Разные тексты | БЛОГ ПЕРЕМЕН. Peremeny.Ru - Part 18


Обновления под рубрикой 'Разные тексты':

Утром, сквозь сон, включив радио и просыпаясь, обнаружил подозрительное сходство между стихами Федора Чистякова «Песня о настоящем индейце» и Мандельштама «Отравлен хлеб и воздух выпит»…

Сравните:

Ну, а если наш индеец вдруг немного загрустит,
Он достанет папиросу и покурит, посидит.
Посидит, подумает, что-нибудь придумает,
Ну, а если грустно станет, так он песню запоет.

А под вечер все индейцы соберутся у стола,
Заколотят трубку мира — прояснится голова.
И про прерии простор поведут свой разговор:
«Где ж вы, кони, наши кони, что несут во весь опор?»

и

Под звездным небом бедуины,
Закрыв глаза и на коне,
Слагают вольные былины
О смутно пережитом дне.
Немного нужно для наитий:
Кто потерял в песке колчан,
Кто выменял коня, — событий
Рассеивается туман.
И, если подлинно поется
И полной грудью, наконец,
Все исчезает — остается
Пространство, звезды и певец!

марихуана

Недавний выплеск в Блоге Перемен был услышан где-то там… то ли в Чехии, то ли среди интернет-шутников. Легализованы наркотики в Чехии. В ограниченных количествах, но носить и употреблять можно и героин, и экстази, ну и траву само собой… Об этом пока сообщили некоторые новостные сайты. А также и серьезные аналитические издания (что дает уже нешуточные основания полагать, будто все это чистая правда). Например, на «Look at me» (новость который день уже висит там на самом видном месте на главной странице) пишут: «…с 1 января 2011 года в этой стране вступает в силу закон о легализации наркотических веществ. Согласно решению правительства страны, со следующего года в Чехии будет разрешено иметь при себе до 15 граммов марихуаны, до четырех таблеток экстази, двух граммов амфетамина, полутора граммов героина, и одного грамма кокаина». Я посмотрел — в чешском интернете эта информация как-то подозрительно не муссируется. Есть что-то в паре англоязычных изданий про Чехию, но смущает дата… там написано «с 1 января 2010 года». А в рунете активно обсуждают именно легализацию с 1 января 2011 года… В английской Википедии сказано, что в Чехии действует с 1 января текущего года закон, в соответствии с которым человека не посадят в кутузку, обнаружив у него указанное количество материалов, но их — отнимут у него. А это уже не совсем легалайз… И совсем не то, о чем вдруг стали трубить некоторые отечественные СМИ сейчас (к тому же — про 1 января 11 года).

Интернет это ведь такая штука, где мистификацию запустить (а особенно на такую живую тему) можно с одного-двух кликов мыши — и пошло-поехало…

Очевидно, это сознательно спровоцированный кем-то в рунете медиавирус, целевой вброс (если так, то с какой целью активирован этот вирус? Прощупать общественное мнение? кому это может быть нужно? для чего?). Или всё же это просто чья-то дурацкая ошибка, подхваченная невнимательными блоггерами и журналистами?… Но случаются ли такие ошибки на пустом месте?

Вы как думаете, что это?

Мне кажется, я абсолютно не представляю себе жуткое пространство отечественной поэзии, в которое я желаю войти, распахнув свою душу. Надо честно признать, что наша, россиянская поэзия, это уже не искусство уединения со всеми, а сплошная интеллектуальная и духовная проституция на заплесневелой панели толстых журналов.

Пока ехала с работы на краснорылом трамвае, набросала это  стихотворение:

дождит
нет целую вечность солнца над крышами
и запотелые окна
целуют расцелованных тоской

какая осень странная в округе
прежде навсегда нестало лета
после навечно забудется зима
а вдруг
эта осень и есть врата райские
для тех которые исчезнут навсегда
а небо не!брито
а небо в похмелье
небо — дождит

дин-кап-дин-кап
наверное
и в подобном звучании дождя есть
огромное важное ускользающее
от меня сегодня
а впрочем то же было и вчера
и то же самое случится и завтра
дин-кап-дин-кап

в моём УЖАСНО одиноком обиталище
чуть западнее руин
Петербурга Достоевского
жизнеутверждающе наброшена петля на люстру
и тень моя гамлетизирует её дрожь

разверзлось трамвайное чрево
открылось трамвайное нутро

и входят лица
и выходят затылки
и тьма желаний укутана в плащи
и тонны раздумий обтянуты куртками
а некоторая печальность облачена в пальто
с каракулевым воротником
и в этом постоянном непостоянстве
моё освобождение
от
осеннего недомогания
одиночествующей лесбиянки

Захотелось прогуляться, и я вышла на перекрёстке Стачек и Ленинского. Направилась в сторону метро. По дороге разглядывала рекламные вывески салонов красоты и прикидывала через сколько дней после изнуряющей, но обожаемой, экзекуции над собой придётся звонить дальнему родственнику и взять взаймы у него пару тысяч на пропитание и книги. Насчитала семь дней.

