаров. (Прошу Битова, Лимонова, не говоря уж о Пелевине, в качестве литературы не предлагать).

Далее русская литература некоторое время пребывала в кино: «Хрусталев, машину!» Германа (1998) и «Солнце» Сокурова (2005). А затем ушла и оттуда. Где отыщется ее след — бог весть.

В кино же русская литература пребывала уже в 70-е. Я имею в виду «Солярис» (1972), «Зеркало» (1974) и «Сталкер» (1979) Андрея Тарковского. Читать дальше »

Места Силы, Том Третий

Хорошая новость! Наконец-то увидел свет Третий Том шеститомного издания «Места Силы Русской Равнины», труда, созданного Олегом Давыдовым в ходе его сотрудничества с нашим сайтом в период с 2005 по 2014 годы.

Всего в книге Олега Давыдова «Места силы Русской Равнины» описаны 111 мест. В Третий том вошли подробные рассказы о 29 из них (с 61 по 90), включая Муром, Богородицк, Новый Иерусалим, Боровск, Дивеево, Пайгарму, Ярилину плешь, Коренную пустынь, Торжок, Святые горы и другие как очевидные, так и менее очевидные, но в не меньшей степени фонтанирующие мистической силой точки, в обилии рассыпанные по России, образующие ее метафизическую структуру и определяющие ее характер и развитие.

Олег Давыдов (1952—2017) начал свой проект «Места Силы Русской Равнины» в 2004 году и работал над ним около десяти лет, до 2014 года. Суть проекта он с самого начала сформулировал так: «Мистическая география России». С целью наметить контуры этой «мистической географии» он странствовал по просторам Русской Равнины и находил, исследовал и описывал то, что называл «Местами cилы». Фиксируя свои открытия и находки, Олег постепенно создал настоящую энциклопедию подлинных корней русской нации.

Купить книгу — как в виде электронного издания, так и на бумажном носителе с полноценной двусторонней обложкой и корешком — можно в книжных интернет-магазинах. Например, здесь.

Работа над четвертым томом ведется.

Ниже я разберу романы Джона Апдайка (1932—2009) на религиозные темы: «Террорист» (2006, п. 2011), «Россказни Роджера» (1986, п. 2005), «В красоте лилий» (1996)… Но сначала — простая хронология переводов Апдайка в нашей стране и кое-что о восприятии в России его главных произведений.

Вот даты публикаций его основных романов в Америке (вторая дата — публикация перевода в СССР). «Ярмарка в богадельне» (1959, п. 1990); «Кролик, беги!» (1960, п. 1979); «Кентавр» (1963, п. 1966); «Супружеские пары» (1968, пер. в пост-советское время); «Кролик исцелившийся» (1971, пер. в пост-советское время); «Давай поженимся» (1976, п. 1978); «Кролик разбогател» (1981, п. 1986). Ещё была повесть «Ферма» (1965, п. 1967).

Что можно сказать об этом, — конечно, неполном, — списке? (Подчеркну: он относится только к романам Апдайка, появившимся на его родине до 1991 года.) Прежде всего то, что советские времена не были «дремучим лесом», когда «тоталитарная цензура ничего не пропускала». Как видим, пропускала, и основные его романы были переведены и прочитаны. Не только Апдайка… В написанной американистом А. М. Зверевым статье «Литература США» в наиболее авторитетном на то время (последнем за советскую эпоху) «Литературном энциклопедическом словаре» (М., 1987) я насчитал примерно сто имён американских прозаиков, поэтов, драматургов, критиков. Читать дальше »

Гамлет, Горацио, Марцелл и призрак отца Гамлета. Генри Фюзели, 1780—85.

«Шекспир является в эстетике Гегеля каким-то удивительным эпилогом к античности». Георг Лукач

Загадка «Гамлета»

Конечно, сейчас каждый знает, о чем «Гамлет».
Дядя убил папу Гамлета и женился на его матери. Гамлет прикинулся сумасшедшим и, немного затянув дело своей нерешительностью, убил дядю. При этом, правда, сам погиб, наткнувшись на отравленный клинок. Был там и дух отца Гамлета, который и рассказал сыну правду.

