Философия | БЛОГ ПЕРЕМЕН. Peremeny.Ru


Обновления под рубрикой 'Философия':

ОКОНЧАНИЕ. НАЧАЛО ЗДЕСЬ. ПРЕДЫДУЩЕЕ ЗДЕСЬ

В одной из сцен романа «Идиот» князь Мышкин, размышляя о письмах Настасьи Филипповны, ставшей в юные годы жертвой опеки помещика Тоцкого (явная ассоциация с другой жертвой — девочкой из детства Достоевского), забывается тяжёлым сном, лёжа на кушетке: «…ему опять приснился тяжёлый сон, и опять приходила к нему та же «преступница». Она опять смотрела на него со сверкавшими слезами на длинных ресницах, опять звала его за собой, и опять он пробудился, как давеча, с мучением припоминая её лицо. Он хотел было пойти к ней тотчас же, но не мог…»

В этом сновидении присутствует устойчивый сюжет ночных кошмаров Достоевского, отражённый, в частности, и в «Сне смешного человека»: испытывая ужас («тяжёлый сон»), он видит страдающую девочку, взывающую о помощи, просыпается и пытается найти её.

За сценой сновидения следуют рефлексии самого Достоевского о странных и кошмарных снах: (далее…)

ПРОДОЛЖЕНИЕ. НАЧАЛО ЗДЕСЬ. ПРЕДЫДУЩЕЕ ЗДЕСЬ.

Фрагмент мультфильма А.К.Петрова "Сон смешного человека"

Интересно, что «программное» произведение Достоевского, в котором предельно сконцентрированы все главные мотивы его творчества, носит название «Сон смешного человека». Юрий Карякин был безусловно прав, когда отмечал: «В «Сне» — все основные идеи, темы, образы, все голоса основных героев Достоевского. Почти сплошь раскавыченные самоцитаты… «Сон» — как бы мозаика из всех прежних произведений Достоевского (и даже отчасти — из будущих)».

Визионерский рассказ посвящен самому мрачному вечеру смешного человека, раздавленного простой обыденной мыслью о том, что в нашем мире всем всё равно. Несуразный герой настолько раздавлен этой мыслью, что решает в этот вечер покончить с собой. (далее…)

ПРОДОЛЖЕНИЕ. НАЧАЛО ЗДЕСЬ. ПРЕДЫДУЩЕЕ ЗДЕСЬ.

Франсиско Гойя. Сон разума рождает чудовищ

Истинно визионерское творчество Карл Юнг сравнивал со сновидением: «Великое произведение искусства подобно сновидению, которое при всей своей наглядности никогда не истолковывает себя само и никогда не имеет однозначного толкования… Чтобы понять его смысл, нужно дать ему сформировать себя, как оно сформировало поэта. Тогда-то мы и поймем, что было его прапереживанием… Органически растущий труд есть судьба автора и определяет его психологию. Не Гёте делает «Фауста», но неким психическим компонентом «Фаустом» делается Гёте».

Парадоксальность последнего утверждения Юнга не вызвала бы у Достоевского ни малейшего удивления. Он мыслил схожим образом, когда писал: «Человек всю жизнь не живет, а сочиняет себя, самосочиняется». Или: «…жизнь — целое искусство… жить значит сделать художественное произведение из самого себя».

В полной мере разделял Достоевский и убеждение в тождественности художественного творчества и способности видеть сны. Для Юнга главной предпосылкой для такого сравнения являлся бессознательный характер обоих процессов, обуславливающий их визионерскую косноязычность (неопределенность, противоречивость, метафоричность), понять которую, по Юнгу, можно лишь, вчитываясь в текст самого произведения (сновидения), а не отыскивая какие-то изъяны в личности их автора (как то делал Фрейд). (далее…)

ПРОДОЛЖЕНИЕ. НАЧАЛО ЗДЕСЬ. ПРЕДЫДУЩЕЕ ЗДЕСЬ.

Карикатура на автора "Бесов" А.Лебедева. 1879 г.