Вчера видела соблазнительный полупрозрачный комплект белья, красного цвета, от Marc&Andre. Майка на тонких регулируемых бретельках, украшенная оборками на плечах и снизу. Трусики-шорты. В нём, я думаю, замечательно читать стихи, философские трактаты или просто есть мороженное, когда за окном октябрь и дождит. Стоит эта замечательная вещица около полутора тысяч рублей. Для меня – дороговато…

А для вас?

Вчера же, мне давилось встретиться с Валерой. У многих блондинок, обычное дело, самые умные подруги, почему-то, это сероглазые брюнетки. Она, после всевозможных ухмылок на моё повествование о похождениях по семи кругам торгового комплекса, шикарно обозванным «Французским Бульваром», достала из своей сумочки какую-то книжечку и заявила, что этот новый бестселлер талантливейшего интеллектуала и литератора Андрея Максимова, отчасти оправдывает моё существование. О, как!

Она ещё не устала от собственной интеллигентности. Ей уже двадцать восемь, в её гражданском браке нет ничего кроме унылой перспективы свою жуткую привычку надоедать умными цитатами из толстых книг личному пучеглазому сожителю по выходным, перевести в разряд официально оформленной обязанности.

Она вообще не носит чулки. Говорит, что это пошло. Иногда она забегает в гости, и я принуждаю её к просмотру порнографии. Ей это нравиться: и моё принуждение, и порнография на экране плазмы. Но она ещё ни разу не призналась мне в этом.

Наверное, она ещё и не подозревает о существовании оргазма… (далее…)

Вчера услышал по телевидению образцово-показательную весть о том, что в Афганистане совместными усилиями российско-американских войск обнаружены и уничтожены потайные заводы по добыче и производству и фасовки наркотика героина. Показали огромные мешки с опийным сырьем и двух гордых командиров в форме. Один по-русски спрашивал:

— Опиум?

Второй по-английски отвечал:

— Yeah-yeah opium…

Типа нашли общего врага. Сплотились на почве единодушной ненависти к отвратной наркоте.

А потом прозвучала сумма. «Всего было уничтожено в ходе операции героина на миллиард долларов». И тут меня вскрыло. Как же это глупо! Ну в самом деле, лучше бы поставили продажу наркотиков под контроль, а не боролись бы с ними. Чем наркотики хуже алкоголя? Тем, что от них люди мрут? Ну хотят умирать — и пусть умирают. У нас свободный мир. Свобода воли, свобода выбора. Подростки неразумные умирают? Ну что значит неразумные. Ну не продавайте их детям, не продаете же детям водку и пиво?

Да, продажу наркотиков (любых!), я считаю, нужно разрешить. В особых магазинах и по строгим правилам. Ведь если люди хотят травиться и умирать (получать кайф, расширять сознание, избавляться от боли, забываться), то зачем им это запрещать?

Лично я не употребляю наркотики. Вообще. И считаю, что это гадость. Но я сделал этот выбор сам. Не потому что мне государство запретило их потреблять, а потому что я человек разумный и просто лучше себя чувствую без них. Но:

Потребление наркотиков (в частности, опиатов) — это древнейший ритуал, древнейшая культура. Их просто так все равно не запретишь и не истребишь. Хоть потрать ты на это миллиарды и века… Поэтому, дорогие США и Россия, давайте смотреть правде в глаза и извлекать прибыль и пользу из этого неизбежного зла. Поставьте под контроль оборот (под реальный контроль, а не под иллюзорный. под такой же контроль, под который вы поставили табак, алкоголь, продукты с вредными консервантами и прочую вредоносную байду, которая продается в магазинах), разрешите — в ограниченном режиме — и получайте большие налоги в казну. И хватит травить бедных афганцев и пакистанцев… Они жили этим и будут жить всегда. Это их национальная сельскохозяйственная культура.

В конце концов, от наркотиков меньше вреда, чем от нефти, это уж по-любому в масштабах вечности и всемирной экологии.

P.S. Конечно, они никогда этого не сделают… Потому что у них есть «совесть» (точнее слабоумный электорат).