Но вот еще сто лет назад эта пьеса Шекспира считалась загадочной. И в том были свои резоны. К примеру, давно подмечено: разве Гамлету чем-то помогло, что он прикинулся безумным? Нет. Наоборот, это насторожило его дядю короля Клавдия, и тот, произнеся «Я не намерен терпеть, чтоб он бродил тут со своим безумьем» (здесь и далее перевод мой), отсылает племянника в Англию с письмом, в котором просит английского короля казнить Гамлета. Гамлет, избежав смерти, возвращается и даже продолжает говорить о своей болезни, но Клавдий тут же подстраивает ему дуэль с отравленными клинком и вином, на которой Гамлет погибает. Вы думаете, Шекспир этого не понимал? Читать дальше »

Кукушкины детки. Новая обложка

Дорогие читатели!

Превратности судьбы романа Олега Давыдова «Кукушкины детки», о которых мы писали не так давно, продолжаются. Так, в силу некоторых юридических причин, на днях полностью изменилась обложка недавно изданного романа. Новая обложка выглядит так:

Роман с новой обложкой уже доступен для приобретения в электронном и бумажном форматах в магазине Ridero, а в начале октября появится и в еще нескольких интернет-магазинах.

Альберто Джакометти

Виды искусств вполне могли бы завидовать друг другу. Скульптура в отличие от книги сразу предъявляет себя целиком — с ней сталкиваешься, а не знакомишься постепенно. И разве что выставочные заграждения напоминают о необходимости не приближаться слишком близко. Но изваяние все равно мгновенно захватывает в свои объятия, и требуется определенное усилие, чтобы отвести взгляд или сосредоточиться на деталях. И вот уже — в нарушение музейных табу — я украдкой прикасаюсь рукой к ребристой поверхности и, хочется верить, чувствую крохотную, может быть, одну тысячную часть вдохновения скульптора. Во всяком случае именно так было с одной из застывших в движении фигур Джакометти, к которой — вопреки хорошим манерам — мне, словно недоверчивому Фоме, однажды удалось притронуться. Впрочем, все знают и то, что эти «сразу» и «целиком» обманчивы даже в случае барельефа, а чтобы действительно увидеть скульптуру, нужно обойти ее со всех сторон. Часто она меняется прямо на глазах, из мрачной превращается в надменную или даже — насмешливую, а иногда каждый шаг усугубляет первое впечатление: не изменяет, а расширяет его. Нередко к скульптуре нужно вернуться спустя какое-то время, и это уже напоминает перечитывание книги. Читать дальше »

Василиса Б. Шливар. Картины абсурдного мира в прозе Владимира Казакова. Белград: Издательство филологического факультета Белградского университета, 2022. 256 с.

Крайне радостно, что о Владимире Казакове (1938 – 1988), утонченном стилисте, авторе самобытнейшей прозы, драматургии и поэзии, наследнике русского авангарда (общение с А. Крученых и Н. Харджиевым он ценил и воспринимал как своеобразное посвящение), до сих пор остающемся на периферии читательского и исследовательского внимания, появилась полноценная монография. Симптоматично, что написана она в Сербии – а еще и на русском языке: мне давно уже кажется, что сербы зачастую больше ценят и любят русскую культуру, чем мы сами (в Белграде, скажем, в центральных книжных магазинах можно увидеть на витринах новые переводы прозы К. Леонтьева – где, кроме букинистов и старых антресолей, можно найти ее у нас?). Читать дальше »

Роман «Кукушкины детки»

В книжных интернет-магазинах появился опубликованный отдельной книгой роман-психоанализ Олега Давыдова «Кукушкины детки. Семейная хроника». Написанный в конце 80-х годов прошлого века, этот небольшой, но энергетически заряженный алхимический роман постигла странная судьба. Автор раздал несколько его машинописных копий разным людям для ознакомления, и одна из этих копий каким-то образом попала на одну из антисоветских западных радиостанций вроде «Голоса Америки» или «Радио Свободы». Без разрешения (да и без ведома) автора текст в течение нескольких дней был зачитан в эфире, и Олег Давыдов, сам не подозревая об этом, стал знаменитым в узких кругах слушателей этих радиопередач, а заодно автоматически угодил под ярлык «диссидент», хотя таковым себя, разумеется, никогда не считал. Кто-то рассказал ему об этом пару недель спустя (добавив при этом: «Оказалось, ты великий русский писатель»). Читать дальше »

ПРОДОЛЖЕНИЕ. НАЧАЛО — ЗДЕСЬ.

Комментарии еще на четыре стиха «Сорока стихов о Том, что Есть» – с 27-го по 30-й. Перевод: Глеб Давыдов (Сидарт).
С согласия Ночура Венкатарамана книга готовится к публикации в России на русском языке.