Аристотель был первым мыслителем, приблизившимся к разгадке тайны психологии искусства. Его понятие «катарсиса» могло бы стать ключом к анализу эстетической реакции, если бы само не стало загадкой для последующих поколений философов и психологов, бьющихся над данной проблемой. В своей работе «Вдохновение и катарсис. Интерпретация «Поэтики» Аристотеля» Т. Бруниус привел широкий спектр всевозможных толкований аристотелевского понятия, отметив, в частности, что, если XV век дал около десятка таких интерпретаций, то прошлое столетие увеличило их количество до полутора тысяч.

В психологию понятие катарсиса ввел Иозеф Бройер, вводивший своих пациентов, больных истерией, в гипнотическое состояние, в котором те вспоминали о своих травматических переживаниях, что приводило к бурному излиянию чувств, после которого наступал душевный покой. Со времени экспериментов Бройера в психологии — будь то психоанализ Фрейда или школа Выготского — установилось представление о катарсисе как об эмоциональной разрядке, об очищении от аффектов. (далее…)

ПРОДОЛЖЕНИЕ. НАЧАЛО ЗДЕСЬ. ПРЕДЫДУЩЕЕ ЗДЕСЬ.

Неточка Незванова. Илл. Н.Верещагиной. 1954 г.

Ключ к творчеству Достоевского кроется в его словах о Некрасове:

«Это именно… было раненое в самом начале жизни сердце, и эта-то никогда не заживавшая рана его и была началом и источником всей страстной, страдальческой поэзии его на всю жизнь».

В этом высказывании о другом авторе Достоевский в полной мере выразил собственную психологию творчества. Источником его «страстной, страдальческой поэзии» являлось его «уязвленное сердце», рана, нанесенная ему в самом начале его жизненного пути. Никогда не заживавшая и кровоточащая, она питала все его творчество. Ее кровью исполнено большинство текстов Достоевского, понять которые просто невозможно без сознания этого источника его вдохновений.

Как говорил тот же Ницше: «Пиши кровью, и ты узнаешь, что кровь есть дух. Нелегко понять чужую кровь…» (далее…)

ПРОДОЛЖЕНИЕ. НАЧАЛО ЗДЕСЬ. ПРЕДЫДУЩЕЕ — ЗДЕСЬ.

Черновик "Преступления и наказания" с рисунками Наполеона (символ зла) и "святого доктора" Гааза (символ добра)

Спустя полвека после смерти Достоевского характернейшая особенность его поэтики — его визионерское косноязычие, противоречивость и парадоксальность его письма — были осмыслены совершенно иначе. Свое классическое ныне исследование поэтики Достоевского Михаил Бахтин начал с очевидной констатации:

«При обозрении обширной литературы о Достоевском создается впечатление, что дело идет не об одном авторе-художнике, писавшем романы и повести, а о целом ряде философских выступлений нескольких авторов-мыслителей — Раскольникова, Мышкина, Ставрогина, Ивана Карамазова, Великого Инквизитора и др. Для литературно-критической мысли творчество Достоевского распалось на ряд самостоятельных и противоречащих друг другу философем, представленных его героями…
Множественность самостоятельных и неслиянных голосов и сознаний, подлинная полифония полноценных голосов, действительно является основною особенностью романов Достоевского».
(далее…)

Чёрное зеркало алхимика XVI века Джона Ди

Что может быть общего у двух столь разных мыслителей, как Федор Михайлович Достоевский и Карл Густав Юнг? Если подходить к анализу их текстов предельно рационально, в контексте какого-нибудь «точного …ведения», — ничего общего. Совершенно различные судьбы, отразившиеся в абсолютно несхожих текстах.

И все же есть нечто, объединяющее страстного русского писателя и отстраненного швейцарского психолога, а именно — их образ творчества, сновидческий и визионерский, резко отличающий Достоевского и Юнга от основной массы их современников. Не будет большим преувеличением назвать Достоевского главным визионером XIX века, Юнга же — главным сновидцем века XX.

Визионерская общность их творчества в полной мере проявляется в отражениях образности Достоевского в «черном зеркале» аналитической психологии Юнга. Петербургский мастер создавал свои шедевры в доаналитическую эпоху. Цюрихский психиатр был малознаком с творчеством Достоевского. Поэтому ни о каком прямом влиянии одного на другого здесь не может быть и речи. Тем интереснее эта «игра теней». (далее…)

НАЧАЛО ПУБЛИКАЦИИ РИБХУ ГИТЫ — ЗДЕСЬ. ПРЕДЫДУЩАЯ ГЛАВА — ЗДЕСЬ.