Monday

Тысяча атмосфер давят на кровать,

потому что это понедельник утра,

ты встаёшь, ты пытаешься встать, переставляя будильник каждые пять минут, чтобы  ещё раз окунуться в шабашно-прерывающийся сон и тут на самом фееричном переливающимися смыслами сонном моменте ты ощущаешь, что глаза открыты, ты ещё во сне, но начинаешь осознавать что проспал, судорожно встаёшь, руки! чортовы руки занемели, они мешают, но тут же отвлекаешься на секунду и наслаждаешься яркими лучами солнца, которые ворвались в комнату или ты к ним ворвался открыв глаза именно сегодня и именно утром… начинаешь ходить по комнате соображая как одеться с такими дурацкими руками. И вот когда борьба с конечностями преодолена ты уже в сонном метро, почему-то именно сегодня там, я вспомнила первое столкновение с жизненной реальностью, помню как маленькая попробовала на вкус шампунь «Кря-кря», это да, это было сильнейшее разочарование.

TheBookExchange

Поговорим теперь про литературных критиков. Ведь именно они, по идее, должны бы были помогать пробиваться новым талантливым писателям к читателю, который — хочет не хочет — но нуждается в переменах, как в воздухе. А значит — нуждается в новой литературе, которая бы приходила на смену старой. Обновляя язык и сознание, давая новую форму мифам, которыми живет человечество. Вращая мир.

Нет, конечно, это все идеализм. Ничего такого критик не должен. Ведь критик кто? Критик зачастую это неудавшийся писатель. Причем часто такой, который склонен желчь своих литературных неудач изливать на более удачливых коллег по перу.

В романе «Побег» (кстати, вот здесь в рамках проекта Неудобная литература мы начинаем публикацию четвертой части этого текста) есть момент про критиков. Герой романа приходит в гости к своему приятелю по фамилии Марлинский и неожиданно для себя попадает на публичное чтение и разбор романа, только что начатого этим самым Марлинским. Слушатели — интеллигенция, критики, какие-то знакомые Марлинского. Прослушав начало будущего романа, они устраивают ему разнос. Ирония в том, что автор (он же главный герой) решил не изображать (то есть «не цитировать») опыты Марлинского, а позволил этому выдуманному им литературному собранию критиковать на страницах своей истории не что иное, как непосредственно начало этой истории, первые ее три главы, которые прекрасно знакомы и читателю (ведь так читателю проще будет понять механизм критики). Вот этот фрагмент. То есть критики критикуют автора самих же себя (с одной стороны тут как бы такая постмодернистская самоирония — а роман написан, напомню, в 1982 году, — но с другой это ведь вполне реалистическое отражение действительных ситуаций, имевших место во время подобных чтений, а сейчас -– имеющих место в заметках лит.критиков).

И вот один критик говорит:

— Понимаешь? — не зацепляет, крови нет, каких-то кровавых лепешек, — со страданием в голосе сказал Букин. — Слишком удобно у тебя там: ногу не натирает. Ну, хоть покраснение бы какое. Правда, вот с этой Сарой… Но тоже ведь… ты позволяешь себе писать, как Достоевский, — «она побледнела как полотно», — но ты же не Достоевский… — понимаешь? — хоть запах какой изо рта у нее пусть будет или одна ягодица больше другой… А так вот — возбудишься и впустую — нет продолжения, нет трения… Ты не обижайся, но так никто читать не будет.

А другой:

— Да разве это события? — на них не падает отсвет… трагедии нет… Воскрешение Лазаря у Достоевского — это я пережил — вот трагедия! А у тебя что? — тыщу шагов прошел, две тыщи, какие-то привидения — скукотища! Просто неприлично. Сейчас такое время… Война в Афганистане. Вот ты на сколько страниц размахнулся? на тысячу? — сейчас читатель ленив; он твои рассуждения пропускать будет; бульвары он и сам в окошко видит; ему подавай крови, детективов, приключений! — ты хоть бы детективом оживил все это… Не обижайся, для твоей же пользы говорю.

А что же автор?

Расстроенный Марли только кивал им в ответ. Да и что ж ему было? Не защищаться же! Марлинский молчит, но я-то поражен в самое сердце. Больше того, я снимаю с этих ненароком подвергшихся такому разгрому глав свое авторство — пусть уж и на самом деле Марли их написал, а я в них лишь действовал. Пусть! — ему-то не привыкать, а меня раздражает доморощенная критика, под которую я так неудачно подвел свой текст. Лучше бы я, право, подобрал для этого что-нибудь из Гончарова или Лермонтова — вот кому болтовня никак бы не повредила.