СТИХ 27

Перевод*:

То, кото́рое е́сть
до́ появле́ния
мысли «я́» —
вот, пои́стине, кто́ мы.
Но́ не иссле́дуя, отку́да берё́тся
мысль «я́», обнару́жить возмо́жно ли
то состоя́ние, в котором она исчезает,
и оста́ться Собо́й лишь,
Естество́м,
в есте́ственном состоя́нии?
Отве́ть мне!

* Здесь и далее в этой публикации перевод стихов из «Улладу Нарпаду» цитируется по изданию «Пять Гимнов Аруначале и другие поэмы» (Москва, 2022, перевод Глеба Давыдова (Сидарта))

Переложение:

Чистое состояние, в котором «я» не поднимается, это состояние, в котором мы есть «То» — Атман. Без погружения глубоко в исследование с целью найти, откуда «я»-мысль возникает, как может быть достигнуто исчезновение эго? Без того, чтобы эго тем самым было устранено, как можно устойчиво пребывать в состоянии, в котором ты есть «То»? Скажи мне.

Комментарий:

Это один из самых важных стихов этого текста. Читать дальше »

Поэма Раманы Махарши Ulladu Narpadu («Сорок стихов о Том, что Есть») содержит суть его учения. Она – исчерпывающий источник указателей для ищущего, желающего заняться Атмавичарой (Само-исследованием). Одного этого произведения достаточно, чтобы впитать учение Раманы и следовать ему. Однако, будучи посланием из высочайшего состояния сознания, «Сорок стихов о Том, что Есть» может показаться на первый взгляд чем-то очень непростым. И тут на помощь приходят комментарии тех, кому Знание это открылось и кто способен в случае необходимости разъяснить и помочь применить указатели, открытые Раманой.

Книга Ночура Венкатарамана Swatmasukhi («Блаженство Естества») – это как раз такой вот развернутый комментарий на «Сорок стихов о Том, что Есть». И в то же время она — вполне самостоятельная работа о Знании Брахмана (Brahma Vidya), исполненная ярких откровений, поэтических взлетов и занимательных историй из жизни Бхагавана Раманы Махарши. Все это позволяет, читая книгу, почувствовать непосредственное присутствие Раманы и уловить суть его стихов-указателей. Книга передает читающему само Блаженство Естества.

Ночур Венкатараман известен как один из живых носителей Знания. Он выступает в важнейших ашрамах Индии с лекциями о Рамане, о Шанкарачарье и Бхагавад-Гите, но при этом его беседы можно назвать уже не просто лекциями, а скорее сатсангами. Будучи человеком в высшей степени ведически образованным, знатоком священных Писаний Индии, Ночур, тем не менее, вовсе не сухой комментатор и книжник. Во время лекций сила его Присутствия и энергия спонтанности его слов ощутимо свидетельствуют о том, что транслируемое им знание по-настоящему живо для него самого. Подобно Шанкаре, Ночур Венкатараман начал говорить о священных Писаниях еще с юных лет, и с самого начала его выступления были вдохновлены и пронизаны этой силой подлинной джняны, знанием Естества. Будучи преданным последователем Раманы Махарши, он много говорит о Само-исследовании, текстах и жизни Раманы Махарши.

Книга Swatmasukhi опубликована на языке малаялам, на тамильском и на английском языках. Теперь же с непосредственного благословления автора она переводится на русский и скоро станет доступна русскоговорящему читателю полностью. А пока «Перемены» публикуют комментарии из этой книги на несколько избранных шлок «Сорока стихов о Том, что Есть». Перевод: Сидарт (Глеб Давыдов). Читать дальше »

Дэвид Кинан. Эзотерическое подполье Британии. Как Coil, Current 93, Nurse With Wound и другие гениальные сумасброды перепридумали музыку / Пер. с англ. И. Давыдова. М.: Индивидуум, 2021. 400 с.