Мауна свами, Тируваннамалай. Фото: Иван Андриец

Внимание! На «Переменах» опубликованы Предисловие и первые девять глав «Рибху Гиты». Чтобы прочитать ее полностью, вы можете купить ее в электронном или бумажном (мягкая обложка, клей) вариантах в магазине Ridero. По вопросу приобретения книги в твердой обложке (шитый переплет) пишите на адрес admin@peremeny.ru

Глава Седьмая

7.1
Рибху:
Нида́га, послу́шай, что́ я скажу́.
Я пове́даю зде́сь о возлия́нии Бра́хману.
Даже в Ве́дах и свяще́нных Писа́ниях
говори́тся об э́том ре́дко.

7.2
Вселе́нная по́просту не́ существу́ет,
и не́т никаки́х отде́льных веще́й.
Только Бра́хман реа́лен и всегда́ соверше́нен.
Э́то и е́сть возлия́ние Бра́хману.

7.3
Даже бу́дучи в фо́рме Я всё́ равно Бра́хман,
Бытие́, Созна́ние и́ Блаже́нство,
Моноли́т, недели́мость Блаже́нства.
Э́то и е́сть возлия́ние Бра́хману.

7.4
Я всегда́ соверше́нная Пустота́,
Естество́, преиспо́лненное блаже́нства,
Я всё ве́чное и Я всё́ преходя́щее.
Э́то и е́сть возлия́ние Бра́хману.

7.5
Я́ простра́нство Созна́ния то́лько,
Я всегда́ Естества́ простра́нство,
Са́м в Себе́ Я са́модоста́точен.
Э́то и е́сть возлия́ние Бра́хману. (далее…)

В.Набоков, 1926 г.

1.

Много лет назад посчастливилось приобрести в Петербурге репринтный сборник юношеских стихов В.В. Набокова, изданных в 1916 году на средства автора. Переиздание осуществило издательство «Набоковский фонд», приурочив его к 100-летию со дня рождения поэта и писателя. Это тот самый злополучный сборник, вызвавший язвительный отзыв преподавателя юного Владимира Набокова в Тенишевском училище Владимира Гиппиус; отзыв, давший повод его сестре Зинаиде заявить Набокову-отцу: «Из вашего сына никогда не выйдет писатель»…

Вот как это приобретение произошло.

В холодный и слякотный январский день 2001 года я переступил порог фамильного особняка Набоковых на Большой Морской. А перед этим с чувством некоторого дежавю осматривал его обширный двор. Хорошо сохранился гараж, где стояли знаменитые на всю северную столицу английские автомобили Набокова-отца. И на стенах красовались всё те же витиеватые вензеля фамильного герба с буквой «Н»… (далее…)

— Роман, мне интересно с тобой разговаривать. Даже на нехристианские темы. И не подумай, что я одержим идеей тебя воцерковить, но почему ты не видишь очевидных преимуществ той веры, которая у тебя, так сказать, перед носом?

— Отец Никандр (имя изменено), о каких преимуществах вы говорите?

— К примеру, у нас, в православии, нет этой дикой идеи слияния, растворения (делает круглые — как будто от ужаса — глаза). Наша вера не требует терять свою индивидуальность. Ты — личность. И Бог — тоже личность. Бог любит тебя. А ты любишь Бога.

— Отец Никандр, я, наверное, тоже не хотел бы сливаться с не пойми чем. Или растворяться не пойми в чем. Но что вы имеете, к примеру, против слияния с Богом?

— А зачем оно нужно? Бог создал меня. Значит так задумано, чтобы мы сосуществовали.

— И все-таки, приведите конкретную причину. Что вас такого смущает в Боге, что вы не хотели бы с ним слиться?

— А я разве сказал, что меня что-то смущает в Боге? (далее…)

Donald Rust. Creative Concepts Original Scan 1996

Donald Rust

Мне не близко выражение «красота в глазах смотрящего». Соринки там, в его глазах, пожалуй, имеются. А то и бревна (Мф. 7:3).