И апофеоз литературной критики:

— Здесь главное другое, — сказал вдруг Мудраков, и всё смолкло, — главное, что автору кто-то внушил, что он большой писатель. Это самое неприятное. Он, конечно, бессовестно у всех понадергал: и у Кафки, и у Пруста, и у Джойса, и у Платонова, и у Булгакова — у всех, но самое главное: он почему-то считает себя большим писателем, тогда как он вовсе не большой писатель, и я даже не побоюсь сказать — не писатель вовсе.

После этого Марлинский с главным героем (автором) напиваются с горя.

Пророческая история про «не впечатлило» (невозможность продать) и «месячные»…

Впрочем, критики бывают разные. Например, в Хронике Неудобной литературы можно было и еще можно будет прочитать мнения критиков вполне порядочных.

***

Хроника Неудобной литературы будет продолжена, если к тому появятся поводы. А вот Содержание Хроники проекта Неудобная литература – в том порядке, в котором я рекомендую вам ее читать, чтобы получилась занятная драматургия (впрочем, это гипертекст, и у вас могут возникнуть свои соображения на эту тему):

Переписка с Александром Ивановым из Ад Маргинем и представление романов «Побег» и «Мотобиография»
Виктор Топоров и его Опция отказа. Как это работает, или как найти издателя
Ответы Дмитрия Быкова
Ответы Сергея Шаргунова
Ответы Вячеслава Курицына
Ответы Николая Климонтовича
Ответы Владимира Сорокина
Ответы Дмитрия Бавильского
Ответы Александра Иванова
Невозможность продать (в символическом смысле)
Ответы Льва Данилкина
«Хорошая вещь пробьется», или Неудобность Галковского
Ответы Андрея Бычкова
Ответы Лидии Сычевой
Ответы Виктора Топорова
О том, как в толстых журналах 80-х понимали «гласность», а также об отношении издателей к сетевой литературе
Ответы Алексея Варламова
Ответы Игоря Панина
«Новый мир» реагирует на Неудобную литературу. Михаил Бутов VS Виктор Топоров
Ответы Льва Пирогова
Ответы Евгения Лесина
КУКУШКИНЫ ДЕТКИ. Роман Олега Давыдова (к началу первой публикации)
Ответы Лизы Новиковой
Ответы Сергея Белякова
Ответы Ефима Лямпорта
«А вокруг скачут критики в мыле и пене…» (про литературных критиков)
Роман «Побег» и МИТИН ЖУРНАЛ
Ответы Романа Арбитмана
Переходный период. Битники, Пелевин и — ответы Виктории Шохиной
Ответы Макса Немцова
Ответы Юрия Милославского
Ответы Дениса Яцутко
Таба Циклон и Джаз на обочине. Гонзо-стайл и антихипстеры
Игры пастушка Кришны

Книги проекта Неудобная литература

Вся Хроника Неудобной литературы всегда доступна вот по этой ссылке.

Сейчас будем читать ответы на вопросы Неудобной литературы от писателя Дениса Яцутко. Впрочем, может и не писателя. Сам Денис Яцутко как-то сообщил по этому поводу в Блоге Перемен следующее: «Я – участник современного литературного процесса. Потому что написал книжку. И даже издал. И даже номинировался на какую-то премию. Газеты и журналы писали на меня рецензии и брали у меня интервью, а в одном клубе ко мне даже пару раз подошли за автографами. С тех пор некоторые несознательные личности называют меня писателем и время от времени приглашают на разные литературные мероприятия». Скорее, Яцутко как раз из тех писателей, которых некоторые издатели именуют «сетевиками» (об этом – здесь). То есть он пишет и публикуется в основном в интернете. В последнее время – в собственном блоге.

Денис Яцутко

Ответы Дениса Николаевича:

Читаете ли вы современную художественную литературу, публикуемую в издательствах и толстых журналах? Если да, то как часто? Многое ли нравится? Если есть, назовите, пожалуйста, последнюю из понравившихся книг (роман, повесть, рассказ), ее автора и, по возможности, время и место ее публикации.

Журналы не читаю вообще никакие, ни толстые, ни тонкие, уже давно, много лет. Книги читаю, когда есть время. В основном, переводную литературу, современную английскую, австралийскую, американскую, латиноамериканскую, европейскую континентальную прозу. Русское не читаю почти совсем. Иногда пробую, но, как правило, всё очень сильно не нравится. Со временем пробую всё реже. После покупки читалки, читаю, в основном, fb2. Недавно перечитал «Камешки на ладони» Солоухина. Опять понравилось. Последнее, что понравилось из прочитанного на бумаге, это «В обличье вепря» Лоуренса Норфолка (я немного об этом писал).

Часто бывает так, что издательства и толстые журналы отказываются публиковать по-настоящему хорошие тексты, называя разные причины отказа, либо без объяснения причин. Как вы думаете, почему это происходит? Каковы, как вы полагаете, настоящие причины таких отказов?

