От бабушки нам достался леденцовый трафарет. Это две чугунные пластины с шестью вогнутыми фигурками в два ряда (если найду, сфотографирую).
Пластины соединялись и крепились двумя огромными прищепками, так чтобы фигурки полностью совпадали. Наверху, в соединенных пластинах оставалась дырочка-трубочка, куда и заливался горячий сахарный сироп, через две минуты пластины разъединялись и на тарелку падали петушок, рыбка, домик, ягода малина, заяц и звезда.
Сахар в пропорции один к четырём варился, и чем дольше он оставался на огне, тем темней получался цвет самого сиропа – от желто-дымчатого до темно коричневого. Иногда в сироп добавлялась лимонная кислота, но, если честно, бабушка этого не любила.
Жженый или варенный сахар бабушка считала лечебным; он лечил горло и хандру, повышал трудоспособность и способность быстро соображать.
Леденцы в нашем доме варились регулярно.
Как же я обрадовалась, увидев в музее города Верея целую машину для леденцеварения (на фото вначале поста). Такая машина позволяла изготавливать в сотни больше леденцов.
Механизм работал наподобие офортных валиков. Крутится ручка мееееееедленно, заставляя передвигаться два плотно соединяющих валика. И по мере передвижения валиков, в ложбинку льется горячий сироп, с ложбинки он заполняет пространство фигурок, и как только фигурка раздвигается, выпадает моментально застывший леденец. При правильном распределении, как сейчас говорят, рабочих мест, процесс мог быть безостановочным: один варит сироп, другой подаёт его к машине, третий искусно – много нельзя, а то не застынет сразу – льет его в ложбинку на валике, третий крутит ручку, четвертый собирает урожай.
Музей бедный, и большая часть посвящена советской истории. Русская история была вся как в «ошметках». Но уже и то, что есть, сводит сума от радости. Сама машина собрана кое-как, даже без болтов, рисунки на валиках не совпадают, может валики с разных машинок. К этому мы привыкли, но какого было моё удивление, когда в Интернете я ничего не нашла по истории наших славных леденцов, кроме двух упоминаний, которые и привожу:
В России леденцу уже 500 лет. Обычная форма русского леденца — это петушок, однако в 1489 году использовались формы рыбы, домика и ёлки, поскольку форма петуха была слишком сложна. Особенное распространение леденцы на палочке в форме «петушка» и «белочки» получили в конце 70-х годов XX столетия в СССР. В настоящее время оригинальное производство «русского леденца» восстановлено на единственном предприятии в России в городе Орле.
Издревле самым любимым ярмарочным лакомством был петушок на палочке. Знать считала его «кушаньем черни», а сама покупала круглые леденцы в бумажной обертке. Назывались эти большие леденцы «монпансье» (заграничное словечко ласкало слух знатных барышень). На вкус они были разными: в те времена готовили леденцы кустарно, рецепты передавали по наследству от отца к сыну.
Среди производителей-кустарей был московский ремесленник Федор, что поставлял леденцы в магазин Григория Елисеева. Федор славился тем, что умел делать двухцветные красно-белые леденцы. Поскольку Елисеевский магазин обслуживал богатых покупателей, каждый леденец требовалось завернуть в обертку.
Однажды с Федором случился конфуз. Приготовил он лоток леденцов, прикрыл тряпицей, чтобы потом завернуть каждый в обертку – и отправился в гости: в тот день он был зван на именины. А на утро (видать, с похмелья) не вспомнил об обертках, схватил лоток и понес в магазин. Елисеев, самолично принимавший товар, не принял лакомство. На обратной дороге Федор остановился возле женской гимназии передохнуть, поставил лоток на тумбу. И тут все голыши по две копейки за штуку раскупили гимназистки. На завтра сделали заказ. И фамилией Федора поинтересовались. А она у него была непростая, иностранная – Ландрин. Так и повелось называть леденцы-голыши «ландрином».
С тех пор Федор не носил свой товар к Елисееву. Уличная торговля давала ему больший доход. А вскоре леденцовых дел мастер перебрался в Питер и открыл кондитерскую фабрику. Правда, когда для ассортимента он начал выпускать леденцы в фантиках, имя Федор пришлось сменить на Георг. Сейчас бы это назвали удачным маркетинговым ходом: леденцы фабрики Георга Ландрина покупали и бедные, и богатые, и в магазинах, и у коробейников. А останься он Федором — пришлось бы торговать лишь с уличных лотков.
Иван Андреев из Звенигородского уезда придумал особый вид леденцов – сахарные цветы.
Журнал "Перемены" в ВК >>
Вы можете поблагодарить редакторов Перемен >>