Не будем вилять, толочь философский камень в холодной воде — книга совершенно восхитительная. И если даже вы не фанат Дженезиса Пи-Орриджа, Дэвида Тибета и перечисленных в названии групп, — которых еще к какому направлению отнести спорить можно, что это — даркфолк, постпанк, постиндастриал, нойз, психоделика, авангард, dark ambient или просто темная волна авангардной музыки. Шотландский журналист и прозаик в дополненном, кстати, издании своей книги расскажет целую историю субкультурного Лондона длиной в несколько десятилетий. С ее трансгрессивными успехами и жёсткими обломами, весёлыми приколами и чем только не. Пристегнитесь, будет интересно, нырять придется глубоко. Читать дальше »

Места Силы Олега Давыдова

Дорогие читатели! Вышел Второй Том шеститомного издания книги Олега Давыдова «Места Силы Русской Равнины / Места Силы. Шаманские Экскурсы». Он содержит Места с 31 по 60-е — полные версии текстов и множество фотографий автора в черно-белых вариантах. Читать дальше »

Руперт Спайра

Руперт Спайра – современный учитель недвойственности из Великобритании. С раннего детства он проявлял живой интерес к глубинным вопросам человеческого сознания. Так, в семь лет он заявил матери, что считает мир «божьим сном». Знакомство в пятнадцатилетнем возрасте с поэзией Джалаладдина Руми усилило этот врожденный интерес, разгоревшийся еще сильнее после встречи Руперта с доктором Фрэнсисом Роулсом, который познакомил Спайру с классической системой Адвайты Веданты и мантра-медитацией.

В конце 1970-х годов (ему тогда еще не было и 20 лет) он присутствовал на последних собраниях Кришнамурти в Броквуд-парке и был глубоко впечатлен его интеллектуальной строгостью и смирением. В те же годы он изучал вращение Мевлеви, священный суфийский танец, а также начал изучать гончарное ремесло, обнаружив, что оно позволяет по-новому взглянуть на вопросы, возникшие при его встрече с недвойственным пониманием. (Впоследствии он стал известным художником по керамике, его работы есть во многих государственных и частных коллекциях, проходили выставки в разных странах.) Читать дальше »

Нацухико Кёгоку. Лето злых духов убумэ / Пер. с яп. А. Григорян. Москва: Эксмо, 2022. — 608 с. — (Tok. Национальныи бестселлер. Япония)

История этой книги началась с того, что почти тридцать лет назад молодой – а уж по японским меркам и подавно! – автор Нацухико Кёгоку заявился в одно из самых престижных японских издательств «Коданся» с рукописью мистического детектива, где мистики и ужасов едва ли не больше, чем детектива. Еще и называлось еще это довольно вычурно – «Лето убумэ» — с прямой отсылкой к японскому фольклору, то ли птице, то ли деве, то ли видению: злой дух, тело его до пояса в крови, и норовит он(а) похищать младенцев. Этакий злой сирин-гамаюн-алконост, если ориентироваться по межам межкультурных аналогий. Читать дальше »

К 350-ЛЕТИЮ ПОСЛЕДНЕГО РУССКОГО ЦАРЯ И ПЕРВОГО РУССКОГО ИМПЕРАТОРА

Портрет Петра I работы  Жан-Марка Наттье (после 1717)

Когда-то Пушкин поэмой «Медный всадник» задал вектор отношения к Петру I – не столько как к исторической личности, тем более не как к человеку, сколько как к «чистому воплощению самодержавной мощи» (В. Брюсов) в изваянии. И многие из тех, кто в Серебряном веке обращался к этому образу, следовали заданному вектору, в том числе — участники группы «Скифы» (о группе см. Виктория Шохина «“Варварская лира” и Запад»). (Отдельный вопрос – о влиянии на умы романа Мережковского «Антихрист (Пётр и Алексей)», 1904).

Глядя на Петра I сквозь произведения искусства — скульптуру Фальконе и пушкинские стихи, — «скифы» часто воспринимали его как мистического актора настоящего и — будущего. И обращались к памятнику с претензиями, просьбами, упованиями… Так, во 2-м сборнике «Скифов» (вышел в декабре 1917-го, но датирован 1918-м годом) было опубликовано «Слово о погибели Русской Земли» Алексея Ремизова. Оплакивая душу России, погубленную Октябрьской революцией, он взывает к Безумному ездоку — читай: к Медному всаднику. Называет Императора своим братом и выражает веру в его пришествие и помощь: «Русский народ, настанет Светлый день. Слышишь храп коня? Безумный ездок, что хочет прыгнуть за море из желтых туманов, он сокрушил старую Русь, он подымет и новую, новую и свободную из пропада». Петр I здесь – воплощение порядка, самоё государственность, что только, по мысли Ремизова, и может теперь спасти Россию, вернуть ей душу – Русь. Читать дальше »