Ни разу не интересовался, потому что никак не могу ничего довести до завершения. Соответственно, издавать мне пока нечего.

Читаете ли вы статьи литературных критиков и обозревателей книжных новинок?

Нет.

Как вы думаете, переместится ли в ближайшие лет десять хорошая (большая) литература окончательно в интернет? Отпадет ли необходимость в бумажных изданиях? Если нет, то почему вы так думаете?

Окончательно — нет. Но с развитием беспроводных сетей и подключаемых к ним мобильных электронных читалок — в немалой степени. Но я всё равно продолжу время от времени покупать книжки. Потому что привык.

***

Хроника Неудобной литературы будет продолжена, если к тому появятся поводы. А вот Содержание Хроники проекта Неудобная литература – в том порядке, в котором я рекомендую вам ее читать, чтобы получилась занятная драматургия (впрочем, это гипертекст, и у вас могут возникнуть свои соображения на эту тему):

Переписка с Александром Ивановым из Ад Маргинем и представление романов «Побег» и «Мотобиография»
Виктор Топоров и его Опция отказа. Как это работает, или как найти издателя
Ответы Дмитрия Быкова
Ответы Сергея Шаргунова
Ответы Вячеслава Курицына
Ответы Николая Климонтовича
Ответы Владимира Сорокина
Ответы Дмитрия Бавильского
Ответы Александра Иванова
Невозможность продать (в символическом смысле)
Ответы Льва Данилкина
«Хорошая вещь пробьется», или Неудобность Галковского
Ответы Андрея Бычкова
Ответы Лидии Сычевой
Ответы Виктора Топорова
О том, как в толстых журналах 80-х понимали «гласность», а также об отношении издателей к сетевой литературе
Ответы Алексея Варламова
Ответы Игоря Панина
«Новый мир» реагирует на Неудобную литературу. Михаил Бутов VS Виктор Топоров
Ответы Льва Пирогова
Ответы Евгения Лесина
КУКУШКИНЫ ДЕТКИ. Роман Олега Давыдова (к началу первой публикации)
Ответы Лизы Новиковой
Ответы Сергея Белякова
Ответы Ефима Лямпорта
«А вокруг скачут критики в мыле и пене…» (про литературных критиков)
Роман «Побег» и МИТИН ЖУРНАЛ
Ответы Романа Арбитмана
Переходный период. Битники, Пелевин и — ответы Виктории Шохиной
Ответы Макса Немцова
Ответы Юрия Милославского
Ответы Дениса Яцутко
Таба Циклон и Джаз на обочине. Гонзо-стайл и антихипстеры
Игры пастушка Кришны

Книги проекта Неудобная литература

Вся Хроника Неудобной литературы всегда доступна вот по этой ссылке.

* * *

Извините, опять я.. Поперёк Вашей Литературы и Йвреев, со своими глупостяме.. Но у меня Тоже Важное! (ломая руки, в сердцах, изогнувшись вопросительным знаком — нужное подчеркнуть)

Наболело, нндас.. Дело в том (я тут случайно узнал) — пробки в Мск создаются не сами собой, а СПЕЦИАЛЬНО!

Так ОНИ махом убивают целую кучу зайтсев! То бишь, агнцев, я хотел сказать.. То есть, отрицательным отбором вытесняют за обочины Настоящих Хороших Людей ™.

Ибо, как известно, Настоящий Хороший Человек ™, он у нас даже если и в маршрутке, только самой старой и плохой — которая вся дребезжит и где дождь летит на шиворот.. Такая у него вечная бытовая непруха. И никакой ему нигде Компенсации.

А тут ещё вдобавок подгоняют ему особый вредительский бензин! На котором карбюраторные машины ездить не способны И НЕ ДОЛЖНЫ. Особенно летом, вечерами и в пятницу! Набитые тёщами, мелкими засранцами И ПСОВЫМИ. А также рассадой паслёновых..

Понимаете, ВСЁ У НАС ОТ ЭТОГО! Всё!!! И, как следствие, вынуждено истерить, трепыхаться и глохнуть. Веерно. И наглухо закупоривая наши трассы. Подзуживая в социуме взаимную слепящую ярость, ненависть к отечественной продукции и требования срочной отставки правительства.