К тому же у слова «смотрящий» есть уголовные коннотации, и мирный житель вздрагивает от такой лексики.

Наконец, что собой представляет смотрящий или – отказываясь от сленга – зритель, как не добавление к тому, на что он смотрит? Есть ли корреляция между наличием зрителя и заинтересованностью в нем?

Ребенок выучил стишок и ждет возвращения с работы родителей, чтобы прочитать его, воспользовавшись детским табуретом как подиумом, и услышать ответную похвалу. Рекламный щит буквально лезет в глаза, чтобы, увидев его, мы купили продукт по якобы скидочной цене. Старшеклассница накрасилась, уложила волосы и вышла с подругой на прогулку по району не только ради полезного перед сном вечернего моциона, но и с целью привлечь внимание потенциального ухажера из числа также прогуливающихся на свежем воздухе сверстников. (далее…)

Lennart Svensson. Ernst Junger: A Portrait. Canada: Manticore Books, 2014. 290 c.

В условиях, когда книги Эрнста Юнгера вполне завидными темпами переводят на русский, ощущается недостаток не только его биографии, но и работ, вводящих в непростой и необычный мир юнгерианы. К сожалению, вышедший у нас дайджест из биографии Гельмута Кизеля не может претендовать в кандидаты на заполнение этой лакуны.

(далее…)

Олег Давыдов. Побег (роман в шести частях): Издательские решения, 2021. — 544 с.

Есть два вида литературы: живая (естественно выросшая вместе с жизнью) и синтетическая (выращенная искусственно в ретортах интеллекта). Это как с драгоценными камнями. Одни вырастают в недрах земли, десятилетиями и даже веками зрея под воздействием высоких и низких температур, давления, тектонических сдвигов и прочих геологических факторов. А другие формируются за несколько часов в лабораторных условиях – под воздействием искусственно смоделированных условий. И те, и другие камни ценятся и применяются в ювелирном деле. Природные камни ценятся больше за свою естественность, но в них зачастую встречаются примеси, включения, несовершенства. Синтетические камни считаются менее ценными, но выглядят порой намного эффектнее, чем природные – ярче, чище, безупречнее. И та, и другая литература так или иначе находит своего читателя, влияет на него и оказывает влияние на повседневную жизнь. (далее…)

Salman Rushdie. Languages of Truth. Essays 2003—2020. London: Penguin Random House, 2021. 356 c.

Со сборниками, составленными из текстов по случаю, бывает две ситуации. Или они так и остаются сборником разнородных текстов, выступлений, колонок, предисловий, как в случае Рушди. Или они же слепливаются и каменеют в новом единстве, объеденные определенными темами и мотивами. Тут, кажется, третий случай — и общие мысли есть, и тексты существуют все же по отдельности.

На две страницы или на пятьдесят, тексты «Языков правды» выстроены со всем тщанием. Уж что, а увлечь, рассмешить или шокировать Рушди умеет прекрасно. В речах, — а он их, почетный, приглашенный и просто профессор всего, когда-то президент американского ПЕНа и прочая, прочая, целых полторы страницы регалий и титулов в конце книги — просто видишь: будь это стенограмма, стояла бы ремарка «смех» или «бурные аплодисменты». История из его богатой биографии, самоирония и полагающаяся скромность, теория, шутка. Никто не расходится! (далее…)

Для всего, что требует от человека активности, созерцательность выглядит «подрывной бездеятельностью».

К примеру, она одинаково неприемлема как для т.н. потребительского капитализма, так и для его критиков. Ведь созерцатель «отвлекается» не только от ажиотажного приобретения благ, но и от социальной (классовой) борьбы за более справедливый (уравнительный) общественный порядок.

В силу того, что созерцание не имеет предзаданной цели, созерцатель будет отторгаем любым лагерем любого спектра – от политического до научного. Любым коллективным субъектом, имеющим свой интерес.

С созерцательности не получить дивидендов ничему стороннему. Она везде и всюду будет тем, что лишь отвлекает. Отвлекает, кстати, от того, что в 99 процентах случаев обнаружило бы под созерцающим взглядом свой условный, необязательный характер. (далее…)