И единственная тут версия — треклятые западники не унимаются (и эффективно, между прочим!). Ссут нам в слуховые проходы и удивлённые глазницы. А такжн проникают внутрь наших бензобаков. Вероломно используя для этого термоядерные инфо- и нано- технологии. Наседают сучары против кротких и незлопамятных славянофилов. Вот, и сколково ещё пролоббировали. А противоядия этому пока не обнаружено.
(далее…)

Xue Liang

Подъезд.
В бьющимся сердце нет никаких признаков веры.
Я вхожу в лифт и нажимаю на кнопку четыре.
Свет на секунду гаснет, но потом загорается вновь.
Я выхожу из лифта и протягиваю руку к дверной ручке.
Ручка не поддается, дверь заперта намертво.
Я вспыхиваю внезапной ненавистью к самому себе и пытаюсь выбить дверь своим телом.
Но она крепко сидит на своих петлях.
Я сжимаю кулак и изо всех сил ударяю им по дермантиновой обивке.
Сучья дверь!
Я сажусь на ступеньку и начинаю петь про себя.
Я вспоминаю солнечную Африку в глубине джунглей: слонов, объятых прохладой грязи, сытых обезьян и гордых жирафов.
Я сжимаю мачете и пробираюсь сквозь заросли к озеру.
Очень хочется пить.
Я думаю о русском квасе и вспоминаю лица московских девушек.
Мой взгляд падает на желтый банан на дереве и останавливается на солнечном луче.
Луч пробивает меня насквозь, и я устремляюсь за ним.
Мысли ни на чем не могут сосредоточиться, и мне остается только, ежеминутно облизывая губы, мечтать и мечтать о воде среди всей этой воющей и клокочущей тысячами птичьих и обезьяньих выкриков бездны.
Я говорю себе: «хватит». И выхожу на улицу. Там снова меня встречает снег, и я спешу надеть шапку и застегнуться. Иначе не миновать мне простуды и бессонных ночей.
Внезапно из третьего окна сверху доносится фрагмент «Ламбады» и резко стихает.
Чертовщина, думаю я, и начинаю пробираться к магазину, чтобы купить водки и согреться – на улице невыносимо холодно после этой нереальной африканской жары.
Собака лает на пьяницу, притаившегося у дверей и пытающегося попросить десятку у каждого, кто входит в магазин. Я не дал ему ни копейки.

Освобождаясь от ненужных мыслей, глоток за глотком, я пью из бутылки горячую омерзительно вонючую водку, через минуту мне уже не холодно и крайне весело, но я знаю, что еще через десять минут начнет болеть голова. Я забываюсь в хаосе звуков, созданном мной 15 лет назад.

harl_havr

На излёте зимы рассупонилось. Харлампий ловко отворил крынку и махом отведал. Поскрёбшись взашей он сладко оттопырился и тихонько зарделся..

В горнице смеркалось. Внутри Харлампия неспешно затеплелось и словно в бытность заглумилось. В приятно отогретых членах проступилась щедрая испарина..

Дверь шумно растворилась и сразу напустив клубы холодного.. – Ну, кто там ещё, ёпта! – засерчал он..

— Эхма, вона жизня-то оно как, вся будто в шраминах и струбцинах минувшего, – скоро захмелев увлечённо толковал он зашедшей на огонёк свинье. – Так-то оно вишь, дура сиропузая. А то как придут двое с носилками – ты не всякому верь, у них своё на уме! – Харлампий явно припомнил что-то прошлое и мигом помрачнел. Тоскливо поворотил взором: по хатёнке всюду отсвечивали трудности его нелепой и прожитой кое-как жизни..

Хавронья не перебивала, подпершись терпеливо слушала. Засим, сноровисто постряпав сообразила на стол.. Отобедали.. За околицей помело наново. В телевизере чавкая по грязному с упрямой ленцою забегали размашистые дворовые футболисты.

Периодически наблюдая за теми, кто пишет в Блоге Перемен комментарии (да и вообще активно пишет комментарии в интернете — в жж, в блогах, в форумах), я обнаружил вот какую закономерность: чаще всего активные комментаторы делятся на две основные категории. Это прежде всего люди, которые просто ни за что не могут расстаться со своей картиной мира (тоннелем реальности, представлениями о мире и его элементах), и поэтому если они вдруг не находят в высказывании другого человека какого-либо соответствия своим представлениям о предмете, они немедленно должны исправить положение, добавив свой комментарий (чтобы соответствие — появилось, хотя бы и в такой добавочной форме). Ярчайший пример я обнаружил в комментариях к недавней статье про Льюиса Кэрролла. Какая-то девушка Анфиса Букреева пишет под развернутой и подробной статьей Кая:

Кэрролл – это челоек, которому была дано вечное детсво за которое он заплатил одиночеством, ведь в нашем мире, мире Больших людей, дети всегда одиноки.

и потом тут же добавляет еще один коммент:

а то, что писатель был влюблен в Алису – лишь говорит о его хорошем вкусе. И таланте истинного художника и фотографа

Понимаете, да? У Анфисы так зазудело, когда она увидела, что в статье не проговорено ее устоявшееся и такое родное, такое комфортное мнение о «человеке, которому дано вечное детство, за которое он заплатил одиночеством» (и что у него был «хороший вкус» и что он был «талантливый художник и фотограф», ну куда ж без этого!!!), ей показалось, что об этом обо всем в статье не сказано, и вот она, крепко стиснув зубы и самоотверженно ударяя по клавиатуре — во имя спасения своей вселенной, которая, сука, рушилась на глазах! — ну непременно должна оставить эти два поспешных (о чем говорят опечатки) комментария…

А вот, например, Андрей Кашпура, глубокомысленно замечает под хорошей статьей Рылева: «НИКОГДА НЕ ПОНИМАЛ ЧЕХОВА». Бля.

Это, кстати, вторая категория комментаторов. Сказать, чтобы сказать. Думаю, вы понимаете, о чем я? Этим, впрочем, страдаю и я. Если Кашпура, скажем, не может удержаться, чтобы не сообщить нам (Рылеву и всем, кто дочитает до конца его умной статьи) важную весть, что он «никогда не понимал Чехова», то я — просто не могу МОЛЧАТЬ на тему тех, у кого чешутся пальцы. Мне очень хочется беднягам пальцы ОТРУБИТЬ.

Короче, одна из вещей, которая мне всегда нравилась и продолжает нравится в Блоге Перемен и вообще на сайте Перемены, что тут очень мало читателей, которые любят строчить камменты. Отчасти это вызвано тем, что на Переменах большая часть текстов носят «закрытый» характер, в том смысле, что они написаны так, что не предполагают дискуссий. Это четко оформленные, законченные, завершенные (и в этом смысле совершенные) высказывания. И большинство читателей имеют чувство такта, чтобы понять это.

Бывают правда и ценные комментарии. Их мало, на то они и ценные. Скажем, Глеб Давыдов вот написал под все той же статьей про Чехова, что фильм Шахназарова «Палата номер шесть» вовсе, по его мнению, не такой уж шедевр. По крайней мере, если в тексте Рылева шедевральность этого фильма не ставилась под сомнение, то после коммента Давыдова я еще подумаю, смотреть мне этот фильм или нет… То есть комментарий имеет ценность. Но такие комментарии, повторю, бывают редко. И те, кто их пишет, тоже редко встречаются и их нельзя назвать активными комментаторами (поэтому я говорил с самого начала этого поста только о двух основных типах активных комментаторов)

Баста. Я иду спать.

ГРЯЗНАЯ ПЕНА МОРСКАЯ
В МОМЕНТ ПОМЫШЛЕНИЯ
Вот
я иду
Мне не холодно
Под кожей моей
много чего интересного
и презабавного действует
и промышляется
сплошная деревесина кайфа
плоть мне заменяющая
дельфинов стая
заплутавшая
с лиловыми и чуть глумливыми
лыбами
в хлябях глубинных
давимыми
этими в даль
вновь ускользнувшими
хитрыми рыбами
где-то призрачно мерцающими
в моем океане
И если рассматривать
моей головы содержимое
то оно не серо-зеленое
и совсем не материя
хотя сам так думал пока не
убедился в обратном
Там в голове океан
настоящий
omg (далее…)

Даня Шеповалов

На днях были объявлены результаты голосования за самого влиятельного интеллектуала России, проведенного на портале Опенспейс (мы уже писали об этом конкурсе и призывали активно голосовать за писателя и соавтора Перемен Даню Шеповалова). За день до объявления результатов у Дани было 3128 голосов. Но под покровом ночи устроители мероприятия пересчитали голоса в пользу Пелевина — у Дани вычли 1220 голосов (якобы составляющих результат некой технической накрутки) и милостиво поставили его на второе место, вслед за Пелевиным.

Редакция Перемен этим безобразием с одной стороны возмущена (поскольку мы имеем здесь очевидную подтасовку результатов, ведь в том, что технических накруток не было, мы почти уверены, поскольку флешмоб был организован непосредственно нами и в целом все источники голосов нам известны), а с другой стороны такое поведение коллег — вполне естественно (хотя это их и не оправдывает). Ведь они хотят, чтобы их затея выглядела авторитетно в глазах разнообразных «общепризнанных» деятелей культуры и, кхм, работников интеллектуального труда. Какой уж там Даня Ш?

Нам скрывать нечего. Журнал Перемены уже давно стал чуть ли не единственным последовательным оплотом медиавирусной публицистики в рунете, и поэтому победа Дани Шеповалова (последнего великого писателя и классика российской гонзо-журналистики!) для нас не неожиданная неприятность, а напротив, заслуженный и закономерный результат (результат отчасти и нашей деятельности). Короче, вот интервью по этому инфо-поводу с самым влиятельным интеллектуалом России. С реальным победителем этого замечательного конкурса, а не подставным.

Даниил Шеповалов на Казантипе

Перемены: Первый вопрос: как ты считаешь, почему они решили подтасовать результаты? (далее…)

amortizacia

Вот, К ЭТОМУ..

Начну с того, что испытываю всё большее уважение к разработчикам и фанатикам БАК-а. Видимо, с его введением в рабочий режим, всё-таки, удалось прорубить в Пространстве те самые, пугавшие общественность, «чорные дырки». Никто не знал к чему это приведёт наверняка.. Но теперь, кажется, туда начали активно проваливаться наиболее вредоносные для Нашего Общего Будущего Планеты сущности иже прочие опасные Технические Изделия..

Что может быть мудрее самой матушки-Природы.. Засим, я вообще считаю принципиальной ошибкой рассматривать явление гайдарочубайцев для нашего общества с точки обыкновенных, земных и человеческих мерок. С позиций традиционных для нас явлений социальной жизни, психологии или медицины.. Мы смотрим на них как на Людей, а это не правильно. В этой же связи я не приму на свой счёт и никаких ответных упрёков морально-этического толка.

(далее…)

Вот он, настоящий набоков и диссидент современности:

Даня Шеповалов

«Он просто играет на низменных чувствах толпы» — кричат блоггеры.

«Кто такой Даня Шеповалов, за которого так активно голосует народ? Собственно это псевдоним псевдоинтеллектуала-сквернослова, когда-то писавшего в журнале «Хакер»», — вторят им малоосведомленные интеллигенты.

«надеюсь, вы уже пробили по Яндексу, кто такой Даниил Шеповалов. ооочень влиятельный интеллектуал», — иронизируют дурачки…

ИТАК! Даня Шеповалов выбился в тройку лидеров в голосовании за «САМОГО ВЛИЯТЕЛЬНОГО ИНТЕЛЛЕКТУАЛА», которое ПРОИСХОДИТ СЕЙЧАС на антисоветском портале Openspace.

В блогосфере — настоящие баталии!

Мы с самого начала хотели остаться в стороне от этого сомнительного голосования и не принимать ничью сторону. И вообще поставить всю эту опенспейсовскую пиар-затею в полный игнор. Ведь их редакция взяла и состряпала какой-то странный список на свое усмотрение, в нем и голосовать-то было не за кого, в этом списке (к примеру, в списке претендентов оказались обозреватели Опенспейса, а многие по-настоящему достойные люди не оказались)…

В общем, с первых же дней вся эта тема выглядела как крайне тенденциозное и абсолютно недостойное освещения, типично местечковое мероприятие. Но потом редакторы Опнспейса, очевидно, почувствовали стыд и (с громким скрипом и отчетливым кряхтением) позволили возникнуть «пользовательскому списку» (пусть и спрятанному под незаметную свернутую ссылочку типа «читать дальше»). У пользователей появилась возможность самим вносить имена для голосования.

Когда в списках внезапно оказался Даня Шеповалов и стремительно стал набирать голоса, стало ясно, что надежда на то, что результаты премии будут сколько-нибудь объективными, все-таки есть. И уже ради одного того, чтобы Шеповалов победил (а он и в самом деле намного влиятельнее всех этих прочих кандидатов), мы проголосовали сами и решили дать ссылку на голосование.

Призываем всех читателей Перемен отдать свои голоса Дане Шеповалову (автору романа «Таба Циклон» и других нетленных литературных произведений). Это очень важно. Потому что если победит Патриарх Кирилл или Леонид Парфенов, то настоящих перемен в ближайшее время можно будет даже не ждать. Проголосовать можно здесь уже нельзя…

Да здравствует гонзо-культура и да скроется тьма!

Сейчас Даня уже на втором месте (после Пелевина), но его догоняют Ходорковский, Патриарх Кирилл и Леонид Парфенов. Скажите всем своим друзьям о том, что нация в опасности!

Голосование продлится до 21 декабря.

Update: голосование закрыто, результаты, разумеется, подтасованы… Первое место — Пелевин, а Шеповалов только второе. Якобы за накрутки (а на самом деле чтобы не уронить авторитет премии) у него вычли 1220 голосов. Вот тебе и честные выборы… Интервью с Даней Шеповаловым, в котором он подробно рассказывает о своем отношении к результатам голосования и о самых в наше время влиятельных сферах интеллектуальной деятельности, можно прочитать здесь.